Чтение онлайн

Ещё десяток шагов – и траппер едва успел подхватить оступившуюся Марену. Тоннель обрывался, выходя в гигантский зал, при виде которого Стефану стало нехорошо. Пещера отнюдь не была заброшенной.

Под потолком огромной круглой пещеры растянулась сплошная паутина, кое-где спускавшаяся вниз, точно тонкие белесые колонны. Тут и там в сети виднелись неподвижно висящие чёрные тени, точно рыбаки, поджидающие добычу. А прямо в центре, в аккуратном мягком гнездышке лежали опутанные шёлком белёсые яйца.

Стефан знал, что до вылупления паучат ещё много времени, и всё же не мог избавиться от едкого ощущения, что сейчас вся эта кладка лопнет и набросится на него, щелкая жвалами – пусть даже нимфы пауков неспособны кусаться. Яйца едва заметно шевелились – а может, то была игра воображения. На полу пещеры валялись сухие кости, паучьи шкуры, которые те сбрасывали во время линек, виднелись ржавые мечи, обрывки истлевшей одежды и меха. Дом этот служил паукам уже очень давно, и оставалось только гадать, почему здесь до сих пор не поселился светящийся мох.

Один он без труда вышел бы отсюда, не потревожив хозяев. Но ослепшая Марена за спиной меняла расклад.

– Что здесь? – слегка нервно спросила Марена, и Стефан крепко зажал ей рот. Один из пауков шевельнулся, но тут же затих.

– Ш-ш, - едва слышно произнес он, но это было лишним - язычница и не подумала вырываться или паниковать. Напротив, женщина полностью расслабилась, позволив Стефану осторожно отвести её обратно в тоннель. Когда паутина скрылась из виду, траппер убрал руку.

– Кладка, - без эмоций ответил он. – Пещера, под потолком – с десяток восьмилапых, может больше, под паутиной – коконы с яйцами и всякий мусор. Слушай меня внимательно… нам нужно отсюда убраться как можно быстрее, время не терпит. Я не включал дозиметр, но пауки селятся только в зонах повышенного фона пси – она нужна им для поддержания жизни, и если мы не уйдём быстро, то можем не уйти вообще. К тому же после взрывов потолок нестабилен и может обвалиться. Здесь ещё четыре прохода, кроме этого, - он ткнул пальцем за спину, но тут же вспомнил, что язычница его не видит. – В одном я видел отблески света – скорее всего, там есть выход на поверхность. Проблема в том, что он наполовину затянут паутиной, и если мы начнем её рвать, нас заметят.

– А остальные выходы?

– Их потребуется проверять, и никто не знает, что мы там увидим. Пауки, что живут здесь – тарантулы, какие именно – я пока не знаю. Паутина у них не ловчая и не прилипает, но они бегают быстрее автомобиля, и человеку на своих двоих удрать нереально. Кроме того, у них превосходное зрение, хотя в такой темноте даже пауки почти ничего не видят. Но им и не нужно.

– У меня есть огненная граната. Мы можем выйти в проход наружу и зажечь её за собой. И… - Марена запнулась. – Если у тебя найдется пси– газ, я попробую ещё кое-что. Я не знаю, получится ли, и вообще что выйдет в итоге, но…

Несколько секунд Стефан размышлял. Затем вытащил из крепления на поясе пробирку с газом, которая тут же осветила тоннель, заставив язычницу слабо улыбнуться. Для женщины, впервые попавшей в паучью нору, она вела себя на удивление спокойно.

– Бери, - сказал он, протягивая ей сосуд. – И спрячь его до поры до времени. Зрение сейчас тебе всё равно не поможет.

Марена согласно кивнула, пряча пробирку в карман.

И тут Стефан замер, глядя на угол тоннеля, откуда показались тонкие серые лапы.

Клац. Клац. Стефан мысленно представлял себе этот звук, но в норе стояла полная тишина. Паук казался настороженным, взъерошенным, словно только что заметил незваных гостей – и вот они куда-то делись.

Клац.

Стефан смотрел в чёрные, безучастные глаза восьмилапого и тщетно пытался отделаться от ощущения, будто паук наблюдает за ним. Он знал, что паук видит в темноте не больше, чем замершая рядом Марена, что здесь он ориентируется на совсем иные чувства – но не мог оторвать взгляда от чужих глаз.

Клац.

Паук крадучись двигался к ним. Это был его дом, и всё же восьмилапый переступал ногами осторожно, неуверенно. Казалось, он вслушивается в темноту, стараясь понять, куда идти. Шаг, секунда промедления, и снова шаг.

Стефан медленно потянул из рук Марены арбалет – и та покорно разжала пальцы. Все так же медленно Стефан упер стремя в землю, поставил туда ногу и натянул тетиву.

Запорный механизм щёлкнул, взводя спуск.

Паук дёрнулся. Повернулся в их сторону, поднял передние ноги, словно принюхиваясь. Стефан разглядел характерный серо-чёрный рисунок у него на брюхе и едва сдержался, чтобы не выругаться – встречи с этими он не пожелал бы никому. Кроме зеркала, быть может. Этот заслужил попасть сюда на все сто процентов.

Тетива мягко звякнула, выплёвывая болт. Паук успел только шевельнуться, бросился по направлению к людям – а в следующий миг отточенный наконечник вошёл ему прямо между хелицер. Восьмилапый вздрогнул последний раз и плюхнулся оземь, бессильно растопырив ноги.

– Убит, - тихо сказал Стефан, перезаряжая арбалет. – Держись за мой пояс.

– Почему из арбалета? – услышал он шёпот Марены.А ведь она не видела паука, но поняла все сразу, мелькнуло в голове.

– У меня всего два магазина к пистолету. Этого слишком мало, чтобы разбрасываться ими.

Осторожно переступая ногами, они дошли до паучьего трупа. Стефан пнул его, заставив жвалы последний раз дернуться в конвульсии, затем ухватился за хвостовик стрелы и с глухим чавканьем выдернул её из тела. Быстрый взгляд в зал сообщил ему, что стоит поторапливаться – пауки зашевелились, кое-кто спустился ниже на тонкой нити и теперь висел между полом и потолком, высматривая противника.

– Идём, - едва слышно сказал траппер.

Они двинулись вдоль стены, стараясь держаться подальше от пауков. Носком ботинка Стефан отодвигал в сторону кости и мусор, чтобы хруст не беспокоил пауков. Восьмилапые нервничали всё больше, явно подозревая неладное, и Стефан их понимал – чёрно-серые не уступали по разуму собакам. Захватить весь Мерцающий лес им мешал только короткий срок жизни, растущий из года в год, и страсть к каннибализму.

Один раз Марена оступилась и едва не упала – Стефан едва успел подхватить её. Он снова напомнил себе, что спутница, по сути, слепа здесь, но свыкнуться с этим оказалось не так просто. Траппер не привык вытаскивать на себе кого-то ещё.

И вместе с тем Марена оказалась куда крепче, чем он думал. Многие женщины устроили бы истерику, едва узнав, где оказались. Язычница же оставалась спокойной – может, потому, что она не видела врага, но с другой стороны, это ведь даже хуже. Внимательнее с ней, шепнул внутренний голос.