Чтение онлайн

И уже дальше на одной из полян, где на земле появились первые стеклянные стебельки, Стефан увидел то, чего ждал и не ждал одновременно — следы тяжёлых армейских ботинок, таких же, какие носил он сам. Человек шёл один, широким шагом, и траппер ненадолго задержался, изучая изломанную траву.

Он хорошо знал того единственного человека, который мог тут пройти.

Здесь никогда не было тихо.

С каждым порывом ветра деревья звенели, словно кто-то подвесил к ветвям тысячи колокольчиков. Иногда остекленевшие куски падали вниз, оглашая окрестности жалобным треском, а дорогу то дело преграждали древние стволы, давно уже покрытые слоем хрусталя. Здесь жизнь уходила, уступая место вечности.

Дейдра шла молча. Зрелище жуткого леса, который медленно пожирался ползущим из глубины стеклом, слишком захватило её, чтобы разговаривать. Лишь когда она всё же наткнулась на торчащую из земли стеклянную иглу, наступило прозрение — пришлось снимать ботинок и заматывать ногу ещё одним бинтом.

— После встречи с тобой я уже считать устала, сколько раз меня ранили, кусали, обжигали... — пробурчала Дейдра, пока траппер затягивал узел.

— Но о встрече всё равно не жалеешь, — усмехнулся он.

— Не-а. С тобой я нашла место в жизни.

— Место?

— Да. До того нападения на конвой я шлялась по всему Темнолесью, работая то на одного, то на другого. А закончилось все тем, что я осталась валяться в траве, раненая, под грозой. А тебя зовут осесть в Корсе. И меня тоже. Думаешь, это плохая идея?

— Ты об этом, — вздохнул Стефан, поднимаясь на ноги. — Меня тревожат язычники, но деваться больше некуда. Не в Полтаву же идти жить. Корс — не худший вариант, хотя и не идеальный.

— Всё-то ему не так, — фыркнула колдунья. Нога её пролезла в ботинок с трудом, но Дейдру эта деталь не смутила. Стефан даже заподозрил бы, что женщина успела закинуться обезболивающими, если бы та не была всё время на виду.

— Идём дальше, — велел он, оглядываясь по сторонам. Траппер знал, что в лесу Зеркал не водились опасные звери — вообще говоря, там не водился никто, но его по-прежнему не отпускало ощущение давящего взгляда, словно некто невидимый прятался где-то между поросших стеклянным мхом ветвей и наблюдал за ним, не отрывая взгляда. То же самое он ощущал, когда пришёл сюда в первый раз, когда проходил дом Виктора, и вот теперь гнетущее чувство появилось снова.

Дом Виктора, вдруг мелькнуло в голове. Чтобы дойти до него, придется пересечь лес Зеркал насквозь, как он уже делал когда-то — дом располагался на северо-восток от Озера. Вот только что будет, когда он вновь увидит Озеро? Появится ещё один двойник? Сгинет старый? И что будет с Дейдрой?

— Ты знаешь, куда мы идём? — Дейдра нервно поглядывала по сторонам. Солнце медленно клонилось к закату, и до наступления ночи оставалась всего пара часов. Ночевать же в лесу Зеркал Стефан отнюдь не хотел — хоть однажды уже и делал это.

— К дому Виктора, — траппер вгляделся в чащу, где виднелась тёмная громадина — древние стены, из-за которых торчало дерево. — Но до темноты мы до него не дойдём.

— Ты хочешь ночевать здесь?

— У тебя есть варианты?

Дейдра зябко поёжилась.

— Иногда мне кажется, — сказала она, — что у тебя внутри вообще нет ни сердца, ничего, одни только шестерёнки да обмотки пси– двигателей.

— У тебя была возможность убедиться, что это не так, — ухмыльнулся Стефан, заметив сбоку развалины древнего дома. Колдунья помрачнела и не проронила ни слова.

Зеркало проходил здесь, в этом не было сомнений. По земле шли отчётливые следы, обрывавшиеся на лиственной подстилке. Кое-где стеклянные чешуйки разлетелись в стороны под ногами двойника, ещё в одном месте он остановился, чтобы передохнуть — трава у полуразрушенной стены все ещё сохраняла очертания человеческого тела.

Человеческого, подумал Стефан. Он думал о двойнике, как о человеке из плоти и крови. Ему не нужен был стеклянный осколок, чтобы убить зеркало, сгодилась бы и обычная сталь. Сгодился бы и свинец, и серебро, и цинк — в конце концов, люди придумали множество способов отправить ближнего своего к праотцам, и для этого использовали множество материалов.

И что здесь такого, если двойник и есть такой человек? В чем тогда между ними разница, кроме правостороннего сердца?

Он уже ощущал знакомое угрюмое давление леса Зеркал, словно погружение в холодную воду после бани — в этом лесу никогда не было жарко. Он понимал, что это всего лишь ощущение, но ничего поделать не мог — и мёрз, несмотря на тёплую куртку.

Хуже было с Дейдрой. Через час после того, как они вступили под сень умирающих дубов, она стала идти заметно медленнее, а на лбу проступила испарина. Ещё через час она всё же умудрилась вновь распороть себе ногу одним из осколков, и пришлось остановиться.

— Тебе нельзя идти дальше, — вынес вердикт Стефан, осмотрев рану. Сухожилия остались целы, но длинный порез рассёк мышцы, и хромающая уже на обе ноги Дейдра вряд ли стала бы подспорьем в предстоящей драке. Кроме того, он обратил внимание на её бледную кожу и взглянул на дозиметр.

Догадку тот подтвердил с беспощадной точностью.

— Одна и девять десятых мегаджоуля на литр, — озвучил он показатели. Фон здесь едва достигал одной пятой от естественного.

Высокий фон пси опасен — тело набирает энергию, что может привести к изменениям в организме, часто смертельным. Считалось, что и проказа Изгоев появлялась из-за пересыщения пси, хотя никто так это и не доказал. Но и слишком низкий уровень тоже не очень благоприятен. Человек начинает терять скопившуюся в его крови энергию, и что происходит при этом, Стефан видел сейчас своими глазами.

Да и сам с этим столкнулся, когда шел здесь в прошлый раз.

— Ты о чём? — слабым голосом проговорила Дейдра. — Э, э!

Стефан открыл флакон с оружейным пси– газом и, задрав колдунье футболку, щедро плеснул им на живот. Женщина вздрогнула.

— Потом спасибо скажешь, — заявил он, закрывая флакон и пихая его в крепление на поясе. — Обратно, быстро!

Лишних вопросов она задавать не стала. Раненая нога отказывалась повиноваться, и ближе к реке Стефану пришлось подхватить Дейдру на руки. Только у воды он, наконец, опустил её в лодку.

— Кажется, мои злоключения не закончились, — Дейдра устало села прямо на дно лодки. — До того, как я тебя встретила, даже царапина у меня была редкостью.

— Тебя это смущает? — усмехнулся Стефан.

— Нет, — вздохнула колдунья. — Я просто надеюсь, что в следующий раз это не будет стоить мне жизни. Зачем ты облил меня газом?

— Пси. Я заметил это ещё раньше, когда в первый раз шел по лесу. Холод, который ты чувствовала. Фон здесь намного ниже, чем снаружи. Когда ты входишь в лес, это всё равно, что входить в морозильник — ты начинаешь терять пси. И привыкшее к ней тело отказывает тебе.