Чтение онлайн

Жеребцов сдвинул шпингалеты на одном из них, мы выбрались на улицу, после чего мой спутник прикрыл окно, чтобы не оставлять следов.

Ночная тишина пела стрекотом кузнечиков. Территория пустовала. Горели фонари, освещая заднее крыльцо учебного корпуса, сквер, храм и несколько дорожек. Всё остальное тонуло во тьме, и сквозь эту тьму мы зашагали к росшей вдоль забора роще, где Жеребцов договорился встретиться с девчонками.

Мы оставили позади угрюмую коробку спортзала и оказались среди деревьев. Девушек не было, пришлось ждать. Минут через пятнадцать я потерял терпение и уже собирался возвращаться в общагу, как вдруг на освещённой дорожке, ведущей мимо спортплощадки, показались две фигуры в платьях.

Это были Прасковья и Таня. Они тоже не сразу нас заметили. Жеребцову даже пришлось тихо окликнуть их. Мы с девушками перекинулись парой слов и, разбившись по парам, отправились гулять.

Я взял Таню за руку. Маленькая, изящная ладонь оказалась в моей ладони, и по телу пробежала приятная дрожь. Стоило ли удивляться? До моего вселения Вячеслав даже такого контакта с противоположным полом был лишён.

Таня была довольно милой девушкой, мне нравилось в ней почти всё: и лицо, и фигур (пусть она и не обладал пышными формами), и то, что она — не дворянка и лишена аристократических заморочек, которые могли воспрепятствовать сближению. Я был не прочь завести отношения, вот только времени на это не находил, да и голова была забита другим. Даже благодарность чувствовал своему приятелю за то, что тот обо всём позаботился.

— В неделю вас не было, — сказала Таня, — а я думала, мы увидимся.

— Мы разве не договорились обращаться друг к другу на «ты»? — напомнил я, поскольку мне не нравился такой формализм в общении со сверстниками, даже если те более низкого происхождения.

— Да, точно, ты же говорил, а я совсем забыла. Просто непривычно так… А можно тогда спросить тебя, где ты был?

— Конечно! Деньги зарабатывал. Работа одна подвернулась.

— Правда? Разве тебе нужны деньги? Я думала, дворяне — богатые.

— Есть много нищих дворян, у которых за душой нет ни гроша. Моя семья богатая, но я не хочу у них брать ни копейки. У нас с отчимом плохие отношения, поэтому предпочитаю зарабатывать сам.

— А у меня хоть и родной папенька, а хуже, чем отчим. Он постоянно матушку бьёт и меня тоже бил, когда я дома жила. А потом в двенадцать лет меня забрали, и с тех пор я жила в пансионе. Не поверишь, но мне там даже понравилось поначалу. Там, если и били, то хотя бы за дело, а не просто так.

— Хорошо, что ты смогла уйти из своей ужасной семейки. Надеюсь, здесь тебя не бьют?

— Что ты! Конечно, нет. А вот двух девочек из нашей группы недавно выпороли за то, что они прогуляли недельную службу. Но больше такого не повторялось.

— В любом случае с образованием и способностями у тебя есть возможность устроиться в жизни.

— Да, я знаю. Нам говорили, что нас отправят на государственную службу. А там большие деньги будут платить, не то что у папеньки на заводе. И тогда моей семье не придётся работать и жить в общежитии.

— Ты хочешь содержать родителей, которые тебя били?

— Просто мне до сих пор совестно, что я ушла, бросила их вместе с моими младшими братом и сестрёнкой. Им очень тяжело приходится.

— В смысле, «ушла»? По закону все заклинатели обязаны учиться в специализированных гимназиях и школах. Твоей вины тут нет.

— Родители не хотели меня отдавать, они пытались скрыть мой дар, а я… пошла против их воли.

— Знаешь, ты поступила правильно, и не кори себя за это. Было бы непростительной ошибкой наплевать на свой дар. И неважно, в чём причина.

— Ты так считаешь? — Таня остановилась и повернулась ко мне.

В темноте я едва мог рассмотреть её лицо.

— Без сомнения, — я провёл ладонью по щеке Тани, а потом взял за талию и легонько притянул к себе. Наши губы слились в поцелуе. Мои руки стали опускаться ниже, обхватывая бёдра девушки. Меня охватило возбуждение. Хотелось сорвать с неё одежду прямо здесь, но останавливало понимание, что рядом бродят Жеребцов и Прасковья. В тёмной роще они вряд ли что-то увидят, но вдруг их потянет в эту сторону?

Во мраке что-то мелькнуло, и я замер, всматриваясь в темноту. Моё внимание привлекла прыгающая светящаяся точка.

— Что там? — шёпотом спросила Таня.

— Кажется, фонарь. Сюда идут, — так же шёпотом ответил я. — Надо прятаться.

— Кто идёт?

— Неважно.

Я затащил девушку в кусты, мы присели на корточки и стали наблюдать. Вскоре на тропе показались два человека. Первый держал в руке фонарь, в свете которого я сразу различил форму охранников. Похоже, у них был обход территории, и мы чуть не попались.

К счастью, охранники не стали шарить по кустам и просто прошли мимо. Я думал, Жеребцов с Прасковьей попадутся, но те тоже успели спрятаться. Вскоре шаги и шорох одежды смолкли.

— Ух! Нам повезло, — Таня до сих пор говорила шёпотом. — Иначе меня бы точно розгами побили.

— Да, за ночные прогулки нам влетело бы, — согласился я.

Романтическая атмосфера улетучилась, и теперь Таня только и думала о том, что ей могут наказать за побег из общежития. Жеребцов с Прасковьей тоже решили не задерживаться, и вскоре мы с девушками разошлись по домам.

— Эх ты, а говорил, всё предусмотрел, — укорил я своего приятеля, когда мы шагали обратно мимо спортзала. — Мы чуть не попались.

— Да откуда ж я знал, что охранники тут ночами шастают? — оправдывался Жеребцов. — Эк куда их занесло. Что они тут забыли?

— Территорию обходят, смотрят, не залез ли кто. Работа у них такая.

— Ну кто ж знал? Но всё равно было здорово. Разве нет?

— Было бы лучше, если бы не пришлось прятаться под кустами.

— Может быть, и найдётся такое место. Надо подумать.

Вернулись мы тем же путём, каким и ушли. Никто нам по пути не встретился, а наши соседи дрыхли сном праведников, и даже не услышали, как мы ввалились в комнату и улеглись на свои кровати.

Разбудили меня громкий звонок и включенный в комнате свет.

— Подъём! — крикнул кто-то, заглянувший в комнату. — Одеваемся и на выход! Быстро!

— Что за дерьмо?! — выругался Аркадий. — Куда ещё? Зачем в такую рань будить?

— Поди, опять ракшасы напали, — предположил зевающий Вася.