Чтение онлайн

В будуаре, который Стейн назвал моим, меня окружили сразу три скромные и милые служанки.

Неожиданностью для меня стало то, что они отвели меня в купальню и приготовились помогать мне с омовением.

Я начала было растерянно возражать, что могу всё сделать сама, но они лишь озадаченно взглянули на меня. А самая бойкая, Кинара, настолько мило попросила не лишать их работы, потому что они очень много готовились и старались, когда проходили строжайший отбор, чтобы прислуживать самой княгине… что мне пришлось смириться.

Да, прежней моя жизнь уже не будет. Пора принять полностью все изменения.

Меня мыли, мазали, массировали, водили по коже косметическими артефактами. Сначала я напрягалась, но постепенно расслабилась и позволила всё это делать со своим телом. Поняла, что мне нравится подобная забота и уход. Даже отдохнула и задремала под конец всех процедур.

А, когда всё закончилось, и на меня накинули халат, я удивилась, насколько преобразилась моя кожа… а ещё, краснея, я поняла, что даже волоска на всём моем теле не осталось. Только на голове…

Нет, я и раньше любила ухаживать за собой, и Стейн восторгался гладкостью и чистотой моей кожи, но чтобы настолько…

И какие же стали волосы! И так были яркие и густые, а сейчас… роскошь. Драгоценный шёлк.

Не поверила бы, если бы сама не увидела и не потрогала осторожно рукой. Они и на ощупь оказались шелковыми и необыкновенно приятными.

Мои служанки добавляли смущения, наперебой восторгаясь и щебеча вокруг меня что-то о моей невероятной красоте.

А я… Когда я, наконец, стояла напротив зеркала во весь рост, в драгоценных удобнейших туфельках, в роскошнейшем пышном платье, с великолепной высокой причёской, открывающей плечи, совершенно не узнала себя.

А затем служанки позвали Стейна.

Я боялась повернуться к нему. Так и стояла, не дыша, у зеркала, ожидая его приближения. И вот он возле меня.

Сердце сбилось с ритма, когда увидела его в отражении. И моя хрупкость стала еще нагляднее и заметнее рядом с высоченным мужественным драконом в парадном мундире.

— Ты божественна, любовь моя, — наклонился он, осторожно целуя меня в плечо. — Просто неотразима, — хрипло шепнул он, а его глаза ярко сверкнули голодным жадным блеском.

Высокий, статный красавец-князь выглядел не менее неотразимо. Его мощная подтянутая фигура так и притягивала к себе взгляд. Так и хотелось совершенно невоспитанно разглядывать его… мускулистое тело в идеально сидящей на нем парадной форме. От блестящих начищенных сапог, до высокого жесткого воротничка с золотыми вышитыми вензелями. Глаз не могла отвести от нашей пары и все еще не верилось. Неужели сегодня я стану его женой?

— Не знаю, как я вытерплю весь этот длинный день, — шутливо признался он, предлагая мне руку.

Я мысленно вздохнула, соглашаясь с ним.

Но я и помыслить не могла, что настоящее потрясение ждет меня на нашей долгожданной церемонии.

В главном столичном храме я восторженно замираю на верхней площадке широкой длинной лестницы, оборачиваюсь, и время будто останавливается.

Мы стоим со Стейном на самом верху, куда он меня бережно сопроводил, посел того как мы добрались сюда через толпы народа, собравшегося поприветствовать нашу пару. Вся главная улица была заполнена. Жители бросали цветы и кричали поздравления, радуясь нашему союзу.

И вот мы у храма. Здесь пройдет главная церемония, которая свяжет наши жизни со Стейном навечно. Оглядываюсь еще раз. Мой дракон не торопит меня, лишь с легкой улыбкой наблюдает и ласково гладит взглядом мои губы.

Широкая, словно река, мраморная лестница струится вниз, ее белоснежные ступени отполированы до мерцающего искристого блеска. По краям, будто стражи вечности, возвышаются колонны из молочного матового камня, обвитые белым плетущимся предвечником, священным растением, которое благословили сами древние боги. На колоннах высечены древние письмена — благословения богов.

Я чувствую, как прохладный воздух касается моей кожи, но внутри — жар, горячо пульсирующий в висках.

Наконец, перед нами распахиваются резные двери храма, украшенные чеканными изображениями первых великих драконов, их крылья, когти и короны сверкают позолотой. И за ними — величественный зал, от которого захватывает дух.

Зал Благословений.

— Идем, любимая, — шепчет мне Стейн, переплетая наши пальцы.

И я следую за ним, почти не дыша от волнения и странного предчувствия. Я знаю, что скоро моя жизнь изменится, но теперь мне почему-то немного страшно от грядущих перемен, словно их будет намного больше, чем я думаю.

Зал благословений встречает нас тишиной и уютной прохладой. Здесь никого нет кроме нас. Только у алтаря ожидает жрец и… император.

Он должен подтвердить принятие меня в императорский род, как его глава. Так всегда делается, как сказал мне Стейн.

Но все равно я вдруг разволновалась. Оба моих запястья вдруг резко сдавило и окатило приятным жаром, когда мы были на середине пути к алтарю.

Я прикусила губу, но потом торопливо ее отпустила. Нужно отвлечься. Это все мои фантазии. Я огляделась, чтобы хоть немного отвлечься и успокоится. Когда еще я здесь окажусь?

Зал поражал своей красотой. Высоченные своды, словно само небо, уходят ввысь, теряясь в нежных дымчатых витражах, сквозь которые льется свет, преломляясь в тысячах кристаллов, подвешенных на невидимых нитях. Они дрожат при малейшем движении воздуха, рассыпая по стенам и полу живые блики — голубые, золотые, розовые, будто танцующие духи света.

— Это память о великих драконах, — чуть наклонившись, шепчет мне Стейн. — Каждый из них перед приближающейся кончиной, перенес свои воспоминания в магический кристалл. Смотри, Ролана. Здесь оживает наша история. Память тысяч поколений.

Я невольно ахаю. Не знала таких подробностей. Да и могла ли я вообще представить, что моя свадьба пройдет в главном храме империи в присутствии самого императора и верховного жреца.

Перевожу взгляд на стены. Они украшены гобеленами невероятной тонкости, на которых вышиты сцены из древних легенд: боги, дарующие людям первые знания и магию, герои, сражающиеся с чудовищами, драконы, пробуждающие вулканы и строящие первые крепости, истинные пары великих королей и императоров, застывшие в поцелуе. Каждая нить в них будто живая, мерцающая, создающая иллюзию движения.