Чтение онлайн

Гримм недовольно гавкнул и носом опрокинул еще одни песочные часы на столешницу.

— Дориан, погаси огонь под котлом с картошкой и вылови ее из воды, — не оглядываясь, попросил Поттер.

— Ты ведь хочешь напоить его Сывороткой правды? — Эдвин внимательно посмотрел на Гарри. — Если так, то Снейп может и не простить тебя, а это значит, что он откажется от своих прав на опекунство. Это я могу творить все что угодно, я для своих родственников золотой телец.

Поттер тряхнул головой.

— Если он не отравитель, то ему вряд ли позволят отказаться от меня. Дамблдору невыгодно, чтобы я перешел к кому–нибудь из министерских приспешников. Хотя сейчас я стал считать, что это не так опасно для меня. Их можно держать на определенном расстоянии от себя, шантажируя прессой, новым опекунам вряд ли понравятся скандалы.

— Циник, — буркнул Эдвин.

— Не совсем корректное выражение относительно этой ситуации, — поправил его Альберт, за что чуть не получил по голове банкой с сушеными мушиными крылышками.

— Не переводите мне тут ингредиенты, — шикнул на них Гарри. — Я не какой–то циник, просто взрослею и иначе оцениваю ситуации.

Дориан усмехнулся.

— И при этом во многом остаешься наивным, как малолетка.

— Эдвин, банка с кукурузными рыльцами мне потребуется еще очень не скоро, можешь запустить ею в Стана, у тебя неплохо получается, — благосклонно разрешил Гарри, показывая своему котлу язык.

— Вернемся к насущному, — деловито продолжил Альберт. — Может, не стоит усугублять отношения со Снейпом. Где ты собираешься провести рождественские каникулы?

Пес тоже вопросительно посмотрел на Поттера.

— Сниму номер в какой–нибудь гостинице в Шабаше.

— И, конечно же, Снейп не найдет тебя там, — покачал головой Эдвин.

— У меня будет много Оборотного. Как–нибудь справлюсь. Основную часть времени буду проводить в номере, а когда потребуется выйти — преображусь.

Одно из зелий громко булькнуло, и Гарри бросился к нему, проверять, все ли с ним в порядке.

— Ты понимаешь, что использование Оборотного болезненно? Возможно, когда это единичное превращение, то это будет вполне терпимо, но мучиться по несколько раз на дню…

— Кто–то из здесь присутствующих может предложить мне более удобный и лучший вариант? — зло огрызнулся Гарри.

Эдвин тяжело вздохнул и улегся на матрас, уставившись в потолок.

— Ты совершенно не умеешь просить помощи, — произнес он. — Совершенно! Скажи, неужели никто из нас не может приютить тебя на каникулы? Почему, почему ты все решаешь сам и делаешь в одиночку? В конце концов, мы же отряд, мы единое целое, мы друзья!

Альберт согласно кивнул. Гарри повернулся к ним.

— Вы сами не предложили мне своей помощи, я не хочу кого–либо напрягать своими проблемами до тех пор, пока я еще как–то могу справляться с ними, — в его интонации проскользнула злость и раздражение.

— Но это… это неправильно! — вскричал Эдвин.

— Возможно, — не возражал Поттер. — Но я помогаю вам, независимо от того, просите вы меня об этом или нет. В действительно затруднительных ситуациях крайне редко зовут на помощь потому, что оказываются слишком закручены в круговороте событий. Вы все знаете о проблемах с Гласом, но даже заколдовать перстни придумал я сам! Весь план действий просчитываю я один!

— Если ты оказался умнее нас всех, это еще ничего не значит, — разозлился Эрстед.

— Сколько ты просмотрел книг, чтобы найти ответ, как мне помочь? Следил ли ты за кем–нибудь подозрительным? Проверил ли Стаафа и Бруевичей, с которыми у меня в том году были проблемы?

— Нет, — Эдвин растерял весь пыл.

— Если быть до конца честными, то признайте, что считаете меня сумасшедшим, потому что я вижу мороков, которые больше никому из вас не являются, — Гарри провел ладонью по лицу. — Я на самом деле устал. В том числе подозревать даже вас. Это делает меня параноиком. Видимо, я одиночка.

Альберт попытался схватить его за рукав и что–то сказать, но Поттер его резко оборвал.

— Давайте обойдемся без оправданий. Я прекрасно понимаю, что для вас я сейчас обуза. Вам хочется стабильности в отряде, не хочется проблем, а теперь из–за каких–то психов и того, что вы имели сомнительную честь быть связанными со мной, вы можете пострадать, как Дориан. Только, пожалуйста, обойдитесь без этой псевдозаботы. Я всегда справлялся со всем один.

— Ты идиот! — Эдвин вскочил со своего места и вылетел из лаборатории, громко хлопнув дверью.

Грегорович молча последовал за ним, бросив напоследок полный печали взгляд. Дориан поставил два блюда с картошкой на стол, за которым следил Гримм.

— Ты тоже считаешь, что я идиот? — устало спросил у него Поттер.

— Нет, — покачал головой полувампир. — Я думаю, ты прав. Возможно, именно эта правда и колет нам глаза. Просто существует негласное правило: не лезь со своей помощью, пока о ней не попросят. Но я думаю, это применимо к посторонним людям. Когда ты видишь, как страдает твой близкий человек, то необходимо выкладываться полностью, иначе твоя забота пустая, ненастоящая.

— Спасибо за понимание. Возможно, я был излишне груб. Усталость сказывается на мне и запасах моего терпения.

— Они все поймут, не переживай, — мягко улыбнулся Дориан, а потом поморщился, будто от боли. — Пожалуй, мне уже пора идти. Я до сих пор считаю, что нам оставаться наедине в некотором роде опасно.

Стан уже стоял около двери, когда его застал врасплох вопрос Гарри:

— Ты разговаривал с Касианом о книге?

— Нет, — полувампир покачал головой. — Из–за того, что я был в Лечебном крыле, домой так и не попал. А через сов такие вопросы не решаются. Он должен будет встретить меня в Шабаше, когда мы отправимся домой на Рождественские каникулы, чтобы проводить меня. Тогда и поговорим.

— Удачи, — пожелал ему Гарри и вернулся к Волчелычному зелью.

Когда девочки наконец–то дошли до лаборатории с корзинками, полными разных сладостей и хлеба, мальчик уже спал в своем углу на матрасе, а Гримм зубами волочил одеяло по полу, пытаясь накрыть им мальчика. Офелия хотела что–то сказать, но тут же осеклась под строгим укоряющим взглядом серых собачьих глаз. Мирослава поставила корзинки недалеко от порога и тихонько вышла из комнаты, потянув за собой цыганку.

* * *