Чтение онлайн

— У них есть видео. Они показывали мне его в полицейском участке. Они записали момент задержания и сняли всю партию наркотиков и меня рядом с ними.

— Дрон, даже если это так и было, то доказательств нет. Прошло слишком много времени, чтобы кто-то, вообще, возобновил это дело. Дело из пустоты? Ты смеёшься? Такого не бывает. И твой рассказ о том, что ты ожидал распределения в тюрьму без суда, довольно странный. Комната? Дом?

— Они… они сказали, что за это отец заплатил, да и других мест нет, все переполнены. А если я… я сделаю всё так, как они хотят, то никто в тюрьме меня не тронет, — хриплю я.

— А также твоё имя Дрю Дрей, верно?

— Да, мои документы… там так написано. Я родился…

— В другом месте, в Монтане по официальным данным. Ты пропал из трейлерного парка в возрасте четырёх лет. И там тебя звали Эндрю Ривер. Затем ты внезапно появился в абсолютно другом месте в чужой семье и никогда не ходил в школу. У тебя не было никаких собеседований, Дрон. Никаких. Нет даже упоминания о тебе в официальных источниках. Тебя искали два года, затем дело было закрыто. Ты жил с матерью, она умерла через два года после твоего исчезновения. Передозировка. Поэтому дело и закрыли.

— Что? — Меня начинает мутить. — Но я… я же рос… я… у меня сестра…

— Эти люди тебе никто, Дрон. Они украли тебя или же купили, потому что признаю, ты очень красивый парень. Очень. У тебя нет никаких отклонений. Ты не отсталый, просто им было невыгодно, чтобы ты умел читать, писать и считать. Они вбили в твою голову то, что им было выгодно, чтобы управлять тобой. Тебя просто взяли в оборот. Вся эта история — фикция. Тебя наёбывали всё это время. Они просто сделали всё для того, чтобы ты был напуган и засим от них, и тебя было чем шантажировать. Твоя сестра, как ты думаешь, была удочерена, и твоя семья получала приличную выплату от государства на её содержание. Знаешь, я многое проверил. Твоя мать, имя женщины которой ты назвал, никогда не существовала. Нет такого человека, если только она не жила столетие назад. Тебя поимели, Дрон, вот и всё. Арсен тому подтверждение. Это популярная схема вербовки таких мальчиков, как ты. Они увидели, что ты можешь дать отпор. Ты готов это сделать. Поэтому тебя и хотят поймать, чтобы отправить в настоящее рабство. С тебя можно получить кучу денег, Дрон. Кучу. Но это лишь мои догадки. Правду ты узнаешь, если дашь мне разрешение поймать их и выбить.

— Боже мой… боже… мой, — глубоко дышу, пока перед моими глазами проскальзывают различные картинки моей жизни. Меня никто не любил в семье. Сестра появилась уже в инвалидной коляске, они говорили, что она просто жила в госпитале, но перестало хватать денег, и теперь она будет жить вместе с нами.

Я не могу дышать от осознания того, что знал это. Я знал об этом. Я просто… боже мой, мне не хотелось быть таким тупым. Не хотелось, чтобы столько лет моих страданий были пустыми. Просто пиздец.

— Дрон, дыши. Теперь у тебя есть власть, понимаешь? — Роко гладит меня по спине.

Я сейчас хлопнусь в обморок. У меня всё леденеет. Все части моего тела.

— Они больше не могут тебе диктовать свои условия. Ты уже свободен, Дрон. Ты можешь пойти в любое отделение полиции, назвать своё настоящее имя и сказать, что потерялся в четыре года. Они найдут варианты доказать, что я не вру тебе. Ты вернёшь себе своё имя, свою жизнь, и у тебя будут официальные, подлинные документы. То, чем ты сейчас пользуешься, фальшивка, Дрон. Этот куплено на чёрном рынке и довольно дёшево. С этими бумажками ты не сможешь никуда вылететь. Тебя поймают и посадят за подделку документов. Они просчитали все варианты твоего побега, Дрон. Они…

— Хватит, — прошу его. — Хватит, пожалуйста…

— Они не оставят тебя в покое, пока ты их не убьёшь. Таковы правила. Ты должен отомстить за себя.

— Хватит… хватит… хватит, — вою я, сжимая кулаки.

— Они не отпустят тебя. Они знают, где ты живёшь. Кстати, если тебе нужно ещё больше информации, то я могу сказать тебе, что мои люди нашли ту женщину, которую ты называешь матерью. Знаешь, кто она? Сутенёр. А твоя сестра, которая всю жизнь, на твоей памяти, ездила в инвалидной коляске, мертва уже четыре года. Её трахнули и продали на органы. Твой отец, который насиловал тебя, развращал тебя…

— Заткнись, прошу… Роко, хватит. Хватит…

— Его я тоже нашёл. По камерам видеонаблюдений. Он же прятался. Никуда не выходил. Но мои парни нашли их всех, Дрон. Я знаю, где они сейчас. Знаю, что они планируют. Знаю, где они расставили ловушки для тебя. Так вот, твой отец — наркоман и поставляет рабов и органы детей на чёрный рынок. Ты не единственный у них, Дрон. Только подумай, сколько ещё мальчиков, они держат у себя. А скольких они собираются завербовать? Они…

— Хватит! — ору я, подскакивая с места. — Хватит! Замолчи, мать твою! Хватит!

Хватаюсь за голову и пытаюсь дышать.

— Тебе что, это нравится? Нравится добивать меня? Нравится издеваться надо мной? Ты мстишь мне за мою слабость в ту ночь? Мстишь за то, что я не могу, блять, упасть на колени и умолять тебя о пощаде? Заткнись! Просто заткнись, Роко! Заткнись!

— Я не мщу тебе… — он встаёт, качая головой, — нужно просто разобраться с этим дерьмом раз и навсегда. Ты должен, мать твою, взять себя в руки и перестать считать себя слабым! Ты сильный! И никому ничего не должен! И никогда не был должен! Это всё ложь, Дрон! Тебя пичкали ложью!

— Нет! — выкрикиваю я. — Столько лет я терпел всё это! Столько лет я жил изо дня в день в надежде, что скоро всё закончится! Ты не можешь вот так говорить мне, что вся моя жизнь — это моя глупость! Не можешь бросать мне в лицо, что я попал в это дерьмо, потому что тупой, и это всё моя вина! Ты не можешь… пожалуйста, я не выдержу. Я же… я работал. Я терпел. Меня насиловали… меня били… шпыняли, и я молчал, потому что у меня была сестра… был человек, о котором я думал. Может быть, я не любил её, но она была… была моим якорем, ради которого я выживал. Ты не можешь… просто не можешь… так со мной поступать. Я не заслужил этого. Я не заслужил же, Роко.

Тяну себя за волосы, чтобы не было так больно. Узнать подтверждение своих догадок, которые я постоянно оправдывал, жутко и страшно. Это просто разрушает меня. Разрушает по кусочкам.

— А как же мне дышать теперь, а? — спрашивая, кладу ладонь на свою грудь. — Как? Зная, что всё это… было бессмысленно. Каждая моя слеза, каждая рана, каждая капля крови ничтожны. Как?

— Дрон, это должно облегчить твою жизнь, — отвечает он.

— Как? Как твои слова должны облегчить мою жизнь? Сделать её абсолютно ничего не стоящей больше?

— А тебе что, лучше было, когда ты знал, что ты, блять, грёбаный раб?

— Да! Да, так и было! Был смысл всех моих поступков! Был смысл страдать и двигаться! Был смысл просыпаться, чёрт возьми! Ты не можешь вот так вывалить на меня всё это, и сказать: «А что такого? Живи дальше, Дрон. Это же круто». Господи, ты меня никогда не поймёшь. Я для тебя жалкий. Я для себя жалкий, — горько качаю головой.

Теперь я даже не знаю, кто я такой. Вообще. По факту у меня даже имени нет. У меня ничего нет. Больше ничего.