Чтение онлайн

– Лана, - повторяет сидящая передо мной мама.

Резко сбрасываю с себя остатки сна и сажусь в кровати.

– Мама?
– поражённо смотрю на такое родное лицо.

Первое нерациональное желание - кинуться к ней в объятия. Но я вовремя останавливаю себя.

Мама совсем не та, за кого я её принимала всю свою жизнь. Она заодно с Олегом! Она меня предала!

Отворачиваюсь, чтобы она не заметила слёзы в моих глазах.

– Уйди, - говорю тихим отрешённым голосом.

– Лана, детка, - мама кладёт руку мне на плечо.
– Как ты?

– Как я?!
– мой голос, всё же, не выдерживает и срывается.
– Тебя правда это интересует?? Или это Олег тебя подослал узнать, не попортился ли его товар?

Мамина рука застывает. Потом она её убирает.

– Малышка...
– тихо шепчет она.
– Я... я не знала...

– Не знала, зачем Олег женится на мне?
– зло спрашиваю я.
– Что-то слабо верится!

– Я и правда не знала...
– слышу, как она всхлипывает.

– Мам!
– резко оборачиваюсь. Её лицемерные слёзы сейчас ужасно раздражают.
– Я всё про тебя знаю! Не притворяйся! Сэм и Дин...
– при воспоминании о моих мужчинах сердце пронзает тоска.
– Они всё мне про тебя рассказали!

– Да?
– мама кажется встревоженной.
– И что же?

– Что ты аферистка! Что ты у них деньги украла и подставила! И что ты...
– набираю в лёгкие побольше воздуха.
– Что ты решила меня продать на аукционе!

– Детка, - мама быстро перемещается, придвигаясь ближе ко мне.
– Да, я делала много дурного в жизни! И у меня много грехов... но всё это я делала для тебя! Чтобы тебе не нужно было ни в чём нуждаться... и брак с Олегом... показался мне хорошей для тебя возможностью! Но, - она осекается, я вижу слёзы, застывшие в её красивых глазах.
– Я бы никогда не сделала с тобой ничего плохого. Я не знала про планы Олега... я ничего этого не знала...

– Я не верю тебе!
– отчаянный крик смешивается с рыданиями.
– Я тебе не верю!

Тело начинает трясти, и мама, порывисто заключает меня в объятия.

– Тише... тише...
– говорит она, гладя меня по волосам.
– Ещё не всё потеряно. Я виновата перед тобой... что промахнулась с выбором твоего мужа. Но... я знаю, как всё это исправить!

Я слегка отстраняюсь и смотрю на неё с непониманием.

– Что?
– переспрашиваю, пока она вытирает мои мокрые щёки.
– О чём ты говоришь?

Мама встаёт и ставит на кровать увесистую сумку.

– Сейчас дежурит охранник, с которым я...
– она запинается и пожимает плечами.
– С которым я смогла договориться. Он пропустил меня к тебе в качестве исключения. Я привезла всё, что нужно, - она быстро вытряхивает на кровать содержимое сумки: паранжу, какую-то одежду и... светлый парик!

– Нам нужно поменяться!
– внезапно заканчивает свою мысль она.

Я всё ещё ничего не понимаю, но мама уже настойчиво тянет меня в ванну...

Дин

Три гребанных дня ада!

Только одним словом я могу их описать. Нет, двумя. И одно будет явно не печатное.

Это полный пиздец!

И не потому, что мы мотаемся как в жопу ужаленные в поисках бабла – хер с ним, с баблом, мы его соберем – в этом даже сомнений нет. Соберем и все сделаем как сказал Дамир.

Самый пиздец в том, что мы не знаем, что сейчас с Ланой!

Что с ней за это время может сделать этот утырок и его компания?

Может, его шантаж, его предложение собрать денег только предлог? Может, эта тварь тупо время тянет?

Возможно, наша Лана уже в клинике, и с ней делают эти жуткие вещи, восстанавливая то, что ты так прекрасно уничтожили? В клинике ведь с ней могут сделать не только это!

Мы видели, что творит отморозок, который мнит себя шейхом с девушками. Ему нужны девственные, и бесплодные. Те, с которыми не надо думать о защите и прочей дребедени. Ему поставляют девочек, которых лишили возможности стать матерями. Лишили насильно. Сломали на всю жизнь…

Думать об этом, значит погружаться в пучину ярости. А нам с Сэмом нужна холодная голова.

Пусть Лана просто у него в плену! Господи, сделай, чтобы это было так!

Мы ее вытащим, вызволим, сделаем все, чтобы подобное никогда не повторилось!

Если бы я мог предположить, что мой долбанный братец приложит к этому руку! Блядь… убить его готов за это!

Конечно, охрана наша тоже виновата, но… Если бы Алик не подкатил к ним! Они ведь знали, что это мой брат, и…

– Динар, ты готов? Ехать пора.

Смотрю на Сэма. На нем футболка и штаны цвета хаки, чем-то смахивает на военную форму. Еще жилет с множеством карманов. А на теле – я знаю это – специальный пояс, к которому крепится оружие.

Я одет почти как он. Мы опять как братья, почти близнецы.

– Ты веришь, что он отдаст нам Лану? – говорю, укладывая меченные купюры в сумку.

– Я верю, что мы заберем ее. А уж он нам ее отдаст или нет. Давай, пора.

– Успеем.

– Не стоит опаздывать.

– Я говорю, что мы успеем, брат. Не кипятись.

Подхожу, кладу руку на его плечо, заглядываю в глаза. Его белки тоже красные. Знаю, Сэм, как и я почти не спал эти дни.

В первый вечер мы с ним глушили коньяк, самый дорогой, который был в моей коллекции. Вспоминали свою жизнь.

Вспоминали то время, когда были с матерью Ланы. Знакомство с ней.

Я держал на руках ее Финика, который жалобно поскуливал. Скучал по своей хозяйке.

– Представить тогда не мог, что эта крошка вырастет и станет такой…

Сэм глотал коньяк, я видел, как он прячет слезы.

– А я мог. Знаешь, я уже тогда… черт, она была такой славной. Нет, я не думал ни о чем таком, ну, в смысле, о том что я… она ведь была совсем ребенком, сколько там? Шестнадцать? Меньше? Я думал, что она вырастет, станет красавицей, как повезет какому-то мудаку…

– И не думал, что этот мудак – ты?

– И ты…

– Да уж. То, что мы с тобой мудаки, это точно. Блядь! Почему мы не взяли ее с собой?

Я тоже раз за разом задавался этим вопросом.

Но… Надо было не сопли жевать, а дело делать.