Чтение онлайн

— И что же ты думал? — усмехнулась я.

Ромка выглядел таким беспомощным и бледным, что я невольно подумала всё ли у него в порядке с нервами. Он прищурился и смотрел в одну точку, почему то замялся, а затем продолжил:

— Таня, всё, что я делал в своей жизни, никому не приносило пользы и радости. Я никогда не задумывался, правильно я делаю или нет, осудят меня или поймут, я поступал так, как хотел. Живя лишь в своё удовольствие, я не обращал внимания, что приношу боль и страдания близким людям. Мне страшно и больно признаться в том, что даже слёзы моей матери меня не растрогали, когда она отдавала последние деньги мне на дозу. Она упала на колени, и маленькими ручками уцепилась мне за штанину не давая уйти, она понимала, я ухожу — в никуда. Я пошаркал по коридору, а мама так и держалась мёртвой хваткой за мои штаны. В тот вечер, она ободрала все колени в кровь, а ночью ей соседи вызвали скорую — инфаркт. Позже врачи сказали, ещё бы пять минут, и всё было бы кончено. Я не страдал и не переживал мне казалось, что ей будет на небесах лучше, а мне здесь на земле. Я буду, наконец, один. Больше не нужно будет слушать глупую лекцию о философии жизни. Я всегда думал: Почему я обязан жить, так как живёт наше стадное общество? Я не приемлю их мораль и надуманные стереотипы. Я жил по-своим правилам. Мне хотелось кайфа всегда и везде. Всегда когда я уходил из дома — я знал, что должен уйти, я не мог не уйти, я уже ничего не мог, я не принадлежал сам себе, я принадлежал дозе. Я не ценил время, мне всегда казалось, что его у меня уйма, но сейчас оно работает против меня, как горько это осознавать.

Вдруг Рома замолчал и закрыл глаза. Его лихорадило. Тело содрогалось, видимо ему было холодно, и он спрятал руки в рукава куртки. От услышанного по-моей коже пробежали мурашки. Мне было очень страшно и невыносимо больно. Я не знала, что Рома наркоман. Я никогда не видела его под кайфом. Я и сама не понимала, что произошло со мной в этот момент. Я смотрела на еле живого Рому, и до сих пор не могла поверить, что целый год встречалась с этим парнем. Есть ли у меня причины ненавидеть его — нет. Ненависть, как любовь. Это два огня, а огонь сжигает. А ещё я поняла, что никогда по — настоящему не любила Ромку. Мне вдруг вспомнилось наше знакомство. Его деньги и возможности — вот цель моих встреч с ним. Этот парень был вхож во все клубы и рестораны города, он подарил мне множество незабываемых ночей и сказочных мгновений. С ним было весело и легко, тихо и спокойно. У него имелось отличное качество: он с лёгкостью перевоплощался и подстраивался под людей и обстановку — он везде был свой человек. С его умением импровизировать и врать, выбраться из любой заварушки не составляла труда. Наше знакомство состоялось не совсем обычным способом. Я никогда не была сторонницей боёв без правил. Но как то по волю случая один мой знакомый пригласил меня посмотреть на это жуткое зрелище, искренне уверяя меня в обратном, и пообещал острые ощущения, и бешеный адреналин. Уговаривал он меня долго и упорно, в конце концов, я сдалась. Двухчасовое шоу он оплатил полностью, а в мои обязанности входило отдыхать, болеть и веселиться. Спустя час я узнала, что парень, на которого мы поставили, был его друг Ромка. Мы сидели в первом ряду, и поэтому нас хорошо было видно с ринга. Я всячески пыталась оправдать надежды моего знакомого. Вскакивая с места, я кричала, махала руками и подпрыгивала, когда зал взрывался аплодисментами. Поначалу мне казалось, что Рома совсем не слышит, и наша поддержка ему даже мешает. Прошло какое-то время, и стала замечать его редкие взгляды в мою сторону. После его победы мы дружной толпой отправились в ресторан отмечать. И после больше не разлучались. Так прошёл год нашей дружбы-любви, в которой каждый находил своё счастье. Где не было слепой ревности, ненужных обязательств и бестолковых упрёков. На нашем крохотном островке, царила полная свобода и гармония. Если мы хотели секса, отдавались ему полностью, без чувства вины и греха. Наши тела сливались в сказочном танце любви и вихрем уносились в заоблачный рай, в котором нет запретов и условностей, а просто сумасшедший, дикий и животный секс. Всем известно, что время диктует свои жестокие правила, и как бы мы не желали его остановить, вряд ли оно нам подчинится. Но наши отношения казались не подвластны ему. Они были гораздо больше чем просто любовь — это была дружба. Дружба двух взрослых молодых людей, отличавшихся сильной волей, самоотверженностью, дикими страстями и высокими амбициями. Мы знали, что только любовь способна нас разлучить, но нам это не грозило. В наших душах горел вечный огонь преданной дружбы и непоколебимой веры в себя. Конечно мы ссорились. И тогда рушился мир: Подобно огню, мы не скупились на слова, поступки и действия. Мы сжигали всё на своём пути, это была битва двух титанов. Странно, но меня всегда ссора вдохновляет на сильные поступки, с Ромкой она выбивала из колеи, делала слабой и уязвимой. Я ненавидела дни когда мы находились в ссоре. Моё больное самолюбие грызло из нутри, оставляя глубокие порезы на сердце. Я всегда ждала, когда он приползёт, начнёт извиняться, и я вновь одержу победу. Порой я не хотела, чтобы он вообще пришёл, тогда всё закончится, и мы обретём былую свободу. И всё же он приходил, а дальше шло всё по накатанной. Мы оба отдавали себе отчёт в том, что невыносимо устали друг от друга, но боялись разорвать заколдованный круг. И вот однажды у меня получилось разрубить наши наручники. Я долго не могла решиться, но время подтолкнуло меня на этот шаг. С тех пор, как мы познакомились, Рома сильно изменился: стал изрядно выпивать, хамить, пропадать на недели. Через месяц я окончательно перестала для него существовать. На одной из вечеринок на квартире, я познакомилась с молодым адвокатом. Ночь мы провели вместе, и после старались не разлучаться. Рома заявился неожиданно, выглядел сильно похудевшим и заметно нервничал. Когда я всё рассказала, он будто даже обрадовался, пожелал мне счастья и ушёл. Я прекрасно знала, что хочу научиться жить без него, а ещё хочу найти достойного мужа, поэтому обязана разрубить Гордеев узел навсегда. Прости меня Ромка, но я должна свернуть на свою тропинку, а ты на свою. Вот так каждый из нас пошёл своей дорогой, пытаясь выстроить своё личное счастье. Я часто вспоминаю нашу жизнь на двоих. Это была райская беззаботная жизнь, и я от всей души благодарна судьбе за всё пережитое с этим человеком. Каждый период нашей жизни является бесценным опытом, без которого не возможен дальнейший рост человека, в моральном и духовном плане. Нельзя родиться мудрым, мудрость приходит с годами, вытесняя легкомыслие, непосредственность и наивность.

Мне вдруг, почему то стало за него страшно, я поняла, что теряю друга. Он знал — у него нет будущего и поэтому пришёл ко мне. Я не хочу цепляться за прошлое, загромождая проход будущему. Я не спасательный круг, — я женщина, которая хочет любви, а не жалости. Мой дом не пристанище для убогих, жалких и несчастных людей, мой дом — моя крепость, мой домашний очаг, а не мусорный бак. Хуже всего, то, что он притащил в мой дом грязь, которую не выметишь веником и не отмоешь тряпкой. Она осядет глубоко в душе, и постоянно будет напоминать о себе.

С такими мыслями я ринулась на кухню, и хотела включить свет, но мне не дали.

— Не вздумай включать свет, — еле слышно сказал Рома.

Я растерянно захлопала глазами и почувствовала, как меня душит злость и обида.

— Да, ладно, тебе, — улыбнулась я — Кому я нужна и кто ночью в окна будет заглядывать, тем более я живу на пятом этаже, а не на первом?

Но, видимо Ромке было не до шуток, и он отреагировал на мои слова весьма странно: с раздражением встал, отодвинув меня шатаясь прошёл на кухню. Прижавшись к стене он осторожно отодвинул штору и выглянул в окно. Несколько минут он, молча, пялился в окно, что-то упорно высматривая, затем видимо успокоился и сел на табуретку.

— Ты, кого там высматриваешь? Не переживай, нет у меня жениха, это я так с дуру наплела, — успокоила я.

— А, я и не переживаю. Я знаю, что ты одна, — спокойно ответил он.

— Тогда я не понимаю. — Ты исхудал, бледный, нервный. — Что с тобой творится?

— А тебе не надо ничего понимать, прошу, свет только нигде не включай, — резко ответил он.

— Ромка, ты, что прячешься что ли? Если это так, то уходи, мне не нужны чужие проблемы!

— Таня, ты неправильно всё поняла. — Я пришёл к тебе по любви. — Выкрутился Рома.

— Я тебя правильно поняла. Зачем нужна тогда конспирация? Ты что-то натворил, и теперь решил отсидеться у меня. Только почему твой выбор пал именно на меня, у тебя полно друзей, подруг наконец?

— Я очень соскучился по тебе. Я не могу без тебя.

— Что ты заладил, люблю, скучаю, выпьем чаю, я, что на идиотку похожа? — разозлилась я.

— Зачем ты так, я тебя всегда считал умной и расчётливой. — Кстати, Таня, у тебя есть выпить, а то знобит не по — детски? — неожиданно спросил он.

— С каких это пор, я мужикам наливать должна? Ты пришёл не званным гостьем, без цветов, шампанского, и ещё права свои качаешь! Да тут не любовью, а хамством и наглостью попахивает! — возмутилась я.

— Ты что обиделась? Да, ладно я пошутил!

— Грязная шутка.

Меня сильно трясло, я готова была провалиться сквозь землю, от унижения и обиды, которые испытала.

— Таня, давай обойдёмся без высокопарных слов. Если ты меня ещё хоть капельку уважаешь, сделай, то о чём, я тебя прошу в память о нашей дружбе.

— А о чём ты меня просишь? — прошептала я.

— Пока только выпить и закусить, а то я два дня ничего не ел.

— А тебя не смущает темнота? Как же без света что-то приличное сообразить можно?

Рома пальцами отстукивал барабанную дробь по столу, видимо нервничал, я не видела его глаз, но слышала, как он тяжело дышит.

— Включи свет в ванной, и немного приоткрой дверь, этого вполне хватит.

От последних слов мне стало настолько плохо, что я еле сдержалась, чтобы не залепить другу хорошую пощёчину. Благо подсветка в холодильнике выручила. На скорую руку я собрала на стол. На ощупь вытащила из шкафчика бутылку виски и поставила её в середину стола, а затем села напротив Ромы. Дрожащими руками, я попыталась открутить пробку, но она не подавалась, поставила её на стол и сказала:

— Хочешь, выпить — открывай!

Ромка хмыкнул, и одним махом открутил пробку.

Через несколько минут мы уже разливали виски по рюмкам. Ромка с особым звериным аппетитом поглощал приготовленную мной закуску, у меня по понятным причинам аппетит отсутствовал напрочь, и кроме того, меня тошнило от такой компании.

— А, ты не разучилась готовить. Тебе поваром в ресторане работать надо.

— Я работаю учителем, и меня устраивает моя профессия.

— Да, я знаю, — я всё про тебя знаю. Я всё пытаюсь пошутить, а ты шуток не понимаешь.

Я сидела, ни жива, ни мертва, смотрела на Ромку испуганным взглядом, и не могла поверить в реальность происходящего. Ещё час назад, я беззаботно болтала с Галей. Мы радовались жизни и верили в чудо. А сейчас по нелепой случайности, я оказалась заложницей в собственной квартире, что может быть ужасней. Самое страшное и мерзкое было то, что моим похитителем был мой друг. В данный момент я не чувствовала ничего, кроме горечи и обиды. Тем временем, Рома опрокинул вторую рюмку, не обращая на меня никакого внимания. Я сидела и держала рюмку в руке, пить не хотелось, тем более с ним. Заметив, что я не притронулась к рюмке, он оторвался от еды и спросил: