Мои путешествия. Следующие 10 лет
Шрифт:
Я совершила свое восхождение
14 июня 2002 года. Ферма Сарсынбая – чабана и погонщика верблюдов. Совхоз «Полынный». 18 км от поселка Бергин (Калмыкия, Юстинский район)
Оставалось выполнить еще одно желание. Нам предстояло совершить восхождение на верблюдах на самый высокий бархан Калмыкии в поселке Бергин. Его высота – 8 метров.
Весной 2000 года в маленьком швейцарском городе Фрибуре, где я читала лекции в университете, случилось событие. Федор, ожидая в нашей уютной квартире моего возвращения с лекции, писал новую картину. На бумаге возникли песок, небо, верблюд и женщина, стоящая на верблюде.
Федор радостно встретил меня на пороге и воскликнул:
– Я написал твой портрет.
Песчаный бархан, на нем верблюд, освещенный золотым солнцем, и женщина, стоящая на верблюде. Белое платье и шелковый шарф, укрывающий ее лицо, чуть развеваются на ветру. Глаза и женщины, и верблюда устремлялись в безграничное небо.
– Эта женщина – я?
– Да, ты. Разве нет?
– А возможно ли это в жизни?
Шел лишь второй день нашего путешествия на верблюдах.
Главный погонщик Сарсынбай подъехал к нам и сказал:
– Вот и сбылась моя мечта. Я собрал караван, и он идет по этой земле. Но есть у меня еще два желания. Хочу, чтобы после этой экспедиции наш караван поднялся на мой бархан. Он самый высокий в Калмыкии, и его хорошо видно в солнечный день с моей фермы. На этом бархане, Федор, пусть Ирина встанет на Атамана. Пусть будет так, как на твоей картине (Федор подарил репродукцию ему и его жене Даше).
Верблюдов, всех по очереди, подняли на вершину. Сарсынбай принял решение:
– Встанешь на Атамана, Яшка на вершине спокойно стоять не будет, он боится.
Я села на вожака. Он при этом привычно издал недовольный звук, но тут же смирился. Главный погонщик подъехал сбоку на Яше, подал мне руку, и я стала медленно вставать на седло. Все! Я стою!!!
Главное – идти. Дорога не кончается никогда
16 июня 2002 года
Зазвонил будильник. Мы встречали утро в Москве, в художественной мастерской моего мужа. Федор нажал на кнопку будильника. Тишину теперь нарушал лишь шум машин за окном.
– Ирочка, – обратился ко мне Федор, – нужно поискать в библиотеке побольше материалов о Монголии, Китае и Тибете. Пора начинать готовиться к следующему этапу экспедиции на верблюдах.
В планах каравана теперь значились Монголия, Китай, а затем – Тибет и святыня буддистов – Лхаса.
Глава 6
Дело гребца. Ла-Гомера – Барбадос
Еще одну осень проживу в Мировом океане – на весельной лодке «УралАЗ». Жизнь тем и интересна, что сны могут стать явью. Риск для путешественника – привычное дело. Риск придает смысл моей жизни.
Первое в истории России пересечение Атлантического океана на гребной лодке «УралАЗ». Установлен мировой рекорд в категории «одиночный переход» – 46 суток 4 часа. Федор побил предыдущий рекорд на 11 дней.
Маршрут: Канарские острова (о. Ла Гомера) – о. Барбадос.
Расстояние – 3 000 миль.
Старт – 16 октября 2002 года.
Финиш – 1 декабря 2002 года.
Сегодня лодка «Уралаз» находится в экспозиции музея на территории комплекса «Золотой пляж» на озере Тургояк Челябинской области.
Накануне плавания
15 октября 2002 года, город Сан-Себастьян, остров Ла-Гомера [121] . Из записей Ирины Конюховой
На закате солнца в городе Сан-Себастьян на острове Ла-Гомера пишу это письмо. Мой милый Федор, ты сейчас укрепляешь горшочек с геранью внутри лодки, рядом с выходом, а я смотрю на тебя. Я сижу в твоей лодке на том самом месте, на котором ты будешь грести веслами, и пишу тебе письмо.
Город погружается в тишину. С завтрашнего дня каждое утро, завершив свою утреннюю молитву, мы будем просить у океана милости. Ты – там, а я – на земле.
121
Остров в Атлантическом океане, принадлежащий к архипелагу Канарских островов. В административном отношении принадлежит к провинции Тенерифе. Главный город – Сан-Себастьян-де-ла-Гомера.
Мы назвали твою лодку «Ласточка». Она такая маленькая: семь метров длиной и меньше двух метров шириной. Ее высота всего один метр. Трудно представить, что именно на ней ты будешь переплывать Атлантический океан. Эта лодка стала нашей обителью и колыбелью в маленьком порту Сан-Себастьяна.
Счастливого плавания тебе на нашей «Ласточке»!
Старт
16 октября 2002 года. Город Сан-Себастьян, остров Ла-Гомера, Канарские острова
11:00. Раздался прощальный гонг. Яхты и рыбачьи лодки на пристани загудели все разом. Старт. Но мыслями я отплыл на рассвете.
12:00. 28°03’ с. ш., 17°06’ з. д. За час прохожу две мили. Лодка довольно быстро выбралась из гавани Сан-Себастьян острова Ла-Гомера. Я держу курс на юго-запад.
19:30. Ночь. Луна чуть затянута тучами – белыми хвостами. Ветра нет, зыбь, лодка стоит на месте. Звезды дрожат и пляшут в небе, как всегда перед штормом.
Новый день
17 октября 2002 года
27°40’ с. ш., 17°23’ з. д.
Солнце взошло в 08:03. За это время прошел 32 мили. Нахожусь между островами Ла-Гомера и Эль-Иерро [122] . Ветер плохой, стоит толчея, большие волны идут с востока, а маленькие, крутые – с юга. Грести вообще нельзя. Весла ломает и вырывает из рук.
17 октября 2002 года, город Сан-Себастьян, остров Ла-Гомера. Из записей Ирины Конюховой
122
Самый отдаленный остров Канарского архипелага. В 2000 году ЮНЕСКО занесла его в список «Заповедники биосферы».
09:10. Раздался долгожданный звонок из океана. Ты прошел уже 34 мили. Вчера у тебя был попутный ветер. А под утро задул встречный. Он принес большие волны. Лодка сильно качается, и ты до сих пор не ел ничего горячего. Мне становится неловко оттого, что здесь, на земле, наступило утро и все ее обитатели приступили к горячему завтраку. В воздухе витают запахи яичницы с фасолью, жареных бананов и горячего кофе. Я вижу с балкона, как мужчины сбивают на аллее сочные плоды маракуйи и срезают грозди фиников. Здесь рай, здесь не ощущают тревоги за завтрашний день. Ты сильный и потому ушел в плавание. Ты не хочешь благополучия и ищешь трудностей. Океан тебе их показывает. Он в очередной раз испытывает тебя.
«Голубые ставни»
На тысячи миль вокруг никого
18 октября 2002 года
27°13’ с. ш., 17°55’ з. д.
10:00. Курс 220°, 74 мили позади. Ветер восточный, небо в тучах. Нельзя впадать в отчаяние от одного вида бесконечного океана. Духота. В такую погоду не хочется работать. Все тело от морской соли и пота покрылось красной сыпью. Кожа, как после ожогов, слезает раз за разом. Я снял с себя всю одежду: здесь меня никто не увидит, на тысячи миль вокруг – никого.
19 октября 2002 года, Москва. Из записей Ирины Конюховой
12:15. Твой голос еле слышен сквозь шум океана. Сейчас там нет солнца, пасмурно. Батарейки разрядились, и наш разговор может прерваться в любую минуту.
Один раз ты не успел закрыть люк, и большая волна проникла внутрь того отсека, где ты пытался отдыхать и разговаривать со мной по телефону. Вода наполовину заполнила отсек. Ты испугался за цветок и телефон. Они оба связывают тебя с землей. Все обошлось, волна не повредила их.