Чтение онлайн

Отец Лизы резко повернулся к нему, его глаза горели злобой:

— Это всё из-за этого идиота Андрея! Моя дочь сейчас в тяжёлом состоянии! Всё из-за него!

Доктор спокойно вздохнул, не теряя выдержки.

— Во-первых, давайте проясним. Ваша дочь не в тяжёлом состоянии. У неё всего несколько повреждений, ей действительно очень повезло. Если бы не Андрей, всё могло быть намного хуже. Он закрыл её своим телом при ударе.

Эти слова на мгновение сбили мужчину с толку, его гнев слегка угас, но затем он вновь нашёл, на чём сосредоточить свою ярость.

— Что значит "повезло"? Моя дочь всё равно пострадала, и это вина Андрея!

Доктор сделал шаг ближе, глядя прямо на него:

— Во-вторых, — продолжил он, подчёркивая каждое слово, — это не Андрей устроил аварию. Лиза сама села за руль в нетрезвом состоянии. Она была пьяна, когда произошла авария.

Эти слова, как молния, разорвали напряжённую тишину. Отец Лизы замер, недоумение и шок мелькнули на его лице.

— Что? — прошептал он, не веря своим ушам. — Это… Это невозможно.

— Возможно, — подтвердил доктор. — И в ваших интересах сейчас не искать виноватых, а подумать о том, как помочь вашей дочери и Андрею.

Марьяна вскочила с места, её глаза расширились от удивления и страха.

— Как это возможно? — выпалила она. — Лиза беременна! Как она могла быть пьяной? А что с ребёнком?

Доктор на мгновение замешкался, будто выбирая слова. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах появилось легкое сожаление.

— Мы провели все необходимые тесты, — начал он медленно, глядя Марьяне прямо в глаза. — У Лизы нет никаких признаков беременности. Мы проверили несколько раз.

На этих словах Марьяна резко побледнела, её руки затряслись. Она медленно села обратно на стул, словно её ноги больше не могли держать. Громкий всхлип прорвался из её груди, и слёзы моментально потекли по щекам.

— Как… как это возможно? — прошептала она, задыхаясь от собственных рыданий. — Она сказала нам… Мы поверили…

Марьяна закрыла лицо руками, её плечи тряслись от беззвучных рыданий. Каждое слово врача звучало как нож в сердце, и она больше не могла сдерживать эмоции. Али стояла рядом, поражённая тем, как разворачивалась ситуация. Внутри неё смешались горечь и шок. Рядом отец Лизы медленно осел на ближайший стул, оглушённый правдой, которую он только что узнал.

Коридор больницы был окутан тишиной, каждый звук казался громче обычного — капли воды из кулера, редкие шаги медсестёр. После шока от слов доктора прошло уже несколько часов, но тяжесть осознания только нарастала. Все сидели в ожидании, переполненные страхом и мыслями о том, что же будет дальше.

Когда наконец открылись двери операционной, это было не Андрей. На коляске медленно вывезли Лизу, её лицо было бледным и измождённым, но она была в сознании. Её остановили перед Марьяной и Али, а рядом встал врач, чтобы обсудить дальнейшие действия.

Лиза подняла голову, её глаза были полны вины. Она осторожно посмотрела на Марьяну, затем на Али, прежде чем тихо проговорить:

— Простите меня, — её голос дрожал, словно она боролась с рвущимися наружу слезами. — Я… я не знаю, что на меня нашло. Я была очень зла на Андрея. Я… не хотела, чтобы всё так обернулось.

Марьяна, едва успокоившись, медленно подошла ближе. В её взгляде читалась боль, смешанная с гневом и беспомощностью. Она ничего не сказала, только смотрела на Лизу так, будто не знала, что думать.

Али стояла рядом, внутри её все смешалось: сожаление, печаль, злость.

— Лиза… — начала Али, сдерживая голос, — почему? Почему ты не остановилась, не поговорила с ним? Зачем это всё?

Лиза опустила глаза, её руки крепко сжимали одеяло.

— Я не знаю, — едва слышно прошептала она. — Я потеряла контроль… ревность, обида — это просто всё накрыло меня. И я сделала глупость.

Отец Лизы медленно подошёл к ней, его лицо было суровым и холодным, но глаза выдавали внутреннее напряжение. Он наклонился к Лизе и тихо, но строго сказал:

— Ничего не говори. Ни слова больше. Мы всё решим. Адвокаты завтра будут у Марьяны. Не волнуйся.

Затем он выпрямился и, взглянув на Марьяну с каким-то внезапным смягчением в глазах, произнёс:

— Прости нас за всё это… Марьяна, ты знаешь, никто не хотел, чтобы всё так закончилось. Я… я помолюсь за Андрея. Пусть он поправится. Это главное.

Его голос дрогнул в конце, хотя он пытался сохранить контроль. Мужчина неожиданно обнял Марьяну, коротко, но искренне. Она замерла, кажется, не ожидая такой вспышки эмоций от него. Когда он отошёл, в её глазах стояли слёзы, но она только кивнула, ничего не сказав.

Отец Лизы повернулся к ней и тихо, но настойчиво сказал:

— Мы уезжаем.

Лиза посмотрела на Али, а потом на своего отца, её лицо снова исказилось от чувства вины и боли, но она не осмелилась что-то возразить. Её отвезли к выходу. Отец провёл последнюю минуту в тишине, затем, собрав всю свою силу воли, направился к выходу, оставив Марьяну и Али наедине с тяжёлым ожиданием новостей об Андрее.

Доктор, усталый и с помятыми одеждами, вышел из операционной ближе к обеду. Его лицо выражало беспокойство и усталость, а под глазами виднелись тени. Марьяна и Али, которые не отрывались от коридора всю ночь, моментально подошли к нему. Али ощутила, как её сердце забилось ещё быстрее, в ожидании известий.

Доктор взглянул на них с усталой добротой.

— Как он? — дрожащим голосом спросила Марьяна, её руки крепко сжаты в кулаки.

Доктор вздохнул и протёр лоб.

— Операция была сложной. Мы сделали всё, что могли, но, к сожалению, следующие пару дней будут критическими. Его состояние нестабильное, и нам нужно внимательно следить за ним.

— Что с ним? — снова спросила Марьяна, её голос был почти неслышным.

— У Андрея серьёзные травмы внутренней части тела. Мы смогли стабилизировать его, но риски остаются. Нам нужно время, чтобы наблюдать за его реакцией на лечение. Мы делаем всё возможное.

Али почувствовала, как её ноги ослабели. Она опустилась на скамейку, её взгляд был затуманен. Марьяна, хотя и попыталась сохранять спокойствие, также выглядела подавленной, её руки дрожали, когда она пыталась сдержать слёзы.

Доктор продолжал:

— Мы будем держать вас в курсе. Пока что можете только ждать и надеяться. Операция была необходима для сохранения его жизни, но исход ещё неопределён.

Он посмотрел на них с состраданием, прежде чем вернуться в операционную для дальнейшего наблюдения.