Мои жизни
Шрифт:
— Мамочка, нам нужно идти, — попыталась я поднять ее с колен.
— Нет, ему здесь будет одиноко одному, — плакала она, — он бы не хотел оставаться здесь без нас.
— Мама, пожалуйста, — молила я.
Никакие уговоры не действовали на нее. Я подошла к Ангелу.
— Ты можешь сделать так, чтобы она хотя бы ненадолго забыла о своем горе? — тихо спросила я. У меня еле ворочался язык, но мне нужно было попросить это ради нее. Я думаю, отец понял бы меня и захотел бы, чтобы я так сделала.
— Ты действительно хочешь этого? — неуверенно спросил Ангел.
Я лишь кивнула головой. Парень подошел к моей маме и коснулся ее плеча. Постепенно рыдания перешли во всхлипывания, а затем и совсем прекратились. Плечи мамы немного распрямились и она неуверенно, покачиваясь, поднялась на ноги и подошла ко мне.
— Мне уже лучше детка, нам действительно пора. — Мама глянула на меня печальным взглядом, и ровной походкой направилась к выходу из кладбища.
Ангел неуверенно посмотрел на меня, я видела, что он колебался, последовать ли ему за мамой или остаться со мной.
— Все хорошо, — проговорила я немного дрожащим голосом. Слезы уже начинали душить меня, и ком встал в горле.
Парень подошел и обнял меня, я же отстранилась и отступила от него на шаг. Ангел не попытался повторить свою предыдущую попытку обнять меня, но стоять так он не мог. Он нерешительно переминался с ноги на ногу и решил все же повторить свое приближение ко мне.
Я снова отступила и покачала головой.
— Не надо, прошу тебя, — взмолилась я. — Можно я побуду одна?
На лбу Ангела пролегла глубокая морщинка, его лицо выражало противоречивые чувства. Было видно, что он понимал, что я хочу, но так же он боялся оставлять меня без своей поддержки, боялся оказаться не со мной, когда я буду нуждаться в нем.
— Ангел, пожалуйста, — снова повторила я.
Наконец он еще раз посмотрел на меня обеспокоенным взглядом и пошел прочь, туда, куда уже ушла мама.
Я опустилась на колени перед могилой отца. Мы уже поставили памятник, на котором была выгравирована надпись:
«Самому лучшему в мире отцу, мужу, брату, сыну…
Ты покинул этот мир рано, но мы не забудем тебя. Ты навсегда останешься в наших сердцах.
Жизнь не остановится, но и не станет прежней, ведь в ней уже не будет тебя…»
— Я люблю тебя папочка, — прошептала я.
Наконец слезы вырвались из–под контроля и заструились по моим щекам. Я не знала, что будет теперь со мной и мамой, но единственное в чем я была уверена, мы никогда не забудем его и не станем жить так, как жили прежде, до этой ужасной потери.
Я положила букет красных роз на его и так полную цветов могилу и в последний раз взглянула на счастливую фотографию папы.
Мы сделали ее год назад на его день рождения, он был там такой жизнерадостный и полный сил, а теперь его нет с нами. Я не верила, казалось, сейчас он выйдет из–за надгробий, обнимет меня, и мы вместе посмеемся над тем, что поверили, что он так легко нас покинет. Но нет, этого не произошло.… И я, утерев слезы, в последний раз взглянула на могилу отца и зашагала прочь в новую неполную жизнь без него.
17
Вся остальная дорога домой происходила в полном молчании. Мне было безумно стыдно перед мамой, что я попросила Ангела использовать по отношению к ней его супер гипноз, но ей это действительно было нужно. А еще никак не могла полностью отойти после прощания с отцом. Мне до сих пор до конца не верилось в то, что мы потеряли его.
Все эти дни прошли в напряжении, и это сказалось на моем подорванном, после отъезда Коула, здоровье. Сегодня я хотела побыть одна. Совершенно одна. Мне нужна была моя комната, мой урчащий кот, который постоянно где–то блуждал, но, как будто предчувствуя беду, вовремя вернулся домой, и старался не отходить от меня. Мне нужна была моя кровать. В конце–концов мне нужна была давящая тишина пустого дома, почему–то именно сейчас я в ней нуждалась.
Когда мы с Ангелом остались наедине, я решила с ним поговорить.
— Ангел, спасибо тебе за все. Ты такой… — я замолчала, обдумывая правильную формулировку. — Такой внимательный ко мне. Знаешь я и не думала в самом начале, что ты такой и можешь так заботиться обо мне.
— Я и не был в самом начале таким. Это ты меня изменила.
Его глаза были виноватыми, и я не могла смотреть на его грустное лицо. Поэтому я подошла и поцеловала его. Мне было хорошо в его объятиях.
— Ангел, я хотела тебя попросить… Ты бы мог сегодня оставить меня одну?
— Хорошо. Я сегодня собирался поесть, что бы мне хватило сил.
— Спасибо, — только и успела я прошептать. Ангел исчез, и после него остался только легенький ветерок.
Мне еще не хотелось спать, поэтому я решила проведать маму. Она лежала в своей комнате. Скрутившись в клубок, она напевала песню. Первой моей мыслью было то, что она снова напилась, но когда я подошла ближе то увидела что она вся в слезах, напевает колыбельную, что часто пела мне перед сном.
— Мамочка, — погладила я ее по волосам, и селя рядом с ней. — Как ты?
— Знаешь, когда я увидела Ричарда в гробу, то мне стало страшно. Мне стало страшно, что я его больше не увижу. Но ко мне подошел Ангел, и знаешь, его слова вселили в меня надежду, что все будет хорошо, — она глянула на меня и улыбнулась. Ее левая рука потянулась к моему лицу, и она нежно потрепала мою щеку. — У меня есть ты. Это значит, есть смысл жить дальше.
— Мама, а что сказал тебе Ангел? — мне было интересно, что она запомнила из установки парня.
— Он сказал только это: Маргарет, у вас замечательная дочь, она жива, и теперь это ваш смысл жизни.
— Он молодец, — похвалила я Ангела в голос.
— Да. Ким, знаешь, это хорошо, что ты нашла такого парня как он. Ангел очень хороший, — она зевнула, и закрыла глаза.
Через пару минут она заснула, а я тихонько вышла из комнаты и пошла в спальню. Кажется, мама была права, хорошо, что у меня есть Ангел, а иначе я бы умерла от горя. С этой мыслью, и с улыбкой на губах я уснула.
Ночью мне приснился уже знакомый сон. Я снова стояла в темноте, а по обе стороны от меня стояли Коул и Ангел. Они тянули ко мне руки, и с мольбой смотрели на меня. Но, как и в прошлый раз, я сделала выбор в пользу ямы наполненной костром. Но только в этот раз, я упала в эту яму. Кости были сломаны, все тело ужасно болело. Я кашляла кровью, и меня жег огонь. Я кричала. Я звала на помощь парней, но ни один из них меня не спас. Из последних сил я громко закричала: «Стоп!», и сон закончился, но вот боль в теле, хоть и слабая не ушла. Было ощущение, словно меня побили, но ведь такого не было на самом деле.
Я с трудом, согнувшись пополам, дошла до ванной. Только я переступила порог ванной комнаты, как меня стошнило, и я вырвала на пол. Меня всю трясло, и в горле ужасно жгло. Я очень хотела, есть, и пить. Но для начала мне нужно было остудить горящую кожу. Невидимая сила жгла мою кожу с такой силой, что она покраснела, и была на грани того что появятся волдыри. Я тряслась, и с трудом влезла в ванную. В ночной рубашке, в тапках я открыла на себя холодную воду, и увидела как при соприкосновении воды с моей кожей, начинал появляться пар.