Чтение онлайн

Джонатан опустил голову на валик дивана, и Девон прильнула к его груди. Как бы ни закончилась их связь, сейчас волноваться было не о чем. Не за горами Рождество, но об этом позаботятся Девон и его сын. А раз Девон согласилась на время выбросить из головы мучающие ее проблемы, он может выбросить свои. Вот кончатся каникулы, тогда он как следует подумает, все взвесит и решит, как быть дальше. Но интересно, будет ли это решение наилучшим для него самого?

Эти праздники казались Девон чем-то вроде волшебных сказок из «Тысячи и одной ночи». Джонатан накупил охапки замечательных игрушек. Обе квартиры были украшены пуансетиями и пропитаны запахом хвои и смолы. На уик-энд приехал Алекс, и все эти дни они лепили шарики из кукурузного теста, вымазались до ушей, но остались очень довольны друг другом. Слава Богу, готовку Джонатан взял на себя. Хотя он никогда не пек печенья и не готовил другие традиционные рождественские блюда, но, как ни странно, справился с этим блестяще.

Пока Джонатан трудился на кухне, Девон лепила из теста шишки, а Алекс нанизывал на нитку ягоды клюквы вперемежку с блестящими золотыми шариками. Такой гирляндой они замыслили украсить камин.

— Здорово, па! — завопил Алекс. — Почему мы до сих пор никогда так не делали?

Девон улыбнулась. Ей нравилось установившееся между ними взаимопонимание. Она надеялась, что это войдет у них в привычку и повторится на следующий год.

— Наверно, потому что это чертовски хлопотно, — буркнул Джонатан, раскладывая под елкой целую охапку подарков. Но Девон видела, что он доволен ничуть не меньше, чем она сама.

Всю предыдущую неделю они покупали недостающие подарки и завертывали их в бумагу, готовясь встретить Рождество в домашнем кругу. Позвонила Кристи и предложила повидаться с Сарой Стоун, но Девон, верная своему обещанию, попросила отложить свидание на первую среду после Рождества.

— О'кей, — нехотя согласилась Кристи, — но я тоже приду.

Обязательно! Мне будет намного легче, потому что вы с Сарой подруги. Кроме того, я хочу познакомить тебя с Джонатаном.

— Он придет с тобой?

— Да.

— Фантастика! Я уж думала, что не доживу до этого дня!

Они договорились встретиться в среду в семь вечера. Этот день Алексу предстояло провести в больнице, а Джонатан обещал взять работу на дом. И только одно обстоятельство мешало тому, чтобы тема «Стаффорд-Инна» окончательно улетучилась из их памяти, вытесненная предпраздничными заботами. От бывших постояльцев гостиницы начали приходить письма с ответами на разосланный по почте опросник.

Большинство откликнувшихся просто указало на то, что пребывание в гостинице не доставило им особого удовольствия. Никто не рассыпался в похвалах, а двое подчеркнули, что в доме царит неприятная, неуютная атмосфера.

— А я-то думал, что миссис Микс успешно ведет дело, — проворчал Джонатан, как-то вечером просматривавший почту.

— В каком-то смысле, да. Благодаря хорошей рекламе гостиница всегда полна. Но мало кого из постояльцев тянет вернуться.

— Ты считаешь, что в этом виноваты не столько неприятные манеры миссис Микс, сколько сам дом?

— Я думаю, что это взаимосвязано.

Через два дня, когда прибыла новая партия писем, Девон обнаружила в ней весьма любопытный ответ мужчины из Скрэнтона, штат Пенсильвания. «Ни за что не вернулся бы, — гласила заполненная анкета. — Полночи не сомкнул глаз. Где-то плакал ребенок. А говорили, что гостиница только для взрослых!»

Когда она показала это письмо Джонатану, тот свел черные брови.

— Интересно… Я думал, Ада Микс пустит ребенка на порог гостиницы разве что за двухмесячное жалованье. Конечно, за исключением собственного сына.

— У нее есть сын?

— Уже большой. Учится в колледже. Не совсем подходящая личность, чтобы реветь по ночам.

— Нет, не похоже. Ты не думаешь, что в этом следует разобраться?

— Согласно твоей последней книге, каждый след заслуживает того, чтобы в нем разобраться. Но в свете того, что нам уже известно, ставлю сто против одного: детский плач имеет прямое отношение к Бернарду!

Девон сначала растрогалась, а потом почувствовала небывалый подъем. Она и сама так думала, но ее очень воодушевил энтузиазм Джонатана.

— Так что, позвонить и договориться о встрече?

— После Рождества, — напомнил он. — А сейчас отбери письма, которые, по-твоему, заслуживают дальнейшего расследования, и отложи их в сторону. Мне не терпится отведать пирожков с хурмой!

Девон улыбнулась, но тут же притворилась озабоченной.

— Они же еще в духовке! Не знаю, не знаю… Я бы на твоем месте не злоупотребляла печеным. Мне бы не хотелось, чтобы ты перестал пролезать в дверь.

Джонатан обвил рукой ее талию и притянул девушку к себе.

— Мы всегда можем пойти в спальню и сбросить лишний вес…

Думая только о пирожках, Девон вырвалась и опрометью бросилась на кухню. Но когда противень был вынут, она вернулась в гостиную, подкралась к Стаффорду и обняла его за шею.

— Джонатан, ты был абсолютно прав. Я думаю, настала пора худеть…

Сочельник они провели у родителей Девон. Алекс приехал с ними, и Юнис влюбилась в мальчика с первого взгляда. Она пичкала его печеньем и сладостями и суетилась вокруг, как наседка.

— Ну до чего славный малыш! — вздохнула она, ставя перед Алексом тарелку со вторым куском миндального торта. — Знаешь, Алекс, если бы все сложилось по-другому, у Девон мог бы быть такой же мальчик, как ты. — Она печально вздохнула и бросила на дочь красноречивый взгляд. — Я всегда хотела внука.

— А я никогда не видел свою бабушку Уинстон, — сказал Алекс. — Правда, она присылает мне замечательные подарки.

Бабушка Уинстон, мать Ребекки. Почти такая же светская львица, как и ее покойная дочь.

— А дедушка Уинстон иногда приезжает в гости, но это бывает редко. И только по воскресеньям.

— Ну, ко мне ты сможешь приезжать в любое время дня и ночи, — улыбнулась Юнис. Ее тонкое лицо дышало добротой.

Она всегда любила детей. Девон знала, что мать мечтает о внуках, но только сейчас до нее дошло, насколько сильна эта мечта.

— Торт великолепный, — сказал Джонатан, деликатно меняя тему. — Может быть, даже вкуснее вашего тыквенного пирога.

Юнис просияла. Грандиозный праздничный ужин подходил к концу: ветчина, украшенная консервированными персиками; свежий горох и морковь; горы картофельного пюре с маслом, плававшего в подливке по-деревенски материнского изготовления; и, конечно, домашние сладкие булочки. Расправившись с пирогом, они перешли в гостиную любоваться подарками, и вскоре весь пол был усеян мятой оберточной бумагой, дюжинами красных и зеленых шелковых ленточек и пустыми картонными коробками.

На Девон вылилось целое море благодарностей за новейшую кухонную утварь, спортивный костюм для папы и халат со шлепанцами для мамы. Это не считая заранее купленных кашемировой шали и пенковой трубки. А родители подарили ей пару золотых сережек и белый пуховый свитер, на который Девон грустно поглядела несколько месяцев назад, когда ходила с матерью за покупками.

— Ма, па, это прелесть что такое! — Девон обняла и расцеловала обоих.

Джонатан был удивлен, найдя под деревом подарки для себя и Алекса, хотя и сам не забыл ни Юнис, ни Падди. Но Стаффорда особенно тронуло, что в коробке для Алекса лежали связанные Юнис красные варежки, а ему самому достался чудесный вязаный шарф, отлично подходивший к пальто, которое было на нем во время предыдущего визита.