Чтение онлайн

— А для меня найдется экземпляр? — спросил Мори.

— Ты что, шутишь? — ответил Ватанабэ. — Если тебе нужна книжка, то магазин направо за углом.

Со своими широко расставленными поросячьими глазками, приплюснутым носом и толстыми, как подошва, губами он выглядел якудза из телевизионной постановки. Кстати, он и снялся недавно в паре спектаклей, показанных по пятому каналу.

— Мне нравятся твои обозрения. — продолжал Мори. — На днях в «Гэндай» было отличное.

— Там работает знакомый парень. Я сказал ему, что — в случае чего — ноги переломаю. Он принял мой материал без возражений.

Мори сделал вид, что на него это произвело впечатление. У официантки распахнулись глаза, она была ошарашена. Когда она ушла, Ватанабэ бросил озорничать, стал вежливым и доброжелательным. Вести себя он умел.

— Чем могу быть полезен? — спросил он. — Готов помочь старому другу.

Это было преувеличением. Мори никогда не дружил с ним. Просто Ватанабэ был обязан ему кое-чем.

— У меня две крупные проблемы, — сказал Мори. — Одну именуют Тору Накамура, другую — Сэйдзи Тэрада.

Ватанабэ втянул воздух краем рта.

— С этими проблемами я не справлюсь. Надо же думать и о карьере. Хорош я буду на телеэкранах без ушей и носа.

— Да я и не хочу, чтобы ты непосредственно ими занимался. Мне нужна информация — все, что знаешь об этих людях: их психология и чего они боятся.

Ватанабэ было приятно поделиться тем, что он знает доподлинно. А знал он все о том, как Накамура шел на вершину своей организации по костям друзей и врагов. Он психопат и садист. Ватанабэ описал и соперничество Тэрады с традиционалистами. Убийство старшего из братьев Ага раскололо синдикат надвое, и этот раскол пытаются сгладить старшины синдиката.

— Ага был медлителен и старомоден, — сказал Ватанабэ, — но он точно знал свое место в мире. Он был якудза и этим гордился, а никого из себя не разыгрывал. Люди Тэрады — другие. Они сами не знают, на что способны, и очень этим опасны. Они не знают пределов.

— А младший Ага знает рамки?

— Безусловно! Бывало, мы с ним вместе носились по Осаке. Он нормальный якудза, в голове полторы извилины.

— Мне надо с ним встретиться. Ты мог бы это устроить?

— Тебе?! Тебя посетила плохая идея.

— Не важно, хорошая или плохая. Мне нужно.

Ватанабэ посмотрел с любопытством. Но он-то знал, что в этих случаях лишних вопросов не задают.

— Ладно, — сказал он, открыл чемоданчик и достал портативный радиотелефон.

Мори вернулся в офис в полдень. На автоответчике ждало сообщение. Голос был дружелюбный и слишком бодрый, как у радиокомментатора коммерческой станции.

— Мори-сан, мы пытаемся с вами связаться, но что-то не удается. Не беспокойтесь, все же увидимся. Пока попытайтесь быть умником.

За этими словами последовал женский вопль, и Мори узнал голос Лизы.

Он лег на диван и закрыл глаза. В отдалении раздался гудок локомотива, послышались крики торговца печеным ямсом, грохот грузовиков. Минут пять он лежал без мыслей.

Как велел Ватанабэ, Мори прибыл в главное отделение синдиката «Кавасита» в Синдзюку в четыре часа. Офис располагался на девятом этаже здания возле вокзала. Синдикату принадлежала большая часть этого здания. Фирма «Сумикава реал эстейт» таким образом рассчитались с якудза за их помощь в реализации проекта реконструкции нескольких городских кварталов. Помощь «Каваситы» была, конечно, своеобразной…

Приемная в офисе была стандартного вида: секретарша за столиком, китайская ваза и часы, показывающие время во всех крупных столицах мира. Но только вход преграждало пуленепробиваемое стекло. Оно поднялось после того, как за Мори защелкнулась дверь и его в достаточной мере рассмотрели через видеокамеру.

— Вы — Мори-сан? — спросила девушка в приемной. — Проходите, вас ждут.

Она провела его в комнатку с двумя креслами, диваном и письменным столом. Напротив двери на стойке лежали журналы, а на стене красовалась маска персонажа классического театра Но.

Девушка поклонилась и предложила ему присесть в кресло напротив двери. Абсолютно корректный деловой этикет. Мори уселся, и она опять поклонилась.

— Принести что-нибудь выпить?

— Кофе, пожалуйста. Черный, без сахара.

Девушка исчезла. Через несколько минут в комнату вошли двое якудза. Они представились и передали Мори свои карточки. Като и Сато — заместители руководителя секции, представители фирмы «Ниппон трейдинг». На отворотах пиджаков виднелись крошечные значки, полагающиеся добропорядочным служащим: Мори разглядел, впрочем, известную всем бриллиантовую эмблему «Каваситы».

— Итак, Мори-сан, — сказал Сато, высокий, с усиками, выступавшими так скупо, что, казалось, они требуют полива, — у вас, кажется, есть какое-то предложение, и вы хотите его обсудить.

— Нас не интересуют деловые идеи, — сказал Като. — Особенно мысли такой представительной фигуры.

Этот выглядел так же, как Сато, но усиков у него не было.

— Не знал, что я знаменит, — произнес Мори. — Стараюсь, знаете ли, держаться в тени.

— Не скромничайте, — сказал Като с легкой улыбкой. — Мы о вас слышали, правда, Сато?

— Конечно. Я даже лично встречался с Мори-сан, когда работал в нашем хиросимском отделении.

Мори вспомнил контакт в Хиросиме с тремя якудза. Это было пять лет назад. Он передал конверт с деньгами в обмен на конверт с фотографиями и письмами. Выслушал претензии насчет того, что, мол, денег мало, и оскорбления. Двое схватили его на обратном пути и втолкнули в проулок, где пахло сыростью и мочой. Посыпались удары. Благодаря тому эпизоду мэр Хиросимы остался в своем кабинете, но Мори получил травмы, следы которых неустранимы.

— Значит, вы были одним из тех подонков?

— Вообще-то меня там не было, — поспешно ответил Сато. — Я слышал, что вы там втянулись в какую-то драку.

Мори отрывисто кивнул. Сато и Като начинали его раздражать.

— Я пришел говорить с вашим боссом, — сказал он. — Он знает о том, что я здесь?

— Знает, знает, — сказал Сато. — Просто он хочет, чтобы мы удостоверились, что вы не станете попусту тратить его время. Правильно, Като?