Чтение онлайн

Дети держались друг за друга, сопротивляясь потоку воздуха.

Молли крепко стиснула зубы, стараясь не разреветься. Лили примолкла и как-то вся обмякла — да сумеет ли она вообще взглянуть на компас?

Вся троица соединилась в круг.

— Готовы? — в динамике резко прозвучал голос Малькольма. — Возьмитесь за руки. Но помните: перед тем как ваши парашюты откроются на высоте шесть тысяч метров, нужно расцепиться. Держите ноги вместе, когда будете приземляться. Теперь пора. Ну! Пошли!

Молли показала ему большой палец, и люк раскрылся окончательно. В широком отверстии нельзя было разглядеть ничего, кроме ледяной черноты. Одновременно воздух снаружи стал засасывать их в дыру, как огромный, зловещий пылесос.

— Раз! Два! Три! Прыгаем! — скомандовала Молли, и как во сне, будто ныряя в чернильно-темный пруд, они шагнули вперед.

Молли с размаху ударилась о воздух. Обжигающе холодный, он хлестнул ее по лицу. Девочка даже не сразу поняла, жива она или нет. Затем ощутила себя крошечной песчинкой, кувыркавшейся в штормовом ветре. Она переворачивалась и кружилась, как монетка, которую подбрасывал какой-то обезумевший демон.

«Орел — ты проиграешь! Решка — умрешь! — зазвучало у нее в голове, будто их выкрикивал ледяной ветер. — Орел — ты умрешь, решка — все равно умрешь!»

Молли показалось, что демон — мисс Ханро.

А затем она вспомнила, что надо дышать. Глотнув из маски кислорода, попыталась овладеть собой. Но было так морозно и так кружилась голова, что думалось очень плохо. Она с ужасом осознала, что больше не чувствует руки Лили, но брат все еще был рядом.

На долю секунды девочка приоткрыла глаза, чтобы увидеть, держится ли Лили за другую руку Микки. Лицо брата, искаженное страхом, мелькнуло в лунном свете, но малышки рядом с ним не было. И никак не получалось определить, куда подевалась дочь Темникуса. Девочка даже не знала, дышит ли еще Петулька.

Брат и сестра падали сквозь ледяной воздух. Их крутило, вертело и бросало из стороны в сторону. Молли отчаянно старалась сохранять ясность мысли. Невероятным усилием ей удалось преодолеть сопротивление воздушного потока и дотянуться до Микки второй рукой. Дети в ужасе летели в неизвестность.

Месяц освещал невероятную картину. Близнецы прижались друг к другу, как когда-то в утробе матери. Снова став единым целым, они неслись, как черный снаряд, вниз, вниз, вниз, сквозь морозное ночное небо. Было чудовищно холодно, и их тела онемели. Лицо Молли горело, глаза болели, а желудок скрутило от безжалостного давления воздуха. И еще ее тошнило от постоянного вращения.

Затем девочка вспомнила телепередачу про парашютистов и поняла, что надо делать.

— Нам надо лечь на воздух! — прокричала она Микки.

— Что-о-о? — завопил тот в ответ, не открывая глаз.

— Лечь! И растопырить руки-ноги звездочкой!

— Звездочкой?

— Да!

Чтобы показать, что она имела в виду, Молли оттолкнулась от него и развела ноги. Это немножко уравновесило их, но они продолжали кувыркаться.

— Делай как я! — завопила девочка.

Тогда Микки тоже вытянул ноги и раскинул руки. Теперь они с сестрой разделились, но каждый держался одной рукой за парашютную лямку другого. Их ноги напоминали раздвоенные хвосты странных птиц.

— Так-то лучше! — проорал мальчик.

И был прав. Перестав вращаться и кувыркаться, они обрели способность думать. Оба решились бороться с острым потоком воздуха и открыли глаза. Молли опять поискала взглядом Лили и Малькольма, но никого не увидела. Ей очень хотелось проверить, жива ли Петулька.

Микки взглянул на свой высотомер.

— Тринадцать тысяч метров! — прокричал он.

Оба знали, что это значит. Дети одновременно посмотрели вниз. Облака сверкали, грохотали и рычали, словно страшные чудовища, караулившие их появление.

Вспышки молний освещали жуткую картину — адская бездна черного воздуха, полная электрических разрядов. Она с нетерпением поджидала детей. Еще мгновение — и тьма приняла их в свои мрачные объятия.

Первым на них накинулся град. Обжигающе холодные куски льда размером с конский каштан молотили по всему телу. Но близнецы не могли прикрыть лица, ведь для этого пришлось бы расцепиться. Секунды казались минутами, даже часами, но дети, стиснув зубы, держались вместе.

Наконец град превратился в ледяной дождь. Молли и Микки ощущали себя мухами, попавшими под холодный душ. Затем последовал внезапный рывок, словно под ребра их дернул какой-нибудь великан — их парашюты раскрылись.

Следуя указаниям Малькольма, ребята оттолкнулись друг от друга.

— Удачи! — гаркнула Молли.

— Следи за координатами! — прокричал в ответ Микки.

Парашют девочки полностью раскрылся, и теперь она вновь ощутила собственный вес, поддерживаемый куполом и стропами. При первой возможности она засунула замерзшую руку с онемевшими пальцами в сумку, чтобы проверить, как там Петулька. Кислородная маска все еще болталась у нее на мордочке. Это слегка утешало, но Молли все равно ужасно боялась. Они с Петулькой остались одни в пустынном небе под безжалостным дождем. А вдруг парашют раскрылся слишком рано? Может, было бы лучше лететь, как камень, сквозь грохочущую грозу, а не медленно планировать под раздувшимся тканевым пузырем?

Молли плотнее прижала к себе сумку с мопсом и попыталась оценить масштабы стихийного бедствия. Оглушительно гремел гром, и молнии пронзали тяжелый воздух. На мгновение показался Микки — он болтался под своим куполом, как креветка под огромной медузой. За ним мелькнул еще один парашют, но, возможно, это была только игра воображения.

Теперь ветер хлестал по лицу и гнал Молли, словно пытался отомстить за какую-то обиду. Мелькнула мысль, что яростные порывы могут разодрать в клочья даже плотный парашютный шелк. Когда прогремел еще один раскат грома и зигзаг молнии разорвал небо на две половинки, Молли взглянула вниз. Под ногами возник жуткий водоворот черного, в форме туннеля, облака, подобный какой-то дьявольской воронке. Торнадо. Она крепко прижала к себе сумку.

— Извини, Петулька!

Девочка сейчас очень жалела, что не может забраться в сумку и обнять собачку. Поэтому сделала единственное, что могла, — мысленно спросила у своей любимицы: «Петулька, а ты что думаешь?»

И тут же над нейлоновой сумкой повис прозрачный пузырь. А в нем, как на волшебном экране, возникали картинки — нет, не буря и шторм — леса, цветы, голубое небо и все те места и люди, которых любила собачка. Там были лужайки Брайерсвилль-парка с подстриженными в форме животных кустами и образы Микки и Рокки. Все выглядели счастливыми. А потом Молли увидела саму себя — смеясь, она бросала Петульке палку…

Девочка поняла, что ей тоже лучше вспомнить что-нибудь хорошее, отвлечься от дождя, хлеставшего по лицу и заливавшегося даже в уши. Ведь эти секунды в воздухе могут стать последними в ее жизни. Слезы выступили на глазах, девочка представила себе близких и любимых людей. Она подумала о Рокки — увидятся ли они еще? Когда друзья болтали о будущем, Молли боялась уроков и мечтала о приключениях. А сейчас она бы с радостью променяла все приключения на одну задачку по математике!

Затем ее мысли обратились ко всем, кого она не видела уже давно. Не к Рокки и Оджасу, не к Люси, Праймо и Лесу, но к людям из ее прошлого, к детям из ее сиротского приюта, которые сейчас жили в Лос-Анджелесе. Она подумала о миссис Тринкелбери, доброй старушке, что много лет назад нашла Молли в коробке на крыльце и спасла ее. Вот бы гигантский ящик из-под зефира «Мун» внезапно появился здесь, как ковшом зачерпнул морозный воздух и унес из этого кошмара!.. Молли закрыла глаза, крепко прижала к себе собачку и загадала желание. Парашют несло ветром, маленькая фигурка, словно маятник, беспомощно болталась под куполом. Девочка от всего сердца хотела только одного — чтобы все закончилось хорошо.