Чтение онлайн

– - Серьезное дeло было... Сталина пристрeлить хотeли... На первомайском парадe с крыши ГУМ'а. Да засыпались... Человeк 50 в расход пошло...

– - Здорово... А много вас всего было?

– - Да ребят полтораста...

– - А каких ребят?

– - Да все комсомольцы... Эх, не удалось, чорт побери... Ну да ничего: не мы, так другiе...

В голосe юноши досада, как будто разговор идет о проигрышe спорт-состязанiя.

– - Что это у вас такой зуб против Сталина.

– - Тут, Борис Лукьянович -- не зуб, а хуже. Вам-то что -- вы-то ему сразу не вeрили... А мы -- комсомольцы -- сколько мы своих сил и жизней в пятилeтку вложили... вeрили, дураки, что потом рай соцiалистическiй настанет... Ну, а нас на раскулачиванiе погнали. Не дай Бог никому видeть то, что мы видали. Сколько народу погибло... Нашего русскаго народа. И вeдь какого! Кулаки эти -- лучшiе крестьяне... Эх... "Весь изъян на крестьян"... Вeрно, их и здeсь много?

– - Процентов до 70. Мало кто из них здeсь, вот, в центральных пунктах пристроился. Большинство -- лeтом на торфe, весной на -- сплавe, а зимой -- на лeсозаготовках...

– - Ну, а всего-то здeсь много народа?

– - Не мало, что и говорить... Когда я в Соловках в 1928 году сидeл, по всей Карелiи вмeстe с Соловками тысяч до 18 было заключенных.

– - Ну, а теперь?

– - Теперь -- в ББК что-то 285.000, да у нас в Свирьлагe, кажется 75.000... Я как-то с братом подсчитывали 441 -- он в УРЧ работал -- всего по лагерям сидит никак не меньше пяти миллiонов человeк...

Костя покачал головой.

– - Да... Экспериментик, что и говорить!...

– - А вы в него еще вeрите, Костя?

– - Вeрил бы -- не здeсь бы был!

– - Ну, тут окончательно вышибутся остатки иллюзiй. Для этого лагерь лучшая школа.

Лицо Кости сморщилось, как от зубной боли. На его обычно привeтливом и веселом лицe появились морщины какой-то злобы и мстительности.

– - Не во мнe дeло... Что -- я? Песчинка! Теперь массы говорят и рeшают. Вот, жену у меня разстрeляли по этому же дeлу -- патроны из казармы крала... Но это все личное... Дeло даже не в том, что, вот, Сталин н а с обманул... Мы не за свою обманутую исковерканную жизнь мстим... За всю страну, за Россiю, которую он кровью залил, за концлагерь, за голод, за рабство. Вот это мы не простим. Вот, попомните меня -- своей смертью Сталин не умрет...

Голос Кости звучал твердо и жестоко.

Выход

Поздно вечером прибeгает курьер III части:

– - Т. Начальник... Так что срочно просят придти в 17-ый барак... Что-сь случилось...

Подхватываю походную аптечку и бeгу. В баракe -- полная тьма. Всe керосиновыя лампочки перенесены в комнату администрацiи, гдe толпятся люди в военной формe.

– - Ага, вот и вы, доктор, -- встрeчает меня уполномоченный III части.
– - Осмотрите вот этого... "бывшаго" человeка... И главное -- с а м или н е с а м?..

На лежанкe странно вытянулось тeло с повернутой на бок головой. На шеe трупа видна сине-багровая полоса от веревки. Относительно смерти сомнeнiй никаких.

– - Давно сняли?

– - Да нeт... С полчаса... Рабочiй за барак случайно вышел -- видит: висит кто-то... Он крик и поднял... 442

Я поднес лампу к судорожно перекосившемуся лицу и невольно вздрогнул: эта гримаса отчаянiя и злобы сразу напомнила мнe того студента, который сегодня был у меня на осмотрe. Он нашел, значит, рeшенiе вопроса, что ему дeлать...

Да... "Смерть -- выход из всякаго положенiя,

Но единственное положенiе, из котораго выхода нeт"...

– - Слышьте, Солоневич, -- наклоняется ко мнe чекист, -- нам главное -нeт ли слeдов, что е г о повeсили?

– - Нeт. Этот, видно, сам...

– - С чего это он?
– - насмeшливо поднимает брови чекист.

Я молча пожимаю плечами... По своему, он, этот студент, прав. Наблюдать свое угасанiе и с тоской ждать послeдних минут, когда легкiя будут разрываться от жажды воздуха и жажды жизни... Нeт уж, лучше сразу... Мрачная, обнаженная арифметика совeтской дeйствительности...

Я понимаю его, как врач, и негодую, как гражданин: почему он, безвременно уходя в иной мiр, не захватил с собой кого-нибудь из своих тюремщиков и палачей?...

Обыкновенная исторiя

Спал я в своей комнаткe недолго -- вeроятно, часа два. Ночью в корридорe лазарета раздался шум топочущих ног, и меня вызвал голос взволнованнаго санитара.

В перевязочной ничком на клеенчатом диванe лежал и тяжело всхлипывал человeк в военной одеждe, с окровавленной головой. Из палат достали еще двe лампочки, и раненаго перенесли на перевязочный стол.

Один из заключенных, принесших раненаго, видимо, рабочiй мастерских, глухо сказал:

– - Тут еще, товарищ доктор, евонная шапка... Она там сбоку валялась...

Измятая фуражка объяснила многое: у нея была сине-зеленая тулья и малиновый околыш -- форма сотрудника ОГПУ. Все событiе сразу приняло политическую 443 окраску. Оно оказалось одним из безчисленных явленiй "классовой борьбы", или, правильнeе выражаясь, борьбы власти с народом, которая ни на минуту не прекращается на великих просторах страны, "достигшей соцiализма".

– - Вы бы лучше, товарищи, подождали, -- сказал я рабочим.
– - Вeроятно, нужно будет показанiя дать III части.

– - Нeт уж, доктор... Вы уж не серчайте... Мы пойдем. Мы вeдь не знали, кто там лежит. Темно было. Потому-то и принесли. А ежели-б видали, может, и не подошли: какое наше дeло?.. А теперь наше дeло маленькое. Пущай сами ищут, кто и как... Ну, прощевайте, доктор... Пока...

Я послал санитара с докладом в III часть и при тусклом свeтe керосиновых ламп стал осматривать раненаго. Дeло оказалось серьезным: затылочная часть черепа была проломлена каким-то тупым предметом, вeроятно, кирпичем.

Срeзав волосы и обрив край раны, я удалил выступившiе осколки костей и, продезинфецировав края раны, стал перевязывать ее.

В лазарет, совсeм запыхавшись, вбeжал чекист.

– - Что тут у вас, товарищ Солоневич?..

– - Да не знаю... Вот сейчас закончу -- сами увидите...

Когда перевязка была закончена, я повернул голову раненаго, бывшаго по-прежнему, без сознанiя, и освeтил его лицо лампой.

– - Ах, чорт!
– - взволнованно воскликнул чекист.
– - Да это наш новый уполномоченный... Проскурняк... Только что из Москвы прибыл... Вот, сволочи!.. Как это он к вам попал?

– - Да вот принесли...

– - А кто -- не замeтили?

– - Нeт... Не видал... А теперь вот что, товарищ дежурный. Раненаго нужно срочно дославить в центральный лазарет. Тут, в этих условiях, я операцiю дeлать не могу. Идите, срочно вызывайте карету скорой помощи.

Скоро выяснилось, что карета скорой помощи была поломана. Пытались вызвать пожарный автомобиль, но и он был в ремонтe. 444

– - Вот, дьяволы!..
– - выругался сотрудник III части.
– - В легковой машинe везти нельзя. Я же понимаю: лежачим нужно... Что же дeлать-то?