Чтение онлайн

Из хороших новостей было лишь то, что тоннель забирал постепенно вверх, и я шёл к поверхности. Один раз справа от меня было ответвление, я завернул чтобы осмотреть его, это оказалась пещера с водой, явно искусственно выдолбленная в полу лохань наполнялась из текущего из стены родника, я с радостью кинулся к нему и напился. Метров через пятьсот появилось ещё одно ответвление, в нём не было воды, но в нём росли вполне съедобные грибы.

Как я это понял расскажу поподробнее, в пещере в которую я попал росли грибы, они росли в три параллельных ряда на тумбах, мой разум настолько обезумел от голода, что я не задумываясь о последствиях сорвал шляпку одного из грибов и съел его. Только через мгновение до меня дошёл смысл моих действий, я уже было решил воспользоваться проверенным методом «два пальца в рот и всё пройдёт» когда подумал, а какого чёрта, умирать так умирать, от отравления я умру сегодня, а от голода — завтра, один день ничего не решит.

И я набрав целую сумку и карманы грибов отправился дальше на ходу жуя мясистые шляпки очень вкусных грибов. Но как вы поняли я не умер, грибы, видимо, специально были посажены в этом месте для голодного путника, коим я и оказался.

На следующий день я покинул тоннель и оказался в просторной и светлой пещере, свет проникал в неё через узкую щель в стене, я кинулся к этому выходу как утопающий к спасательному кругу, я вдыхал холодный ночной воздух все грудью и не мог надышаться.

Ночь я провёл в пещере, а на утро доев остаток грибов и сверившись с промокшей в сумке картой, я отправился в путь.

Я шёл тихо насвистывая песенку и не обращая ни на что внимания, впереди меня возвышались какие-то холмы и я, взяв их за ориентир шёл себе и шёл. Холмы я преодолел уже ночью и двигаясь в ночной тишине подсвечивая себе волшебным светильником я продолжал двигаться. Через два километра я увидел какой-то свет в дали и понял, это люди. У меня на горизонте оказалось маленькое, огороженное высоким частоколом селение. Я с радостью бросился к этой деревушке, но быстро понял, что бежать бессмысленно, она всё ещё слишком далеко, да ещё и не известно, как меня встретят, поэтому сбавив темп, на более медленный я пошагал.

Через час я вышел к деревне, ворота оказались закрыты, и я стучал до тех пор, пока не услышал недовольный голоса с той стороны забора.

— Кто ты, путник, что ходит ночью среди холмов?

— Я Антон, я не несу зла, а сюда я забрел ведомый случаем.

— Но как ты прошел через курганы?

Я лишь пожал плечами

— Это те большие холмы в паре километров отсюда?

— Именно, холмы, так как ты прошёл.

— А чего там бояться, ногами и прошёл, откройте пожалуйста, а то я давно нормально не ел, у меня есть деньги, я заплачу.

— Словам твоим веры нет, клянись ты жизнию своей и душой своей, а том ало ли ты нечисть какая или разбойник.

— Клянусь я сердцем своим и духом своим, что не несу я зла.

Закончил я говорить слова древний клятвы, которой меня научил Дементий.

За воротами заскрипел отворяемый запор, створки начали расходиться, а мне в лицо уставилось пять наконечников стрел, я от такого приема несколько опешил. Я, конечно, ожидал чего-то подобного, но я думал, что за воротами стоит один человек, а тут не меньше десятка вооруженных, крепких мужиков. Они все смотрели на меня с нескрываемым недоверием и какой-то злобой

Я сделал то что не ожидал никто, даже я сам.

— Здрасте, я, пожалуй, в другой раз зайду. Днём.

На этих словах я попятился и бросился на утек, но далеко убежать не успел, в левую ногу мне что-то ударило, по всей видимости, пущенная кем-то стрела, и я полетел на землю. Взвыв от боли, в раненой ноге я все равно попытался встать, но упал придавленный, чьей-то тушей. Это оказался пес, огромный волкодав, как я тогда испугался не словом сказать, не пером описать. Лежу я под псом, он на меня порыкивает, я пошевелиться боюсь. Тут и мужики подоспели, оттащили пса от меня, я тут только понял, что не дышу уже минуты три. Сделав полный вдох ртом, выдох я заорал, подошедшие ко мне мужики даже шарахнулись в сторону. Не знаю сколько бы я смог так орать, но заткнул меня сильный удар в висок, из-за которого я и потерял сознание…

Сознание пришло, пришла боль, а ещё пришла какая-то личность, но никак не получалось сфокусировать зрение на этом человеке. Ничего не добившись, я снова закрыл глаза и провалился в глубокий сон.

Проснулся я через какое-то время от того что в мне в рот кто-то вливал что-то очень горькое и почти несъедобное. Я попробовал выплюнуть и зажать челюсть, но сильные руки продолжали вливать отвар в глотку. Наконец отвар закончился, и мне удалось рассмотреть, кто это был, это оказалась женщина лет тридцати достаточно миловидная, волосы были заплетены в длинную русую косу, которая доходила до поясницы, рядом стоял мужчина лет сорока с небольшой черной бородкой, местами уже седеющей, волосы его были тоже черны как смоль и в ней тоже были серебряные пряди. Он стоял и широко улыбался, зубы у него были желтоватые, крупные как у лошади.

— Проснулся, колдун? Ну и перепугал же ты нас… Всю деревню на уши поставил, ты откуда такой взялся?

Голос у мужчины был очень низким, похожим на рокот грома в грозовых тучах.

— Где я? — единственное, что я смог спросить.

— Не бойся, меня зовут Зафара, а это мой муж Заосим — вклинилась в разговор женщина, — я за тобой ухаживаю уже три дня, а мужа не слушай, эти мужланы всего вечно боятся.

Она бросила в сторону мужа недовольный взгляд.

— Где я? — более настойчиво спросил я, глядя в карие глаза женщины.

— Ты в деревне Курганы, в доме старосты Заосима. Сколько же ты голодал, мальчик? Когда тебя принесли на тебе живого — всё тело сплошной синяк, словно тебя били ногами и руками несколько дней. А ещё мужчины сказали, что ты страшный колдун. Но, думаю, что никакой вы не страшный, а вполне милый юноша, во сне всё твердили про какую-то Алису.

— Хватит тебе, баба, — вступил наконец в разговор мужчина, — иди готовь еду.

— Сейчас я тебя как ботагом огрею, будешь как знать, как бабой называть, — он погрозила мужу кулаком.

Мужчина лишь улыбнулся в бороду.

— Надо нам с тобой, маг, хорошенько поговорить. Ты пока послушай, а я тебе всё расскажу.

Он сел на трёхногий табурет, на котором до этого сидела Зафара и начал:

— Во-первых, хочу извиниться за такой холодной приём, просто с той стороны гости к нам заходят не очень часто, вернее совсем не заходят, вот и всполошились. Извини за стрелу, это её малец Олдо выпустил от испугу, он не меньше тебя испугался. Теперь ты мне расскажи, как и откуда ты пришёл, как прошёл через курганы и где тебя так измордовало, аж живого места не осталось. И зовут тебя как, а то не удобно колдуном-то?

Я пожал плечами.

— Меня зовут Антон Остр, пришёл из-за гор, расшибся там же, грунт истончился и земля подомной провалилась, я в пещеру ухнул, ещё бы немного и всё, разбился бы, — тут я всполошился, вспомнив при каких обстоятельствах я попал сюда, — там за горой, прямо недалеко есть деревня, проклятая, называется Старьевка, все жители мертвы, а души их маются возле колодца, надо мы властям сообщить.

Заосим нахмурил брови.

— Старьевка говоришь? Проклятая, — он покрутил в пальцах кончик своей бороды, — Забудь ты про эту дервню, Антон и никому не говори, что в ней был, особенно местным. Я-то ещё немного грамотный, в городе учился, а вот люди у нас тёмные и дремучие, могут подумать, что ты проклятие принёс. Старьевка уже лет двести как проклята, однаджы послали туда отряд королевских магов, а они там так и сгинули, даже костей не нашли. А проклятие лишь сильнее стало, на три версты силы его растянулись. И ничего сделать с ним не получается, поэтому и бросили это дело. Тем более на отшибе оно, за горою, не всякий путник туда дойдёт.