Чтение онлайн

Тот стоял во втором купе вполоборота к проходу; отражённый свет луны освещал его; Андрей, не останавливаясь, прошёл дальше, успев, однако, заметить скрещённые молоточки на чёрной железнодорожной фуражке, приподнятый воротник плаща и даже разглядел крупное мясистое лицо неизвестного. Палки в руках у него уже не было, и по его позе Андрей понял, что он решил расположиться в этом купе на средней свободной полке.

«Он! – радостно билось сердце Андрея. – Это он! Теперь установить личность! Вагон номер девять». Андрей глянул на часы: до отхода поезда оставалось одиннадцать минут.

Комендант станции помещался в небольшом бараке возле блокпоста на путях. Это был пожилой смуглолицый, с седыми висками и шрамом на щеке капитан – Андрей его уже раза два видел. Теперь он, склонясь над массивным письменным столом, при свете лампы-молнии заносил какие-то сведения из блокнота на огромную, вполстола, таблицу. Слева на грязном, неопределённого цвета диване сидя, низко свесив голову и негромко всхрапывая, спал старший лейтенант – судя по красной фуражке, офицер комендатуры.

– Т-товарищ капитан, – приложив руку к пилотке, обратился Андрей, – разрешите…

– Подождите, – недовольно оборвал комендант, у него что-то не ладилось; он в волнении листал блокнот и поерзывал на стуле. – Вы можете подождать, – с раздражением не то спросил, не то приказал он.

Андрей некоторое время стоял в нерешимости; одёрнув прилипшую к телу гимнастёрку, потрогал пальцем распухшее подглазье и бровь, затем взглянул на часы: до отхода поезда оставалось пять минут.

– Я не могу ж-ждать! – неожиданно для самого себя громко объявил Андрей.

– Что-о? – удивлённо вскинул голову комендант и посмотрел на Андрея. – Что вам надо?

Выложив на стол намокшее удостоверение, Андрей торопливо и сбивчиво изложил суть дела, дважды упомянув фамилию Алёхина.

– Только девятый? – переспросил комендант. – Никитин! – позвал он; спавший на диване офицер и не шевельнулся.

– Никитин! – заорал комендант. – Вот чёрт! Да разбудите же его!

Старший лейтенант тяжело поднял голову и, протирая глаза и щурясь, сонно разглядывал Андрея. Он был низкоросл и молод, на вид лет двадцати трёх, не более.

– Никитин, – приказал комендант. – Возьмёшь двух патрулей, проверите в гродненском девятый вагон. Там едет один тип, надо узнать, кто он… Понимаешь?.. Осторожненько! Вот лейтенант объяснит. Проверяете с двух концов весь вагон. – Комендант посмотрел на часы. – Сейчас дадут отправление – спешите! В крайнем случае задержишь минут на пять, но не больше!..

– Вы откуда? – выходя за Андреем из кабинета, громко зевая и подтягивая штаны, спросил Никитин. – Из контрразведки… Всё в шпионов играете, – понимающе усмехнулся он, окидывая взглядом мокрое обмундирование юноши. – И какого шута вам не спится?! – с чувством подосадовал он.

С двумя сержантами-патрулями они вышли из барака. Мимо по третьему от них пути, набирая скорость, катились вагоны пассажирского поезда.

– Тю-тю! Поехали, – присвистнул Никитин, останавливаясь, и, указывая рукой, будто обрадованно сообщил: – Вот он, гродненский!

– 3-за мной! – крикнул Андрей, подбегая к составу.

Он на ходу вскочил на подножку и, толчком распахнув дверь, поднялся в тамбур; оттолкнув женщину в платке, которая с перепугу кинулась в вагон, он нащупал в темноте ручку стоп-крана и рванул её книзу.

Поезд резко затормозил.

В вагоне что-то упало, послышались тревожные возгласы, неистово закричал ребёнок. Но Андрей ничего не слышал; спрыгнув на землю, он бежал к девятому вагону.

Пока Никитин объяснялся с подоспевшим начальником поезда, Андрей заглянул в вагон. Железнодорожник сидел в том же купе; теперь он был без плаща и без фуражки. Андрей решил на всякий случай не лезть ему на глаза и, договорившись с Никитиным, начал проверку с другого конца вагона.

Пассажиры в основном были гражданские. Все были разбужены резкой остановкой поезда и судачили по этому поводу; высказывались самые различные предположения. Сержант светил фонарём; Андрей машинально просматривал документы и так же машинально задавал положенные в таких случаях стереотипные вопросы: «Откуда едете?.. Куда?.. Кем выдан пропуск?..» и так далее. Мысленно же он находился в другом конце вагона.

Мандата на право проверки никто не требовал. Андрей проверял уже третье купе, когда поезд снова тронулся.

– Лейтенант, – крикнул Никитин, – сходим!

Андрей, поняв, что всё уже сделано, поспешил вслед за патрулём покинуть вагон.

– …пропуск, броня – всё в порядке, – докладывал коменданту Никитин, когда Андрей вошёл в кабинет. – Командирован со станции Котельнич, следует в Гродно к месту постоянной службы. С женой и двумя детьми…

– Откуда д-дети? К-какая жена? – перебил Андрей изумлённо и растерянно. – Не может быть!

– Тот самый, что вы указали. Во втором купе. Невысокий, толстый. Железнодорожник. Других там не было!

– Он п-поляк?

– Поляк? – Никитин от души расхохотался. – Вятский!.. Его же видно – наш брат, Ванька!

– Перестаньте, – строго остановил комендант – Вас спрашивают серьёзно. Фамилию вы установили?

– А как же?.. Шишков Федор Алексеевич, девяносто шестого года, родом из Зуевки Вятской губернии… Они сели в Минске – проводница подтвердила… А здесь он вылезал за кипятком…

– Ты упустил его по дороге, – заключил Алёхин, выслушав Андрея.

Они снова лежали в холодной мокрой траве, наблюдая за домом. Ещё не светало.

– В поезде ты наткнулся на другого… наверно, похожего… – невесело продолжал капитан. – Всё остальное было впустую…

Оставив Блинова наблюдать, Алёхин на полуторке – Хижняк с вечера спал в машине на соседней улице – помчал в предрассветной полутьме к аэродрому.

Мокрое обмундирование холодным компрессом липло к телу. За ночь он так продрог, его било как в лихорадке. Сейчас бы пробежаться для согрева, да не было времени.

Город ещё не проснулся. За всю дорогу к аэродрому он повстречал лишь четырёх одиночных военных – ни одного гражданского – да два грузовика с ночными пропусками на лобовых стёклах.

Поляков, как и у себя в Управлении, в гимнастёрке без ремня, с расстёгнутым воротником сидел за столом в зашторенном кабинете начальника отдела контрразведки авиакорпуса и колдовал над листом бумаги. На приветствие Алёхина он, подняв голову, рассеянно ответил: «Здравствуй… Садись…»

– Они в доме, – сообщил Алёхин.