Чтение онлайн

Он достиг сердца Кратеров Toмo. Осторожно изучив землю, Оби-Ван пришел к выводу, что охрана лагеря правильно поступала, что не беспокоилась о побеге заключенного. Если бы Оби-Вану удалось карабкаться вверх и вниз по утесам и идти через каньоны, не беспокоя гнездо гандарков или не подвергаясь нападению других ужасающих существ, он мог бы выйти к отшибу лагеря. Затем ему нужно было преодолеть вертикальную стену скалы высотой в двести метров. Он был бы уязвим с каждым сантиметром, которые он проходи. Лучше лететь по воздуху.

Конечно, у него не было транспорта. Это могло быть проблемой.

Он сидел на высоком пике, под голыми скалами. Оставшуюся часть вечера он наблюдал за действиями в лагере. Регулярно прибывал и отправлялся транспорт, доставляя груз и, возможно, переправляя войска. Оби-Ван предположил, что лагерь также мог быть какой-то базой.

Могло пройти несколько дней прежде, чем он увидит, что его сообщение дошло до Храма. Но что, если оно не дошло?

Спасение было его приоритетом. Ему нужно было доставить диск на Тайфа-Дор.

«А если бы у Анакина не было диска, что бы ты сделал? Если бы Шалини отдала диск тебе, ты бы доставил его на Тайфа-Дор и бросил Анакина?»

Ответ прост. Как у джедая, у него было обязательство перед галактикой. Он должен лететь на Тайфа-Дор без Анакина. Предпринял бы он попытку спасти его, зная, что Анакин будет его ждать? Он был рад, что ему не пришлось выбирать.

Полеты кораблей были похожими. Когда они влетали, они опускались ниже и затем приземлялись близко к краю плато, где короткая посадочная площадка была обнесена энергетическим ограждением.

Оби-Ван внимательно изучил местность. Мыслями он возвращался к началу миссии, когда он размышлял о том, каким он стал осторожным и насколько он теперь взвешивал риски и все продумывал.

Да, он все продумал и решил, что это сумасшедший план. Он мог разбиться о скалы. Он мог упасть в кратер на сотни метров вниз. Его могли выследить и уничтожить.

Все эти сценарии были возможны. Это был опасный план, граничащий с глупостью.

Это означало, что, возможно, он не такой и осторожный.

ГЛАВА 8

Однажды Анакин и Оби-Ван провели несколько недель, путешествуя по полям планеты Белазура, просто для удовольствия. Оби-Ван считал эту планету одной из самых красивых в галактике, и хотел показать ее Анакину. Анакин помнил, как Оби-Ван говорил ему, что даже жизнь джедая должна включать время для размышлений среди красивой природы. Единственные инструкции Анакина во время поездки заключались в том, чтобы наслаждаться. Он и наслаждался.

Он видел поля травы, которые варьировались от светло солнечно-желтых цветов до глубоких зеленых. Он видел золотые поля, усеянные ярко красными цветами. Синие небеса окружили их ореолом света. Он помнил, что ему не было ни жарко, ни холодно, что на своей коже он чувствовал бриз, мягкий как прикосновение его матери.

Это было мирное время, к которому в своих мечтах он возвращался снова и снова. Теперь он снова это испытывал.

К удивлению Анакина, он не подвергся никакому лечению. Ему не ввели никаких лекарств. С ним не обращались, как с заключенным. Его комната была просторной, с диваном и столом, но у него был доступ к солнечной области внутри и внутреннему двору снаружи. Анакин обнаружил, что он ничего больше не хотел, только сидеть там, наклонив лицо к теплым огням и наблюдая за различными тенями листьев на стене. Он обнаружил, что можно часами легко рассматривать различные оттенки зеленых листьев. Все же размышления, которым его учили, не были бессмысленными. Он не оставил свое тело. Он не оставил свои заботы. Он видел их, словно на расстоянии. Они не имели никакого отношения к нему. Он знал, что все будет так, как должно быть.

Он не знал, сколько времени прошло. Возможно, не более чем день или два. Анакин иногда думал о побеге. Мысль проплывала через его мозг, как теплый бриз, а затем исчезала.

Однажды днем в сад вошли два медицинских техника и остановились перед ним.

— Кое-то хочет тебя видеть, Заключенный 42601.

Анакин встал и последовал за ними. Он чувствовал легкое любопытство. Они шли с обеих сторон от него, не прикасаясь к нему и не ограничивая его в движениях. В этом не было потребности.

Анакина привели в офис. Техники ушли, тихо закрыв за собой дверь. В отличие от остальной части комплекса, уютного, но пустого, этот офис был полон цвета и роскоши. На полу лежал толстый, узорчатый ковер, а окна были занавешены темно-синими занавесками из септшелка. Он думал, что слышит запах приятных духов. Он сел в мягкое кресло и прислонился к розовой подушке.

В комнату вошла женщина. Ее светлые волосы отливали серебром и были уложены у основания шеи. Он чувствовал, что она была старше, но он не мог этого сказать по ее правильному, гладкому лицу. Ее глаза пронизывали, но были теплыми.

Вместо того чтобы сесть за стол, она села на его краю.

— Спасибо, что пришел.

Анакин кивнул. Он слышал призрака в своей голове, бормотание человека, которым он был. Тот человек говорил: "А у меня был выбор?" Но сейчас он не желал бросить вызов этому человеку, этой женщине с красивыми волосами и теплой улыбкой.

— Я хотела тебя видеть, — сказала она. — Я — доктор, который изобрел Зону Самосдерживания. Ты увидел, что мы тебя не обманывали. Твой эксперимент доставляет удовольствие, а не боль. У меня есть теория, что, если ты окружен приятными вещами и спокойствием, твой разум поднимется до этого уровня. Ты счастлив здесь?

Анакин обдумывал вопрос. Счастлив? Внезапно он растерялся. Что означает это слово? Он когда-нибудь был счастлив? Он вспомнил маленького мальчика, бегущего домой по узким улицам. Он вспомнил, как смеялся со своим другом Тру Велдом, другом падаваном, которого он год не видел. Он мог определить воспоминания, но не чувства.

Почему-то его растерянность заставила ее улыбнуться.

— Неправильный вопрос. Позволь мне перефразировать. Ты доволен?

Тут он смог ответить.

— Да.

— Хорошо. Это наша цель. Сейчас. Причина, по которой я попросила тебя прийти, состоит в том, что техники сказали мне, что ты сопротивлялся парализующему веществу, которое мы использовали, когда сюда прибыл. Я должна объяснить, что это вещество используется только для устранения любого беспокойства, которое ты мог бы почувствовать. Это естественно для военнопленного подозревать, что с тобой может случиться что-то ужасное. Вещество применялось только для того, чтобы сделать эксперимент более комфортным для тебя. Тебе нужно было помыться и одеться, и парализатор позволил нам сделать это, не причиняя вреда ни тебе, ни техникам. Как видишь, это было сделано для всеобщей выгоды.