Чтение онлайн

— Проклятье, — сказал Порлисс, осматривая разрушенную деревню через слегка почерневшее обзорное стекло. — Внимание, всем «Тайфунам», это «Тайфун-лидер». «Тайфун-4» и «Тайфун-8», берете ваши подразделения и устанавливаете оборонительный периметр вокруг деревни. Всем «Тайфунам»-пехотинцам собраться у здания муниципалитета. Мы используем его в качестве командного пункта. Мы окажем помощь и поддержку этим людям. Капитан Хэйфорд, попытайтесь связаться с «Каменной стеной» или «Венгром». Сообщите им, что мы обосновались здесь и дай им знать, что возможно, некоторым из местных потребуется эвакуация в больницы Тачстоуна.

— Принято, босс, — ответил Фрэнсис Хэйфорд, старший помощник Порлисса.

Отсоединив нейрошлем и охлаждающий жилет, и сменив громоздкую боевую одежду на легкий прыжковый костюм, кожаный жилет и нестроевую кепку, он забрался в небольшой шлюз, находящийся в углу кабины, затем Порлисс открыл люк кокпита и выбрался на плечо своего меха.

В наилучших традициях Эриданской Лёгкой Кавалерии, пехотинцы уже сновали по разрушенной деревне, открывая свои сумки первой медицинской помощи, чтобы оказать ту медицинскую помощь, которую они могли, неподвижным и израненным жителям. Несколько легких мехов попытались потушить все еще горящие очаги пламени. В большинстве случаев, это свелось к тому, что они просто обрушили внутрь переплетенные конструкции, так чтобы огонь не перекинулся на соседние здания.

Но не смотря, на все что делали кавалеристы, жители Гошена, казалось, возмущались на оказанную помощь. Один пехотинец, повязавший старинный символ — белую нарукавную повязку с красным крестом, был грубо оттолкнут от очень сильно обгоревшего ребенка. Пара его товарищей-санитаров, пришла ему на помощь, но встретились с толпой разгневанных людей вдвое превосходящих их по численности, каждый из которых держал прут или булыжник. Пехотинцы сорвали с плеча свои винтовки, наведя на толпу. Когда санитар поднялся на ноги, троица отступила, на их лицах были написаны гнев, скорбь и смятение.

Порлисс вытащил из кармана жилета свой персональный коммуникатор.

— Всем «Тайфунам», это «Тайфун-лидер». Не ввязываться, я повторяю не ввязываться в стычки с местными. Если они хотят, чтобы им оказали помощь, отлично — мы окажем ее, но не насильно.

Прежде чем он закончил говорить, раздался крик агонии и ужаса. Порлисс поднял глаза, как раз в момент, чтобы увидеть огромного мужчину с топором, тащащего по земле мехвоина Лёгкой Кавалерии, ветерана операции «Змея», который прошел через кровавую баню без единой царапины, бросившего у цепной лестницы его меха. Позднее Порлисс узнал, что воин выбрался из своего «Коммандо», чтобы помочь молодому человеку, пытающему остановить хлестающую кровь из оторванной левой руки его беременной жены. Толпа, очевидно заметив его униформу Звездной Лиги, накинулась на него. Они забили его до смерти прежде, чем кто-то смог вмешаться.

Это чудовищное убийство, по видимому, послужило сигналом к общему восстанию. Бутылка из под вина, наполненная бензином и заткнутая горящей тряпкой, разбилась о тротуар, всего в метре от ног «Экстерминатора» Порлисса. Пара ружейных пуль высекли искры о кокпит большого меха, рядом с местом, где он балансировал на изогнутых плечах машины.

Нырнув через открытый люк, Порлисс выкрикнул приказ всем воинам Легкой Кавалерии в деревне отходить, так быстро, как только возможно.

— Отступаем! —выкрикнул он в коммуникатор, — Все кавалеристы, отступаем. Не открывать огонь по гражданским. Я повторяю, не открывать огонь по гражданским. Всем кавалеристам: отступаем. Немедленно покинуть деревню. О перестроении рот позаботимся позже.

Как только он запрыгнул в свое командное кресло, Порлисс увидел двух молодых людей выскочивших из дверного проема, в полуквартале ниже по улице. Каждый нес большую брезентовую сумку, весящую на плече.

— Подрывники! — заорал он в коммуникатор.

Прежде, чем он смог предупредить о местных противомеховых пехотинцах, или предупредить воинов мехов, на которых они нацелились, мужчины запрыгнули на ноги «Джавелина» и «Хаммера», начав карабкаться вверх по ноге, и засунули сумки в уязвимые коленные сочленения механизмов. Как только они спрыгнули, одного из мужчин срезало пулеметным огнем с ховерБТР Лёгкой Кавалерии, но было слишком поздно.

Ранцевые заряды взорвались с характерным глухим звуком и приглушенной оранжевой вспышкой маломощного самодельного взрывного устройства. Но размещенные в одном из наиболее уязвимых мест боевого меха, самодельные заряды были так же эффективны, как и военный пентаглицерин. Один из взрывов повредил коленное сочленение «Джавелина», который хотя и деформировало, но недостаточно, чтобы обездвижить среднего меха. Другой из «коленных» зарядов был установлен получше. «Хаммер» лежал на спине, его правая нога было оторвана по колено. Пилот из двенадцатых Веганских рейнджеров, был вытащен из своей кабины, оглушен и растерзан взбешенной толпой. Из-за разбушевавшейся толпы, вставшей между свалившимся воином и его товарищами, ни человек, ни мех, не могли быть спасены.

— Отступаем, — тупо повторил Порлисс. — Мы здесь больше ничего не сможем сделать.

Космопорт Тачстоуна, Милос

Сообщество Синь Шен

Капелланская Конфедерация

12 марта 3062г.

Пехотинец, одетый в повседневную военную форму, унаследованную от распавшейся Звездной Лиги, пересек узкую улицу, его рот открылся в крике, но было невозможно что-нибудь услышать из-за шума бунтующих. Золотой диск, c изображением эмблемы Эриданской Легкой Кавалерии — скачущий жеребец Вак, блеснул в тот момент, как пехотинец поднял свою штурмовую винтовку над головой. Заточенное острие штыка вороненой стали, прикрепленного к стволу, слабо блеснуло в слабых лучах солнца, пробивающегося сквозь сплошное покрывало облаков. Затем солдат обрушил свою винтовку вниз, нанося убийственный удар прикладом по голове юнца. Парнишка, должно быть еще и из подросткового возраста-то не вышел. Он рухнул наземь как подкошенный. Можно было и не сомневаться, что удар был смертелен.

— Боже, будь они прокляты, эти кровавые, лживые отпрыски больных крыс! — выругался полковник Пол Кэлвин, швырнув пульт дистанционного управления головидом в дальнюю стену комнаты отдыха космопорта, с такой силой, что пластиковая коробочка пульта разлетелась на куски. — Генерал, как же так получилось?

— Я знаю, что этого не было, полковник, — ответил Эймис. Он снял автономный головной коммуникатор и положил его на стол. Он осторожно коснулся своим большим пальцем места, за левым ухом, где покоилось устройство. Легкие коммуникаторы никогда не были в пору, и постоянно натирали болячки за ушами и на скальпе. Он начал пристраивать прибор на место, но затем бросил его на поверхность стола. Натертый участок кожи был не очень большим или болезненным, но продолжительное ношение прибора могло быстро изменить эту картину.

— Мы столкнулись здесь, не только с капелланскими вооруженными силами, — сказал он, — Мы получили целую планету врагов. Почему давление должно чем-то отличаться?

Эймис бросил пристальный взгляд на сломанный пульт, прежде чем пересек комнату отдыха, чтобы нажать большим пальцем на кнопку питания головида, прервав на середине симпатичную молоденькую телеведущую с безразличными глазами, читавшую прогноз погоды. Он уже и так знал прогноз погоды: штормовой, при этом он не думал о тяжелой гряде чёрных облаков, собирающихся над планетарной столицей Милоса. Эймис знал, что приближающийся шторм будет более сильным, более опасным и более продолжительным, чем какая-либо из снежных бурь, которую может бросить на них эта проклятая богом планета.

В подтверждении его опасений, местные службы новостей запустили в эфир голоролик, якобы расстрела гражданских, восставших в Гошене. «Камера репортера» показала мужчин и женщин в униформе Звёздной Лиги с эмблемами Эриданской Легкой Кавалерии — черный конь на золотом фоне, дерущимся с жителями этой деревушки. Особенно смакуя избиение дубинками подростка. При этом камера не показывала, как этот же самый пехотинец помогал истекающей кровью, едва живой женщине, над которой склонился санитар Легкой Кавалерии, которого этот самый «малыш» пинал по груди, животу и лицу, пока её товарищ не вмешался и возможно спас ей жизнь.