Чтение онлайн

Три свернутых в комок, бешено вращающихся лезвия толщиной в несколько молекул полетели в ответ. «Мельница». Настало время хождения по ее лезвию. На пределе. До предела выждать, метнуться в сторону, на пределе скорости выбросить спаренный с поглощающим щитом морок. Чертовски капризная комбинация, надо сказать, но она сработала.

Я схватила Лиса за шкирку и рванулась прочь из коридора. Ты где шлялась?! Возмущенный вопль испуганного ребенка, которого заперли в подвале с крысами, а потом неожиданно выпустили, сочился таким облегчением, что мне смертельно захотелось схватить этого юного хама в охапку и расцеловать в обе щеки. Пусть он корчит из себя крутого орла-змеелова, но для первого боевого вылета не нюхавшего пороху птенца это слишком.

— Подожди, — бросила я ему и выскользнула из-за угла проверить дорогу. Я метнулась было к входной двери, но тут же резко остановилась. Прямо на меня перло подкрепление темных. Глаза непроизвольно поднялись, и на секунду я застыла. Реллин. «…!!!». Я почти мгновенно нырнула за угол, но, боюсь, и это было слишком медленно.

— Быстро, в лабораторию! — шепнула я, и мы побежали по коридору. Если здесь даже Малый круг, дело не просто пахнет керосином, оно пылает, подожженное. Я влетела в помещение первая, подождала, пока меня догонит Алекс и в сердцах стукнула по кнопке блокировки. Бездна! Грамотно выстроено, ничего не скажешь! Рядовые, подкрепленные не слишком сильным магом, на чьих нестабильных нервах я и сыграла, изматывают добычу, а потом прибывает большая шишка и вяжет его тепленьким и уже не способным ни на что глобальное. А я-то гадала, что это они такие вялые? Навалились бы всем скопом, повязали, но тогда бы полный сил объект мог выкинуть непредвиденный фортель в самый неподходящий момент. Черт!

— Блокировку ставь, пока время есть! — рыкнула я, но тут же пожалела о резком тоне. Алекс стал слой за слоем накладывать на дверь временные аномалии, мы только пару дней назад прошли это. Я набросала сверху пару своих сюрпризов и тщательно замаскировала все манипуляции с дверью.

Я отошла от двери и села прямо на пол за столом в дальнем углу. Рядом буквально рухнул Алекс. Я ломала голову над тем, что же делать дальше, и не сразу заметила, что его трясет. Я взяла его руки в свои и легонько сжала. Алекс без слов ткнулся мне в плечо. В груди дрогнуло что-то, застывшее месяцы назад и начало стремительно таять. Я гладила его по волосам и чувствовала, как уходит от него напряжение и страх. Он обнял меня, как уютного плюшевого мишку, и, кажется, думал, что уж я-то справлюсь со всем. Ах, если бы это было так… Только сейчас, через столько месяцев, в затишье посреди боя, я наконец приняла нового Хранителя, приняла сердцем, а не волей.

Слабость стекла с него, как вода. Мне ничего не осталось, кроме как удивленно гмыкнуть. Порода, что ни говори. Я обозрела этот продукт помеси Стража с Хранителем, и пришла к выводу, что скрещивание вышло удачным. Генезис первого поколения налицо.

— Что ты там изобразила? — почти спокойный взгляд, собранная поза, и только едва заметно подрагивающие пальцы выдают, что не все так гладко. Как, впрочем, и пылающие уши, но это, кажется, уже из другой оперы.

— Море крови, ошметки мяса, костей и мозгов. Короче, мир нашего праху. Аминь.

— Надолго?

— Навряд ли. Прибыли большие шишки, придется прорываться с боем. Ты как?

— Живой, — отрезал он. Он что, думает, от нарочного хамства мне будут хуже видны его красные от смущения уши?

— Да сколько можно?! Мне, блин, знать надо, кто кого на своем горбу потащит, так что кончай выпендриваться! — я сверкнула глазами и нахмурилась. — В коридоре твоя кровь была?

— Нет.

— Слушай!… — я замерла, уши непроизвольно дернулись — лучше бы глухой звук под дверью оказался плодом моей нездоровой фантазии, но в таких случаях я предпочитаю впадать в паранойю. Поэтому я продолжала чутко прислушиваться. Тихо. Пока. Я рискнула слегка высунуться из-за стола, но проверить, что твориться за дверью, не решилась — мою ментальную диверсию вполне могли заметить. Не говоря уже о том, что милейший Реллин вполне в состоянии опознать свою обожаемую сестричку. Или уже… Остальные же в плане тонких заклинательных манипуляций тупы как боты — на то они и темные. И их излюбленной методой были и остаются простенькие по форме и мощнейшие по содержанию построения, впрочем, весьма качественные.

— Так вот, — попыталась я начать сначала, но тут грянул ОН… Дикий, раскалывающий корабль пополам грохот. Рваным взрывным раскатом вдавило в пол и заставило зажимать уши руками изо всех сил. Далеко-далеко что-то взорвалось-лопнуло, с глухим схлопыванием и ввинчивающимся в мозг визгом натянутой до предела струны. Сначала глухо и медленно, а потом все быстрей и быстрей, с гулким воем, взрывами, визгом-скрежетом сминаемых переборок и крупной дрожью под ногами на нас понесся откат, сметая все на своем пути. Дрогнула, выгнулась широкой дугой и в конце концов вылетела дверь, с мясом вырванная из пазов. Откатная волна с чудовищной силой швырнула о мгновенно проломившийся, будто картонный, стол и потащила дальше. Уже понимая, что не удержусь, я выбросила вперед резервный кокон, который мгновенно окутал Алекса. Меня же впечатало в стену так, что я уже мутнеющими глазами мельком заметила глубокую вмятину от собственной руки. Резкая боль вспыхнула в пояснице и тупым кинжалом начала продираться все выше и выше. Кровавая пелена набежала на глаза до того, как я успела заметить стремительно приближающийся пол. Следующего удара я уже не почувствовала.

Глаза все никак не хотели открываться, поэтому лихорадочно тормошащие меня руки я только ощущала. На данные в сердцах пощечины так же пришлось отвечать наощупь.

— Господи, живая! — раздалось над ухом. Нет, дохлая, знаете ли. Свежайший труп…Мать твою!… Меня попытались взять на руки и резкая боль снова врезалась в спину. Тиш-ш-ше… Я стиснула зубы и судорожно выдохнула. Ноги поволоклись по полу, чувствительно цепляясь за неровности — меня куда-то тащили. Неделикатно уложили на животик и предоставили самой себе. Несколько секунд я только глухо покряхтывала, но потом профессиональные навыки взяли верх: я запустила лапы в свой изрядно поредевший энергозапас и с грехом пополам подлаталась. Некомфортно, конечно, но более детально заниматься собой времени нет.

Я протерла слезящиеся глаза и медленно поднялась на корточки. Оглянулась. Алекс осторожно выглядывал из-за укрытия, оказавшейся одной из загородок, разгораживающих периферию лаборатории на закутки. Дернув его за руку, я указала на ряд неровных и почти незаметных щелей в шве перегородки. Вчера как раз собиралась их заделать, но слава богам, меня срочно вызвали по судебным вопросам, так что сегодня эти щели предоставляли неплохой обзор лаборатории. Я пригнулась и заглянула в ближайшие щелочки. Десяток, а может, больше, размытых черных фигур бродили по помещению, судя по всему, ища наши бренные останки.

Мысли лихорадочно завертелись в и без того перегруженной голове. Скоро доберутся и до нашего укрытия, лаборатория совсем невелика. Поколебавшись несколько секунд, я накинула на нас полудостроенный отражающий покров — взгляд, брошенный вскользь, не страшен, но если начнут вглядываться пристально… Что ж, это оправданный риск — при острой необходимости мы отобьемся и от двух десятков темных, но если, привлеченный следами достроенного покрова, перед нашим носом окажется член Малого Круга… неизвестно, чьим трупом это закончиться.

И пока его не было видно, нужно было срочно выбираться. Мысль о том, чтобы лезть на пролом, я отмела сразу — слишком много поднимется шума. Может, если… Густая тень легла под ноги, и я машинально вжалась в стену, с облегчением отметив, что Алекс зеркально повторил этот трюк. В проходе появились двое, покрутили головами и ушли. На этот раз покров справился, но…

— На сколько ты можешь поставить темпоральную блокаду? — прошептала я одними губами.

— Минут… — он помедлил несколько секунд, — Минут десять максимум. Больше не смогу, я…то есть потом вообще ничего не смогу. Это…очень тяжело.

Я кивнула. Последняя фраза прозвучала с изрядным оттенком смущения, но это уже не важно. Не важно и то, что по истечении этих десяти минут сюда сбегутся все, кого еще здесь нет. Мы успеем, должны успеть. Ситуация раскладывалась по полочкам, выстраиваясь в четкий, стройный план действий.

— Сколько ты гарантированно продержишься?

— Не знаю… Пять минут, семь. Я же говорил тебе, поток постоянно меняет скорость. Чем он быстрее, тем сложнее его удержать.

— Ладно, расчетное время — пять минут. В общем, план такой… — я наклонилась и зашептала ему на ухо. Я торопилась — была в нашей ситуации еще одна неизвестная: Рейн. Я не оставлю его, что бы не случилось. И нельзя допустить, чтобы его обнаружили — это многое выдаст. Я мельком глянула в щели и поняла, что дольше тянуть нельзя — темные уже топтались у запертого бокса, где Рейн спал. Итак…