Чтение онлайн

«Один из продюсеров сказал мне, что я похож на джазового музыканта тем, как сочиняю и исполняю песни, – ответил он. – Я работал так на протяжении многих лет, даже не зная истории джаза и не изучая творчество его исполнителей». Я заметил, что он был достаточно зрелым душой для своих двадцати семи лет, и он согласился. «Я думаю, это просто говорит кровь моих предков. Меня всегда тянуло к более взрослым людям. На домашних вечеринках я всегда держался среди старших, рядом с дядями и родителями. Я даже немного по-другому вел себя с детьми, с которыми играл. Когда мне было лет девять, я играл в футбол с ребятами, которым было около шестнадцати». Он также был одним из немногих в его районе, кто смотрел азиатские боевики 1970-х годов вроде «Повелителя летающей гильотины» и «Пятерых ядовитых» и распутные фильмы жанра эксплуатационного кино, в которых поднимались темы неравноправного отношения к темнокожему населению – например, фильм «Долемайт» с комиком Руди Рэй Муром в главной роли.

Ещё до того, как я прилетел из Нью-Йорка, президент лейбла Top Dawg Entertainment Дэйв Фри установил правила интервью: мне нельзя было задавать вопросы и обсуждать куплет из сингла Big Sean Control, который исполнял Кендрик Ламар. К тому времени он уже устал говорить с журналистами о своей печально известной трехминутной тираде 2013 года, направленной против одиннадцати различных рэперов, включая самого Big Sean. Вот как звучит его часть куплета:

Этот куплет из песни, авторство которой даже не принадлежало Кендрику, вызвал десятки откликов, чем устроил хип-хопу 2010-х годов первую серьезную встряску.

Большинство разговоров о Кендрике за пределами звуконепроницаемых стен студии, в которой мы сидели, сводились к шокировавшему всех треку Control и авангардному звучанию альбома To Pimp a Butterfly. Когда спустя несколько месяцев наступил сезон вручения наград, жюри «Грэмми» отметило Кендрика в одиннадцати номинациях (больше, чем у какого-либо другого рэпера за тот год). Среди регалий была и номинация на звание «Лучший альбом года» (вторая в карьере Кендрика после альбома good kid, m.A.A.d. city). В декабре президент США Барак Обама в интервью журналу People назвал его песню How Much a Dollar Cost своей любимой песней 2015 года. В шестнадцать лет Кендрик выложил свой микстейп 2003 года Y.H.N.I.C. (Hub City Threat: Minor of the Year) в интернет. Но он стал широко известен поп-мейнстриму только через три года после выхода альбома good kid, m.A.A.d city, и уже тогда его слава и уважение к нему от Комптона до церемонии вручения «Грэмми» и Белого дома приравняли его к звездному уровню Jay-Z. Еще через три года, в тридцать лет, Кендрик Ламар получит Пулитцеровскую премию в области музыки за альбом DAMN. (достойное продолжение To Pimp a Butterfly). Он станет первым исполнителем неклассической и джазовой музыки, удостоившимся такой награды.

Но все это было позже. В тот вечер Кендрик встретился со мной в студии потому, что ему нужно было поработать – он из тех артистов, которые проводят все время за работой в студии. Мастер концентрации, Кендрик не спешил приступать к работе и уделил мне все свое внимание. Так что я спросил его о следующем:

– Ты медитируешь? Как ты справляешься с шумом вокруг?

– Да, – признался он. – Это так просто: выключить все, сесть в одиночестве комнате и подумать о своих достижениях. В этом бизнесе с его темпом жизни все происходит так стремительно, что ты даже забываешь о том, что бывает иначе. Ты постоянно думаешь о следующем шаге, следующей песне, следующем тексте, следующей радиостанции…

– Ты никогда не находишься в моменте.

– Да, ты никогда не находишься в моменте, и это очень мешает быть благодарным этому самому моменту. Поэтому иногда приходится буквально сидеть в комнате и просто медитировать и рефлексировать о себе, своей связи с высшими силами и том, куда двигаться дальше. Уверен, что так делают многие артисты.

– Где ты черпаешь духовные силы?

– Я принял крещение несколько лет назад, – сказал он. – Как я и говорю в альбоме good kid, m.A.A.d. city, я был спасен на парковке. Чем больше я начинал действительно проживать собственные ощущения, тем больше моя вера подвергалась испытанию. Мне пришлось поверить, что Бог, мой Господь и Спаситель Иисус Христос, живет в моем сердце, и я не могу от этого никуда деться. Я всегда буду вкладывать это в свою музыку, иначе было бы неправильно. Люди могут принимать это или нет, меня мало волнует их мнение. Потому что выносить все это в треки или нет, решать только мне. И я буду продолжать вкладывать в свою музыку больше духовного содержания.

Вскоре подъехала моя машина и после обязательного селфи на память мы стали прощаться. Однако он продолжал делиться лакомыми кусочками информации, пока меня ожидал таксист.

Не так давно Кендрик встречался с Принсем в Миннеаполисе на его знаменитой студии Paisley Park. Легендарный рок-музыкант обещал записать партию для песни Complexion (A Zulu Love) из альбома To Pimp a Butterfly, но в тот день эти двое потеряли счет времени за разговорами. Встреча была слишком личной, чтобы Кендрик мог поделиться со мной какими-либо подробностями. Спустя четыре месяца я брал интервью у Принса в его студии, и он был столь же сдержан относительно содержания беседы, как и его коллега-Близнец по знаку зодиака. «Это год Кендрика, – сказал мне Принс. – Я попросил его заехать ко мне в гости и сказал ему: «У тебя впереди целый год. Не беспокойся об этом. Никто тебя не побеспокоит». Мы о многом поговорили». 30 сентября 2014 года Принс и его группа 3rdEyeGirl выступили в прямом эфире Yahoo на концерте, посвященном выходу одного из их последних альбомов. Вместе с ними выступал и Кендрик Ламар – он рифмовал строчки, исполняя песню What’s My Name. Принс с презрением относился к рэп-музыке, поэтому лишь немногим представителям хип-хоп-среды удалось с ним поработать. Этот круг избранных включал Common, Chuck D, Eve, Q-Tip, Doug E. Fresh и Кендрика Ламара.

Спустя год после нашего интервью Принс умрет, но, естественно, тогда этого никто не знал. Мы вышли на улицу, обсуждая смерть Майкла Джексона. «Это было как во сне, чувак. Я тогда еще жил в Комптоне, но пропадал в студии – сказал он. – Помню, как вернулся домой, по телику шли новости. Я осознал, что случилось, только когда увидел взрослого мужчину, близкого к тому, чтобы разрыдаться. Моего отца».

Когда в тот вечер, далеко за полночь, я расшифровывал наше интервью в гостиничном номере неподалеку от бульвара Сансет, интуиция подсказывала мне, что Кендрик все еще трудится в студии вместе со штатным продюсером TDE Марком Спирсом, также известным под именем Sounwave. Возможно, он работал над одним из треков своего следующего студийного альбома DAMN., который выйдет в 2017 году. А может быть, он работал над ремиксом на песню Тейлор Свифт Bad Blood или над своими строками в качестве приглашенного артиста для песен товарищей по лейблу TDE – Ab-Soul, Jay Rock или ScHoolboy Q.

Одно я знал точно – он работал.

Однажды Тупак Шакур, только что выйдя из тюрьмы под залог в более чем миллион долларов, пробивался сквозь толпу у торгового центра Slauson Super Mall. По влажному воздуху того печально известного места для сборов разнесся ремикс песни California Love. Шакур поправил свой котелок и причмокнул губами. Герой родного города Dr. Dre всегда был в центре внимания, и слухи о нем быстро распространялись: Death Row снимали музыкальное видео. Возле съемочной площадки толпились члены афроамериканских группировок Bloods и Crips, школьники, фанатки-групи [2] и даже пенсионерки. Один молодой отец, бывший гангстер из Саут-Сайда в Чикаго, усадил своего восьмилетнего сына на плечи и указал на рэп-звезд в их сверкающем черном бентли. Яркая сцена потрясла воображение ребенка, и в тот момент для него весь мир перевернулся.

Этим мальчиком был, конечно же, маленький Кендрик Дакворт, а дело было примерно в ноябре 1995 года.

Кендрик Ламар родился 17 июня 1987 года. Как представитель поколения миллениалов, он является продолжателем дела таких икон хип-хопа 1990-х годов, как Тупак Шакур, Jay-Z, Biggie Smalls, Nas и Эминем, которые, по его словам, оказали на него большое влияние. Поскольку жанр в настоящее время в значительной степени расколот на стили trap и mumble rap, творчество Ламара выделяет глубокая лирика. Однако он постоянно поднимает планку, обрамляя свои рифмы эклектичным фоном ритмов с джазовым и фанковым влиянием и серией творчески сложных концептуальных альбомов. Можно с уверенностью сказать, что Ламар стоит в авангарде современного хип-хопа наряду с другими популярными рэперами-новаторами, как, например, Канье Уэст, Drake и Джей Коул. Эта книга – наполненная культурным анализом биография, которая, тщательно изучая музыкальную деятельность Кендрика Ламара, тесно связанную с расовыми проблемами и развивающимся представлением о хип-хопе и расовой принадлежности, показывает, благодаря чему стало возможным восхождение на музыкальный олимп МС, получившего сначала премию «Грэмми», а затем и Пулитцеровскую премию.

В своих песнях Кендрик освещает такие непростые темы, как последствия приговора Родни Кингу и «Марша миллиона мужчин» Луиса Фаррахана, теракт 11 сентября 2001 года, охоту на Усаму бен Ладена, политику президентов Билла Клинтона и Джорджа Буша-младшего, неожиданное избрание на пост президента США Барака Обамы – первого чернокожего президента Америки, – и еще более неожиданное восхождение Дональда Трампа на тот же пост. Biggie и Тупак, Майкл Джексон и Принс оставили трещины в фундаменте поп-культуры, которые Кендрик постарался зацементировать (в 1984 году альбом Майкла Джексона Thriller получил двенадцать номинаций на премию «Грэмми», а в 2016 альбом Кендрика Ламара To Pimp a Butterfly – одиннадцать. Кендрик не просто какой-то андеграундный рэпер, он в 2017 году заработал 58 миллионов долларов, по данным Forbes, уступая только Jay-Z и Diddy в списке самых богатых MC года). Среди других событий, оказавших влияние на его творчество, – формирование движения Black Lives Matter, трагические смерти Трейвона Мартина, Сандры Бланд, Эрика Гарнера, Оскара Гранта и многих других афроамериканцев, распространение социальных сетей и даже новая волна афрофутуристической расовой гордости, вызванная фильмом «Черная пантера», саундтрек к которому написал Ламар, и который был впоследствии номинирован на «Грэмми» как «Альбом года». Эти поворотные события отразились в целом на его поколении. Кендрик уловил дух времени, соединив, перемешав и переосмыслив их в своих текстах.

Эта книга уделяет особое внимание этому культурному влиянию. Отчасти биография, отчасти критический анализ, она использует личную историю и творческое наследие музыканта, чтобы показать видение этого момента расовой истории глазами одного из самых проницательных художников нашего времени.

«Эпоху, в которую мы живем, можно почувствовать только на своей шкуре», – сказал мне Кендрик на прощание, говоря об ответственности, лежащей на его плечах, которую в прошлом ощущали Боб Дилан, Курт Кобейн и многие другие иконы поколений. «Вам даже не нужно говорить о ней. Вам не нужны новости или интернет, чтобы наблюдать за ней. Достаточно просто выйти на улицу и просто почувствовать ее. Думаю, ту же эпоху чувствовал и Марвин Гэй и музыканты его времени, только это было совершенно другое поколение. И продолжать их наследие – это правильно. Я из Комптона. Я выбрался из самых жернов этого города, из гетто. И если я могу использовать свои силы, чтобы продолжить их наследие и говорить о чем-то реальном, я должен это сделать, и точка».