Чтение онлайн

Стрела – не пуля, она существенно тяжелее. Это значит, что запасенная ей энергия выше. И если пуля (весом 9 граммов) на излете баллистической траектории иногда не может пробить ватник (падает вам на ботинки, пролетев два-три километра), то стрела, с ее более крутой траекторией, даже набирает на спуске скорость при сверхдальнем выстреле. Просто бросьте 9-граммовую пулю и 200-граммовую острую стрелу с балкона – пуля даже в землю не воткнется, а стрела пробьет кому-нибудь голову»[92].

«Степные кочевники практиковали навесную стрельбу. При этом стрела выпускалась под углом 45 градусов к горизонту, а цель поражала практически вертикально. При подобной тактике не требовалась особая меткость от каждого лучника. Важным было то, чтобы все стрелы оказались у цели примерно в одно время. Выстрел проводился не по индивидуальной цели, а в сторону отряда противника. В регулярных сражениях пободная барражирующая стрельба наносила противнику тяжелые потери. […]

В боевой обстановке важна не только прицельная стрельба. У стрельбы из лука кроме прямого поражающего эффекта есть еще другая роль. Обстрел из луков, наносящий ощутимые потери, оказывает на противника и сильное психологическое воздействие. В письменных источниках есть множество упоминаний о том паническом страхе, какой возникал у солдат, ожидающих массированного обстрела со стороны противника. Этот страх вполне объясним. В рукопашном бою солдат испытывает страх, но это положительный страх, заставляющий солдата внимательнее следить за действиями противника, парировать его удары и искать возможность нанести ответный удар. Страх же перед обстрелом не находит разрешения, ничего нельзя сделать в ответ на угрозу. Когда с неба начинает сыпаться град стрел, солдат может только прикрыться щитом и молиться, чтобы стрелы прошли мимо. Но даже свистящие мимо стрелы или стрелы, глухо ударяющиеся в щит, вызывают нервную реакцию»[93].

Для оперения своих стрел монголы использовали перья разных птиц, важно чтобы перо было достаточно прочное, длинное и широкое. (Большая площадь оперения позволяет стреле легче стабилизироваться в полете, но сильнее гасит скорость, уменьшая тем самым дальность стрельбы.) В большинстве случаев монголы применяли три пера, которые приклеивали или привязывали недалеко от тупого конца стрелы. (Чем ближе к тетиве расположено оперение, тем выше точность стрельбы, но ниже скорость полета стрелы.)

Все применяемые монголами наконечники стрел относились по способу крепления к черешковым. Их забивали в торец или вставляли в расщеп древка стрелы и закрепляли обмоткой и оклейкой.

Наконечники стрел были двух групп: плоские и граненые.

Плоских наконечников насчитывают 19 разных видов, различающихся по форме пера и получивших от археологов геометрические названия, такие как: асимметрично-ромбический, овально-крылатый, овально-ступенчатый, ромбический, секторный, удлиненно-ромбический, треугольный, эллипсовидный и т.п.

Граненые (бронебойные) наконечники по поперечному сечению пера делились на четыре вида: квадратный, прямоугольный, ромбический и треугольный.

Судя по археологическим данным, подавляющее большинство монгольских стрел (95,4 %) были снабжены плоскими наконечниками. (Это свидетельствует о том, что монголы основную стрельбу вели по не защищенному доспехами противнику и его коню.)

Теперь рассмотрим такие характеристики средневекового монгольского лука, как бронепробитие, дальнобойность и скорострельность.

Средневековых монгольских луков сейчас, естественно, не найти, однако реконструкторы сумели изготовить луки, сопоставимые по силе натяжения с монгольскими, и провести соответствующие испытания. Так, в Интернете выложена фотография 3-мм железной кирасы, по которой стрелял из лука с силой натяжения 150 фунтов (67,95 кг) с расстояния в 120 ярдов (109,68 м) Марк Стреттон[94]. При этом на фото можно отчетливо разглядеть не менее десятка пробоин, судя по конфигурации которых, стрелы были с бронебойными наконечниками, квадратными или ромбическими в сечении. (Конечно, подобный результат был возможен только при условии попадания стрелы под углом, близким к прямому.)

О том, что стрелы, выпущенные из монгольских луков, пробивали доспехи, говорит и свидетельство очевидца монгольского нашествия в Европу: «…пущенные прямо в цель смертоносные татарские стрелы разили наверняка. И не было такого панциря, щита или шлема, который не был пробит…»[95]

Практически все авторы при описании максимальной дальности полета стрелы, выпущенной из средневекового монгольского лука, ссылаются на текст «Чингисова камня»: «О предельной дальности боя монгольского лука дает понятие так называемый “Чингисов камень”, ныне хранящийся в Эрмитаже. Надпись на нем сообщает, что во время пира по поводу победы Чингисхана над сартаулами[96] его племянник Есункэ отличился в стрельбе из лука, пустив стрелу на расстояние 335 алдов (“маховых саженей”, то есть свыше 600 метров)»[97].

Сходной точки зрения придерживается Д. Мэн:

«Дальность и точность две разные вещи. Тем не менее монгольские лучники сочетали и то и другое, о чем свидетельствует один из первых монгольских письменных памятников. Надпись об этом вырезана на метровом камне, возможно, в середине 1220-х годов. Его нашли в 1818 году на нижнем Ононе вблизи нынешнего Нерчинска на Транссибирской магистрали, и сейчас он хранится в санкт-петербургском Эрмитаже. Тогда Чингис только что вернулся из похода в Туркестан и готовился к своему последнему походу в Китай. Вернувшись домой с победой, он устроил праздник с традиционными состязаниями: борьбой, конными скачками и стрельбой из лука. Племянник Чингиса, военачальник Есунге, решил продемонстрировать свою знаменитую силу и умение. Удивительный результат посчитали достойным записи в летописи, о чем мы и читаем: “Пока Чингисхан вел собрание знатных людей Монголии, Есунге попал в цель на расстоянии 335 альдов”. Один альд был расстоянием между расставленными в сторону руками человека, скажем так, 1,6 метра. Значит, был такой человек, который установил некую цель на расстоянии свыше 500 метров и затем на глазах у своего хана и собравшихся вокруг него больших людей поразил ее»[98].

Что касается скорострельности, то современные авторы в этом вопросе практически единогласны:

«Какова максимальная скорострельность? В отдельных случаях и до 19 стрел в минуту, но это не для мощных луков; для них же – не свыше дюжины. Это, конечно, если стреляет мастер[99]». «Хорошим лучником считался человек, способный выпустить 10—12 стрел за 1 мин. Одновременно в воздухе находилось до 3 стрел, выпущенных одним лучником, – это считалось нормой»[100]. «Многие источники сообщают о скорострельности в 10—12 стрел в минуту»[101]. «Степной кочевник мог сделать до 12 выстрелов в минуту»[102]. «Лучник обычно мог выпустить в минуту от 8 до 12 стрел»[103].

Однако у меня эти цифры вызывают некоторые сомнения, так как авторы никак их не обосновывают и остается непонятным, кто и как производил измерения.

Помимо лука монголы применяли копье с крюком для цепляния и стаскивания противника с коня или пальму – древковое оружие с однолезвийным прямым клинком длиной ок. 0,5 м.

В ближнем бою использовали меч, саблю, булаву – металлическое навершие в форме уплощенного шара, дополненного ребрами-лопастями, на рукояти длиной ок. 0,5 м, топор с узким трапециевидным лезвием.

Так же широко применяли дротики и арканы.

Средства защиты монгольского воина XIII в. представляли собой комбинацию щита, шлема и панциря.

Щит круглый (диам. 0,5—0,7 м) с металлическим умбоном, сплетенный из прутьев или деревянный, обтянутый кожей.

Шлем металлический сфероконической формы с кожаной бармицей, иногда закрывавшей все лицо, кроме глаз.

Монгольские панцири рассмотрим подробнее, так как «…большинство исследователей, резонно рассудив, что доспехи не такое уж простое изделие, обычно отвергали саму принципиальную возможность наличия защитного снаряжения у монголов только лишь на том основании, что кочевники вообще и монголы в частности якобы не обладали достаточной производственной базой для того, чтобы изготовлять столь трудоемкие образцы вооружения.