Чтение онлайн

Леха едва заметно кивнул. Он вдруг ощутил, что от Тутуса исходит опасность. Даже приветливая улыбка и мягкие интонации не могли ввести в заблуждение. Этот человек был коварен, умен и жесток. Увы, в данной ситуации Дардыкин не мог бороться с этой опасностью. Разве что морально…

— Не бойся, — вдруг сказал незнакомец. — Пока тебе ничего не грозит. Если, конечно, ты будешь вести себя правильно.

— А я и не боюсь, — разжал губы Дардыкин. — Чего мне тебя бояться?

— Ну, еще бы! Ты, по-моему, никогда ничего не боишься.

— Это вопрос?

— Это утверждение. — Тугус криво усмехнулся. Он наконец-то перестал разыгрывать из себя доброго дядюшку, и это понравилось Лехе гораздо больше.

Дардыкин скосил глаза вправо, пытаясь рассмотреть выражение лица собеседника. Но тот, словно нарочно, отступил в тень.

— У тебя хорошая репутация, Алексей, — вдруг сказал он.

— Ты это о чем?

— Ты хороший боец. Смел, решителен, напорист, благороден… Я иногда удивляюсь, как столько положительных качеств могут уживаться в одном человеке…

Тугус говорил тихо, его голос звучал ровно, спокойно и убедительно, от чего Дардыкину стало вовсе не по себе.

— Кто вы?

— Я же сказал — Тугус. Или этого недостаточно?

— Нет. Меня, например, зовут Лехой Дардыкиным. И у тебя должно быть какое-то имя.

— Для тебя я — Тугус. Тебе и вправду интересно, как меня зовут?

— Послушай, Тугус, — раздраженно проговорил Леха. — Хватит играть в кошки-мышки. Чего ты хочешь?

— Поговорить.

— Тогда развяжи меня. Я не привык разговаривать лежа.

— Ну еще бы! Но, учитывая некоторые особенности твоего характера, я бы не рискнул сделать это. Ради своей собственной безопасности.

«Черт, да он же издевается надо мной! — разозлился Дардыкин. — Вот сволочь!.. Правда, для простого чеченского боевика этот Тугус слишком образован. Судя по всему, он не боевик и пришел сюда не для того, чтобы убить меня. Уж слишком вежливо он со мной обращается…»

— Так уж и быть. Для тебя я сделаю исключение, — как бы нехотя согласился он. — Так что тебе от меня надо, Тугус? Если поговорить, то давай, валяй! Только для этого не стоило тащить меня за тридевять земель, привязывать к кровати и осыпать комплиментами. Ты что, не мог отыскать меня в Москве? Или ты думаешь, что я бы не согласился с тобой встретиться?

Наступила пауза. Тугус потер ладони, словно ему вдруг стало холодно, и отрывисто произнес:

— Ты сам прекрасно понимаешь, почему ты здесь. И что мне от тебя надо.

— Не понимаю.

Холодно усмехнувшись, Тугус подошел к двери и поступал по ней согнутым указательным пальцем. Дверь мгновенно распахнулась, и в комнату вошла Жанна в сопровождении двух охранников. Если быть до конца откровенным, то определение «вошла» никак не подходило к данной ситуации. Девушку просто перекинули через порог, втолкнули в помещение силой, и затем один из боевиков резким ударом кулака опрокинул ее на пол.

Горло Дардыкина перехватил спазм. Он слышал, что чеченцы даже к своим женщинам относятся весьма специфично. А об иноверках, тем более русских, и говорить нечего. Он знал об этом, но никогда не думал, что станет свидетелем подобного зрелища.

Все тело Жанны было в огромных синяках и ссадинах, губы разбиты. Она так и осталась в том самом домашнем халатике, в котором ходила по квартире. Только теперь этот халат превратился в самые настоящие лохмотья. Пуговицы оборвались, поясок где-то потерялся. Нижнего белья вообще не было. Лежа на полу, девушка дрожала, словно в лихорадке, и боялась даже поднять голову. Один из охранников пнул Жанну ногой, затем нагнулся и задрал подол халата. Брезгливо поморщившись, раздвинул ее ягодицы и сунул в задний проход указательный палец. Жанна резко дернулась и заскулила, как собака.

Преодолев первоначальный шок, Дардыкин попытался оторваться от кровати, но у него ничего не получилось — узлы были завязаны слишком крепко. Тогда он отчаянно закричал:

— Сволочь, Тугус, ты мне ответишь за это! При чем здесь она?!

— Как ни странно, но в отличие от тебя Жанна знает, зачем она здесь, — рассмеялся Тугус и спросил у девушки: — Правда, детка?

— Да, — чуть слышно прошептала та.

— Прикажи своим парням оставить ее в покое, если ты считаешь себя настоящим мужиком! — взорвался Дардыкин. — Ты, вижу, совсем охренел, если вздумал воевать с бабами.

Тем временем второй охранник схватил Жанну за волосы, приподнял ее голову, а второй, свободной рукой принялся расстегивать джинсы. Девушка шарахнулась в сторону и тут же получила звонкую пощечину за строптивость. Она попыталась отвернуться, плотно сжать губы, но после нескольких ударов ее решимость пропала.

Не в силах больше смотреть, как какой-то грязный чеченец измывается над Жанной, Дардыкин повернулся в сторону Тугуса и, сдерживая ярость, сказал:

— Хватит!

Тугус прикусил губу и медленно покачал головой.

— Нет, Алексей, придется немного потерпеть. Может быть, тогда ты поймешь, насколько далеко все зашло. Поймешь и не станешь упорствовать…

— Я сделаю все, что вы хотите, — заторопился Леха. — Только не трогайте ее!

— Извини, дорогой, но несколько минут назад ты мог все исправить. Сейчас, к сожалению, уже поздно. Так что терпи.

Леха скрипнул зубами и закрыл глаза. В сложившейся ситуации это был единственный выход — не видеть, как боевики по очереди насилуют Жанну. Но, к сожалению, он не мог заткнуть уши, поэтому стоны, вопли, тяжелое дыхание, мат — все это Дардыкин слышал весьма отчетливо. Его воображение рисовало картины одну страшнее другой, но изменить ход событий он, к сожалению, не мог.

Внезапно наступила тишина. Вопли резко прекратились. Холодея от страха, Леха приоткрыл один глаз, затем второй и увидел Жанну, лежащую на боку. Кривясь от боли, девушка молча плакала. Слезы текли по ее покрасневшим щекам и капали на свежевыкрашенные доски пола. Перехватив Лехин взгляд, она попыталась прикрыть руками волосы на лобке, но тут же один из боевиков вновь пнул ее ногой.

— Не надо, Ибрагим! — приказал Тугус. На этот раз в его мягком, вкрадчивом голосе послышались недовольные нотки. — Бедная крошка и так устала от всего этого кошмара… Правда, Жанна?

Девушка затравленно кивнула. Наверняка за это время, когда она находилась в руках у чеченцев, ею пользовались не один раз. Леха понял, что Жанна совершенно отупела от сношений, от страха, от побоев и издевательств. Он хотел помочь ей, но не знал, как.

«А ведь Тугус специально продемонстрировал мне свою мощь и силу… и жестокость, — вдруг подумал Дардыкин. — Но зачем? Я ведь и так нахожусь в его власти, и он может сделать со мной все, что хочет… Неужели он меня боится? Неужели ему и в самом деле что-то от меня нужно?»