Чтение онлайн

– Я думаю тысячи долларов должно хватить, - сказала Иден со злобой, встретившись с голубыми глазами, которые смотрели на неё с интересом.

– Тысяча долларов, - усмехнулся Доминик сухо, - Мне кажется, я плачу тебе намного больше, моя сладкая.

Иден побледнела, и её сердце пропустило болезненный удар на этот сомнительный комментарий. Он играл в эту злую игру лучше, чем она. Она думала, что хоть этим, но унизит его, но он принял пас, и в ответ ударил туда, где было больнее всего. Она внезапно почувствовала себя так, будто больна, и даже воздуха не было достаточно, что бы ослабить эту тяжесть внутри.

– Я в порядке,- услышала он голос Мэтта, - Я всего лишь делаю свою работу, сэр.

– Тогда мы дадим вам вернуться к ней. – Он отвернулся от Мэтта, прежде чем положил руку на талию Иден, уводя её прочь.

Он был жестоким, когда брал её в постели. Он зарылся руками в её волосы, безжалостно дергая её голову назад, чтобы встретить его тяжелый взгляд.

– Ты такая шлюха.

Это было его любимыми словами, которыми он называл её в постели. Он постоянно унижал её, и показывал, где должно быть её место. Он купил ошейник, который украшали бриллианты. К нему прилагались цепь, которая была плотно намотана вокруг его руки.

– Я владею тобой, - прошептал он, задыхаясь около её ушка. – Каждый дюйм тебя принадлежит мне, и я заклеймлю моим именем твою задницу, моя зверушка, чтобы ты никогда не забыла об этом.

Его толчки становились быстрее, он жестко врезался в неё, а затем, шлёпнув её по попке, кончил.

Когда он отстранился и скатился на кровать, Иден не произнесла ни слова, она лежала неподвижно, пытаясь слиться с матрасом, на котором он трахал её. Она пыталась успокоить дыхание, слушая, как он передвигается по спальне. Сперва, он пойдет в душ, чтобы смыть с себя эту жестокость, которую он носил, как слой грязи, возможно, это смоется вместе с мылом и водой. Он вернется в комнату через двадцать минут, а затем скроется в своем офисе, где просидит все утро. Иден терпеливо ждала, и когда услышала, как приглушенным щелчком закрылась за ним дверь, она, наконец-то, позволила расслабиться и свернуться в позу эмбриона.

Зная, что она несколько часов может побыть одна, Иден сидела на краю кровати, её гладкие ноги цвета карамели еле касались ковра на полу. Такая маленькая, не выше женщины, которая дала ей жизнь. Губ Иден коснулась грустная улыбка, и она вспомнила свою маму. Наверное, та не была бы счастлива, видеть её такой.

Надувная кукла богатого человека, который использует её в своих сексуальных целях.

Хелен Мерсер всегда хотела большего для своей дочери, считая, как и все матери, что её ребенок был особенным и сумеет достичь звезд. И пока она была жива, Иден купалась в мечтах матери, надеясь, что её голос поможет изменить её жизненный путь, и выведет их из бедности, в которой они находились. Но бессмысленная трагедия забрала не только её голос, но и её мать. Это случилось в районе Южного Рочестера, когда пули попали в её маму, в то время, как сама Иден возвращалась домой с ночной смены. Она умерла до того, как успели вызвать скорую помощь. Иден перестала праздновать свой день рожденья после того страшного дня. После этого всё стало еще ужасней. Скопилось много долгов, требующих оплаты. Окончание школы требовало слишком много затрат, и диплом достался ей большой кровью. Ей было стыдно перед мамой за то, что она не оправдала её ожиданий. Затем эта работа в “Сумасшедшей Киске”, где она могла хоть что-то заработать.

Колледж отошел на второй план, так как днем она работала официанткой, а ночью выступала в “Сумасшедшей Киске”. Деньги были немаленькие, но и их не хватало, что бы покрыть долги, которые её мать скрывала от неё. Жизнь была довольно мрачной, пока не появился, спотыкаясь на пороге клуба, Лукас. Он не был приятным человеком, слишком испорченный мудак, занятый проматыванием огромного наследства в клубах. Он относился к танцовщицам, как к мясу, беспокоил официанток и не давал жизни бармену, но его приветствовали, потому что он не жалел денег. Лукас не только засыпал Иден деньгами в приватных танцах, но и дарил много подарков. Он хотел её, но она не принимала его намерения серьезно. Он всегда был в стельку пьян, поэтому она не обращала внимание на его трёп. Но однажды вместе с Лукасом появился и Доминик. Властный, неукротимый и беспощадный, Доминик Армстронг ворвался в её жизнь. С первого мгновения, она поняла, что ничего уже не будет таким, как прежде. Её невообразимо влекло к нему, такому высокому, смуглому и чертовски красивому, Каждый раз видя его - её кожу покалывало осознанием этого. На фоне брата, нетрезвый, неопрятный Лукас всегда проигрывал.

Доминик пришел с предложением, на которое Иден капризно выставила своё собственное. Она хотела сбить с него спесь, потому что знала: такие люди, как он, никогда не женятся на простых смертных. Он был так уверен в себе, и думал, что она станет одной из его любовниц. Но Иден хотела посмотреть, как далеко он зайдёт, чтобы заполучить её. Видимо, он был готов на многое. Иден никогда не думала, что он согласится на предложение руки и сердца, но затем увидела много преимуществ, которые открывались в его мире. Он предложил ей деньги, и она не смогла отказаться. Случайная охотница за деньгами. Она невесело рассмеялась. Иден сделала то, о чём её предупреждала мать. Она продала свою душу ради богатства. Хотя всегда считала, что такую жертву можно принести только ради голоса.

Иден встала на ноги, морщась от боли между ног. После душа она почувствовала себя немного лучше, но боль будет преследовать её еще несколько дней, вместе с синяками, так “любившими” её тело.

Она протерла зеркало и на неё уставилась пара золотых глаз. Она не была уродливой, хотя думала, что её рот был слишком широк, а глаза немного впалыми, наследство от неизвестного ей отца. Её мать немного рассказывала об этом человеке, хотя Иден знала, что голос ей достался от него. Он был джазовым музыкантом, и в результате этого романа появилась Иден.

Её мать была влюблена в него, но он уже посвятил свою жизнь музыке. И он ушел, оставив ее и Иден. Она была святой, будучи самой белой матерью, в одиночестве воспитывающей ребёнка посреди цветного преступного центрального района. Постоянно имея больше, чем несколько проблем, мягко говоря. Глаза матери говорили о многом, и эти синяки под глазами, которые её мать умела хорошо скрывать. Иден была миниатюрной, но хорошо сложенной, с большим бюстом. Она бегала каждое утро и поэтому держала себя в форме. Её живот был плоским, руки и ноги накачаны, и миленькая маленькая попка, которую она всегда считала своим достоинством. Доминику нравились длинные волнистые волосы, поэтому её кудри до плеч превратились в гриву шелковистых волос до талии, за которые он заплатил не маленькую сумму. Она собрала каштановые волосы в пучок и шагнула ближе к зеркалу. Пальцы пробежались по ключице, и она вздохнула, синяк окутывал всю её шею. Доминик был ублюдком.

Упражнения помогали. Нагрузки на тело помогали забыть о её синяках и о той боли, которую Доминик причинял каждый раз. Она не была глупой, как те раздутые куклы, которые обслуживали Доминика. В течение часа Иден могла делать вид, что она не вышла замуж необдуманно. Что она просто была той двадцати трехлетней женщиной, которая жила нормальной жизнью. Боль растворялась с потом, который блестел на её теле, жжение в мышцах помогало становиться сильнее. Подняв руку, она добавила скорости на беговой дорожке. Когда машина запищала и начала останавливаться, реальность вернулась. Она направилась наверх, чтобы принять душ, радуясь тому, что не столкнется с Домиником. Она не знала, где он был сегодня. Когда Иден проснулась, его уже не было рядом, но она об этом не беспокоилась. Дни принадлежали ей. Когда всходило солнце, он не беспокоил её, поэтому она была готова для отдыха. Она оделась, надела свои дизайнерские солнцезащитные очки, захватив кредитную карту своего мужа, отправилась на работу.

Иден вернулась во второй половине дня, Доминик проинформировал её, что к ним приедут гости, и она должна подготовиться к роли гостеприимной хозяйки. Она недавно приняла душ и теперь сидела в синем атласном халате, когда он зашёл к ней. Она почувствовала его присутствие мгновенно, и постаралась расслабиться. Пытаясь игнорировать его, Иден сосредоточилась на своем отражении. Она наложила на лицо минимум косметики. Подчеркнула глаза жидкой подводкой, немного натягивая веки, добиваясь эффекта кошачьих глаз. Тушь сделала ресницы пышными, а румяна придали её лицу немного невинности. Она почувствовала, как он смотрит на неё, как наблюдает за каждым её движением. Иден видела, как дрожат ее руки, когда взяла тюбик помады YSL.(Ив Сен Лоран)

– Я предпочитаю красный - глухо сказал он, и она, как ни старалась не встретиться с ним взглядом в зеркале, её глаза сами нашли его. Его лицо не отражало никаких эмоций, когда он, молча, шагнул в её сторону грациозной львиной походкой. И эта грация пугала её. В такие моменты она ощущала себя жертвой, которой уже не убежать от хищника. Её сердце забилось сильнее, и это она ненавидела в себе больше всего, то, как он влиял на неё таким образом. Он остановился позади неё, и она замерла с прямой, как шомпол, спиной, вздох сорвался с её губ, когда он прикоснулся к ней. Это было похоже на ласку, его большая рука прошлась по её шее. Напряжение нарастало, и воздуха в легких, кажется, не хватало, Иден смотрела смущенно. Его рука скользнула ей под её атласное платье, она почувствовала, как возбуждается от его прикосновений и этого жадного взгляда. Было до боли мучительно наблюдать за ним и то, как его рука скользнула к груди и сжала её очень сильно.