Чтение онлайн

По мере того, как он продолжал рассказ, мне стало казаться, что там все-таки случилось несчастье, но потрясенный Виктор был просто не в состоянии осознать смерть Анны. Конечно, все было именно так: Анна сорвалась, и он видел ее падение, но помочь ничем не мог. А потом он вернулся к людям, сломленный духом, с расстроенным рассудком и внушил себе, что Анна жива и поселилась на Монте Верите.

— Мы вошли в деревню за час до заката. Подъем занял весь день, а до вершины, как я прикинул, было еще не менее трех часов восхождения. В деревне мы заметили около дюжины беспорядочно сгрудившихся построек, а когда подошли к ближайшей, случилась забавная вещь.

Он помолчал, вглядываясь во что-то перед собой.

— Анна обогнала меня и быстро шла впереди размашистым шагом. С пастбища, правее дороги, появились два-три человека с детьми и несколько коз. Но когда Анна помахала им рукой, взрослые подхватили детей и бросились к ближайшим хижинам, как будто все духи ада гнались за ними. Я слышал, как они возились с запорами и захлопывали окошки. Нас это ужасно озадачило. Даже козы разбрелись по дороге и казались напуганными.

Виктор старался подбодрить Анну, подшучивая над этим милым приемом. А она расстроилась — она никак не могла понять, чем же так напугала жителей.

Подойдя к ближайшей хижине, Виктор постучал в дверь.

Никто не ответил, но внутри послышался шепот и детский плач. И тогда, потеряв терпение, он не выдержал и что-то крикнул. Это возымело действие — приоткрылись ставни, и в щели показалось мужское лицо. Виктор ободряюще улыбнулся и кивнул. Медленно человек отворил ставень, и Виктор обратился к нему. Сначала человек только тряс головой, но, видимо, передумав, прошел к двери и открыл ее. Он нервно вглядывался в Анну, совсем не замечая Виктора.

Потом снова затряс головой, что-то быстро и непонятно заговорил, указывая рукой на вершину Монте Вериты. Опираясь на палки, из темноты маленькой комнаты появился старик и, пройдя мимо напуганных детей, направился к двери.

Его язык хотя бы можно было понять.

— Кто эта женщина? — спросил он. — Что ей нужно от нас?

Виктор объяснил, что Анна — его жена, что они пришли из долины, чтобы подняться на гору, что так они проводят свой отдых, и попросил на ночь приюта. Старик продолжал разглядывать Анну.

— Так она ваша жена? — вновь спросил он. — Она не оттуда, не с Монте Вериты?

— Это моя жена, — подтвердил Виктор. — Мы из Англии и хотим отдохнуть здесь. Мы никогда здесь раньше не бывали.

Старик обернулся к тому, кто был помоложе, и они стали о чем-то тихо переговариваться. Потом тот скрылся в доме и вновь послышались голоса.

Появилась женщина, испуганная еще больше. Ее буквально колотила дрожь, когда она выглядывала из двери. Видимо, их так напугала Анна.

— Это моя жена, — снова сказал Виктор. — Мы пришли из долины.

Наконец старик согласно кивнул.

— Я верю вам. Заходите. Если вы из долины, то все в порядке. Но нам приходится остерегаться.

Виктор поманил Анну, и та медленно подошла к нему и встала на пороге рядом. Даже теперь женщина поглядела на нее с испугом и попятилась от нее вместе с детьми.

Они вошли в дом. Комната оказалась пустой и опрятной, в очаге горел огонь.

— Еда у нас есть, — заверил хозяев Виктор, сбрасывая сумку с плеча. — И постель тоже. Мы не хотим быть вам обузой. Позвольте нам только переночевать на полу и поесть в доме.

Старик кивнул:

— Хорошо. Я верю вам, — и удалился вместе с другими.

И Виктор, и Анна были озадачены приемом. Нельзя было понять, почему их впустили, только когда узнали, что они женаты и пришли из долины. И почему вначале люди так странно были напуганы. Они поели, распаковали сумки, и тут вновь появился старик, который принес им молоко и сыр. Женщина не показывалась, но молодой мужчина с любопытством выглядывал из-за спины старика.

Виктор поблагодарил хозяев и объявил, что утром, сразу после восхода солнца, они собираются идти на вершину.

— Туда трудно пройти? — спросил он.

— Нет, дорога-то не тяжелая, — ответил старик. — Я мог бы послать кого-нибудь с вами, но никто не решится туда лезть.

Он говорил неуверенно, и Виктор заметил, как он снова глянул на Анну.

— Вашей жене будет здесь хорошо. Мы позаботимся о ней.

— Но моя жена пойдет со мной, — сказал Виктор. — Она не собирается здесь оставаться.

Старик посмотрел на Анну с тревогой:

— Вашей жене не надо подниматься на Монте Вериту. Это опасно.

— Почему же опасно подниматься туда? — спросила Анна.

Старик забеспокоился сильнее.

— Это опасно для девушек и женщин.

— Но почему? — удивилась Анна. — Почему? Ведь вы сказали мужу, что путь не трудный.

— Опасен не путь, — ответил старик. — Мой сын может показать вам тропинку. Опасность в другом, в… — он произнес какое-то слово, которое ни Виктор, ни Анна не поняли, но которое звучало как сакердотессо или сакердотозио.

— Какие-то жрицы или священный орден, — пробормотал Виктор. — Не понимаю, что именно он хочет сказать.

Обеспокоенный, взволнованный старик переводил взгляд с Виктора на Анну.

— Вы можете безопасно подняться на Монте Вериту и спуститься вниз, — повторил он, обращаясь к Виктору, — но не ваша жена. У них большая власть — у сакердотессе. В деревне мы постоянно боимся за наших девушек и женщин.

Виктор подумал, что все это звучало как байка о путешествиях по Африке, где племена диких мужчин внезапно выскакивают из джунглей и уводят всех женщин в плен.

— Не понимаю, что он плетет, — обратился он к Анне. — Тайны и какие-то суеверия. Это должно взволновать твою уэльскую кровь.

Он рассмеялся, обратив все в шутку. А потом, почти уже засыпая, начал расстилать перед огнем матрасы. Пожелав старику спокойной ночи, они с Анной устроились на ночлег.

Он спал крепким, глубоким сном, какой бывает только в горах, но перед самым рассветом внезапно проснулся от пения петуха в деревне. Он повернулся к Анне посмотреть, спит ли она. Матрас был отодвинут, Анна исчезла…