Чтение онлайн

В год своего 70-летия Нонна Викторовна была впервые награждена не советским, а уже российским орденом — «За заслуги перед Отечеством» четвёртой степени. Правда, награда в сравнении с юбилеем запоздала на два дня — указ был обнародован 27 ноября (судя по всему, на оперативность соответствующих служб повлияла какая-то путаница в бумагах с датой её рождения). В 95-м году актриса была отмечена ещё одной наградой — ей вручили премию «Золотой Овен» в номинации «Человек кинематографического года». А в следующем году Мордюкова стала лауреатом премии «Кинотавр» в номинации «Премия президентского совета за творческую карьеру».

Приятной неожиданностью тех лет стало и изменение жилищных условий актрисы. Разменяв, как мы уже рассказывали, незадолго до смерти сына квартиру на две, Мордюкова ютилась в однокомнатной квартирке. Самое обидное, что вторая квартира — Владимира — после его смерти отошла к государству (Наталья и Вовка там прописаны ещё не были). Мордюкова, в принципе, за прошедшие годы как-то уже смирилась со своим «жилищным вопросом». Но однажды на телешоу у Урмаса Отта, взбодрившись предложенной водочкой, полушутя заявила в эфире, что напишет в ЮНЕСКО: пусть полюбуется, как живут народные артисты России и СССР. Тогдашний премьер-министр Виктор Черномырдин, тоже смотревший телевизор, к чести его, быстро среагировал — связался с находившимся тогда во Франции Никитой Михалковым. И машина завертелась… В итоге Нонна Викторовна вскоре переселилась в трёхкомнатную квартиру на первом этаже 16-этажки близ метро «Крылатское».

Жила вместе с младшей сестрой Натальей. Некогда помогала всем своим меньшим братьям и сёстрам перебраться в столицу (и как мы помним, все они прошли через её с Тихоновым комнату в коммуналке, пока не стали на ноги, не получили собственное жильё), а теперь, на закате жизни, радовало, что родные люди недалеко, что помогут в случае чего. В различных интервью Мордюкова не раз с гордостью перечисляла своих ближайших родственников: кто чем занимается. Брат Василий — сотрудник служб гражданской авиации, самолётный мастер в Быкове. Сестра Анна — библиотекарь. Людмила — портниха на фабрике спортивной одежды. Геннадий — офицер госбезопасности в отставке (им старшая сестра особенно гордилась, ведь ещё со школьных лет Гена отличался своей эрудированностью, аналитическим умом, особенно в сфере политики, так что даже кубанские лекторы и прочие партийные работники не считали для себя зазорным обратиться к подростку за консультацией).

А наиболее тесно, как мы уже упомянули, оказалась Нонна в последние годы жизни связана с сестрой Натальей. Тоже человек из мира кино. Во-первых, вышла замуж за Петра Катаева, сына писателя Петрова (того самого, что с Ильфом «Золотой телёнок» и «Двенадцать стульев» написал. Петров — это ведь псевдоним, который в своё время писатель Евгений Катаев взял, чтобы отличаться от старшего брата, тоже писателя — Валентина Катаева). Пётр Катаев снимал в качестве кинооператора фильмы режиссёра Татьяны Лиозновой, в том числе знаменитые «Три тополя на Плющихе» и «Семнадцать мгновений весны». Рано ушёл из жизни, к сожалению… А сама Наталья стала художником по костюмам в объединении «Экран». Участвовала, кстати, в съёмках фильма «Возвращение Будулая» на Дону, в местах, где за десять с лишним лет до того Нонна играла казачку Каширину в кинокартине «Возврата нет». Не без доли ехидства поведала Мордюкова в одном из интервью, что местные жители приходили посмотреть на её младшую сестру, угощали всякой всячиной, а исполнительница главной роли Клара Лучко была этим сильно недовольна…

Но вернёмся к кинокарьере Мордюковой. А в ней после «Ширли-мырли» — опять перерыв почти на четыре года, до главной роли (мамы Полины) в фильме «Мама» Дениса Евстигнеева (1999 год). Фильм вызвал у критиков в основном негативные отклики, но игру Мордюковой многие из них всё-таки оценили положительно. Если коснуться философского подтекста картины, то очевидно, что «мама Полина» символизирует Родину, которая искалечила судьбы своих детей, хотя, осознав это, и попыталась потом вымолить прощение за грехи. В некотором роде роль Мордюковой повторяла Быстрову из фильма «Трясина», тоже погубившую сына-дезертира сначала как человека, а потом и на самом деле. И, как в том фильме, актриса вновь не смогла до конца пересилить своё неприятие, отторжение от навязанного ей образа, что так или иначе, но сказалось на качестве игры. Образно говоря, выдающаяся актриса века двадцатого уже не вписывалась в установки кинематографа нового тысячелетия. И ведь сама почувствовала это, ещё когда только читала сценарий. Особенно не нравились ей сцены угона самолёта. По её требованию в него были внесены значительные правки, только тогда согласилась приступить к работе. А когда участвовала в съёмках и после выхода картины на экраны, защищала евстигнеевское детище, как могла, в том числе и перед позвонившим ей с недоуменными вопросами Эльдаром Рязановым. Увидела в фильме даже традиции прежней эпохи — с человеческими отношениями в семье, без крови ради крови и грязи ради грязи.

Со слабым сценарием Нонну Викторовну примирило к тому же задействованное в фильме целое созвездие молодых талантливых актёров, среди которых были Владимир Машков, Олег Меньшиков, Евгений Миронов… Тем более, что киношные дети и по жизни стали называть её мамой, тянулись к ней. С удовольствием вспоминала, как стойко и одновременно с юмором переносил Меньшиков в пустяшной, почти летней одежонке сильный холод, когда снимали одну из зимних сцен: настоящий артист, сразу видно! Не зря когда-то предложила ему через Михалкова дебютную роль в «Родне»… А Володя Машков, скрывать нечего, приглянулся как мужчина — недаром его секс-символом российского кино считают. Настоящий мачо — всё при нём! Другое дело, как категорически заявляла не раз Нонна Викторовна досужим журналистам, что она и не помышляла о каких-либо реальных отношениях. В её-то возрасте людей смешить! Ей, дескать, просто приятно, что она ещё способна платонически влюбиться в красивого мужчину. Эта энергия любви и во время съёмок помогала…

Кроме стимулов моральных, хорошим подспорьем для актрисы стал и гонорар за съёмки в «Маме». Мебель купила для квартиры, часть потратила постепенно на лекарства. Осталась ещё и подаренная режиссёром стиральная машина-автомат.

В том же 1999 году актриса стала лауреатом Премии деловых кругов России «Кумир» в номинации «За высокое служение искусству».

В 2000 году Нонна Викторовна снялась в документальном фильме Ренаты Литвиновой «Нет смерти для меня». Компанию ей составили такие известные актрисы, как Татьяна Окуневская, Лидия Смирнова, Татьяна Самойлова и Вера Васильева. На протяжении фильма каждая общалась с Литвиновой достаточно откровенно, поверяя нередко тайны своей жизни. Рената смонтировала свой фильм так, что лица актрис крупным планом сменяли друг друга. Они словно спорили одна с другой — о том, у кого сложилась жизнь, а у кого нет; о том, кто какие жизненные ценности предпочёл в своё время и чем это обернулось. И о грядущей смерти говорили. А для Нонны, наверно, для самой неожиданным стало признание, что тоскует по Тихонову и до сих пор жалеет о своём разрыве с ним…

Нонна Викторовна, как ни странно, сдружилась с гламурной кинодивой. Хотя позже от участия в литвиновской «Богине» отказалась: прости, но не моё… А Литвинова сравнила Мордюкову с драгоценным камнем, способным украсить любой фильм. И сокрушалась, что далеко не все режиссёры в своё время сумели выявить это драгоценное сияние актрисы.

Одна из причин, по которым актриса практически отошла от кино, — нежелание играть роли старушек. Привыкла за творческую жизнь, что с её героиней почти всегда рядом в кадре мужчина. А некоторые нынешние предложения расценивала как грязные. Например, резко отвергла пришедшую в голову одного из режиссёров гениальную идею сыграть пьяницу и сутенёршу малолетних проституток. Вообще же к засилью секса и насилия на телеэкранах относилась негативно. Не воспринимала и сериалы — настоящий фильм не должен растягиваться на месяцы и годы, не должно в нём быть воды… Признавала, что многие российские режиссёры теперь снимают фильмы на уровне западных стандартов, но не очень приветствовала это.

В рекламе, правда, пару раз снималась. Однажды за съёмочный день заработала 5 тысяч долларов. Но такие сюрпризы были скорее исключением. Вообще же, не шиковала. Болезни перекрыли путь на концерты, где в своё время могла подзаработать. Хорошо ещё, что в еде особых разносолов не любила. Даже фрукты предпочитала российские заморским. Болезни, среди которых был и диабет, тоже накладывали свой отпечаток на образ жизни. Впрочем, слухи о нищете, в которой якобы жила актриса, сильно преувеличены. Квартира была комфортабельная и уютная, родственники и друзья помогали, сестра при необходимости тоже подрабатывала. А главное, что никакие болезни и лишения не могли лишить Нонну природной бойкости и весёлости. От её вечных прибауток и новых идей даже родственники порой уставали. Особенно любила посмеяться по любому подходящему поводу, заражая весельем окружающих: мол, наплакаться всегда успеете, это дело нехитрое…

К 75-летию актрисы был подписан указ о награждении её орденом «За заслуги перед Отечеством» третьей степени. В отличие от награждения пятилетней давности, на этот раз о награде было объявлено заблаговременно — за два дня до юбилея. Забегая вперёд, скажем, что через пять лет таким же орденом, но уже второй степени, к 80-летию Мордюкова была награждена точнёхонько в день своего юбилея — готовившие наградные бумаги службы теперь сработали безукоризненно.

В 2001 году Нонне Мордюковой была присуждена премия Президента России в области литературы и искусства. Начало нового тысячелетия было ознаменовано для Нонны Викторовны и выходом её книги «Не плачь, казачка» (а через несколько лет увидела свет другая книга мемуаров — «Казачка»). Началось всё с воспоминаний, которые стала писать по просьбе одного из журналов. Писала, разумеется, от руки, безо всякой техники, как в старину. Увлекалась работой всё больше — не зря ведь с детства нравилось это занятие. И при этом невольно вновь и вновь возвращалась к ключевым моментам своей жизни…

О бывшем супруге Нонна Викторовна могла говорить хорошо или плохо, но никогда не говорила о нём равнодушно. То признавалась журналистам, что с сердечным трепетом следит за каждым его появлением на экране, то гневно опровергала это. Раньше, когда периодически встречалась с ним на разных мероприятиях, увидела, что на тёплую беседу за жизнь с воспоминаниями рассчитывать не приходится. Кивнёт головой, в лучшем случае задаст дежурно-вежливый вопрос: «Как дела?» — и пройдёт мимо.

Был и такой период, когда довольно часто беседовала по телефону с женой Тихонова Тамарой. С иронией намекала во время интервью, что Тамара Ивановна любит в рюмку заглянуть, а подшофе ей хочется общения. Вот и звонит Мордюковой, но та, дескать, во время разговора сама регулирует, сколько им общаться.