Чтение онлайн

Идея, вдруг появившаяся в моей голове, как бы предлагала простейший выход из этого тяжелого положения, в котором мы все шкиперы оказались, имея дело с рабами весельщиками. Если мне, а значит и им удастся на плечи весельщиков возложить еще выполнение обязанностей охранников судна, то ситуация в целом сильно упрощалась. Во время плавания судов по океану, морские пехотинцы будут работать веслами. Когда же в океане появится враг и начнет преследовать. Когда этот враг попытается захватить судно, то гребцы весельщики возьмутся за оружие. Они окажут вооруженное сопротивление всем вражеским попыткам захватить судно и его груз.

Эта мысль, как только она сформировалась в моей голове, сначала она мне показалась несбыточной мыслью-мечтой. Но она стала превращаться в реальность по мере того, как я наблюдал за дружной и веселой работой валенсийских докеров по разгрузке обоих зерновозов.

По всей очевидности, я слишком уж углубился в эти свои мысли и в рассматривание того, как работают докеры, поэтому не услышал того, как кто-то за моей спиной начал осторожно похекивать, словно мое внимание пытался привлечь к себе. Всем своим телом с напрягшимися мускулами я развернулся к этому кто-то, но тут же расслабился. Я все-таки ошибался, полагая, что кроме меня и трех пьяных матросов на «Весенней Ласточке» никого не было. Передо мной стоял молодой человек в аккуратной заплатанной фуфайке и в широких, полотняных матросских штанах. Но я обратил внимание не на его внешность или на его одежду, меня до глубины души поразило глаза! Они выражали полную безысходность и безграничную тоску! От этого взгляда у меня тут же начало портиться настроение.

С большим трудом в этом человеке я узнал корабельного доктора. Из всех членов прежнего экипажа «Весенней Ласточки», он был единственным человеком, который выразил мне симпатию и сочувствие, помог мне пережить махмудовскую порку кнутом. Но с того времени прошло чуть меньше трех лет, но тем не менее передо мной сейчас стоял корабельный доктор биремы «Весенняя Ласточка».

– Капитан Скар, не будет ли у вас свободной минутки со мной пообщаться по личному вопросу? – Не менее тоскливым тоном голоса корабельный доктор обратился ко мне.

Я же лихорадочно попытался вспомнить его имя, но сразу же понял, что мне вряд ли это удастся сделать. Ведь последний раз мы друг с другом встречались почти три года тому назад, с тех пор мы и словом не обменялись между собой. Позже из своей каморки я мог наблюдать за тем, как он проходит по палубе или как он общается с кем-то из матросов.

Корабельный доктор, принимая мое затянувшееся молчание, как знак согласия на разговор, вдруг произнес:

– В свое время, господин капитан, вы мне обещали помочь в решении личных проблем! Может быть, господин капитан, сегодня мы могли бы продолжить тот наш разговор?! В данный момент на биреме нет никого, кроме нас двоих, так что нам никто не сможет помещать.

– Хорошо, господин доктор, почему бы нам и не поговорить! – Немного подумав, я согласился на разговор с корабельным доктором. – Давайте, переберемся на полубак, к мачте поближе и там поговорим.

Корабельный доктор вполне нормально воспринял мою мыслеречь. Главное, он все понял, что я хотел бы ему внушить своими мыслями. Так что мы оба отправились на полубак биремы. Спустившись с юта, мы прошли к главной мачте, там сдвинули вместе две бухты матерчатого канала, на них присели. Уже сидя на бухте каната, я внимательно осмотрелся вокруг нас, палуба вокруг мачты была заставлена аккуратными тюками. Видимо, в этих тюках бывший шкипер перевозил какой-то товар. Одновременно я мысленно черканул в своей памяти, по возвращению старпома Борга на бирему попросить его проверить, что за товар мог бы храниться в этих тюках. После чего я опять-таки мыслеречью снова обратился к доктору:

– В принципе, господин доктор, я и сам хотел бы с тобой пообщаться. Но мне было как бы несколько неудобно беседовать с человеком, имени которого я не помню. Почему бы тебе не назвать своего имени, почему тебе мне не рассказать бы о своих родителях, своей семье, кем мечтал стать в своем будущем и кем ты стал на деле? Эта информация мне поможет решить твою личную проблему!

Но на этот раз доктор, похоже не распознал моей мыслеречи, он мне так и не представился, а сразу же заговорил о своем детстве и о своих родителях.

– Господин капитан, полагаю, что свой рассказ я должен начать с того момента, когда появился на свет божий! Мой отец был уже в годах, когда взял в жены одну совсем молоденькую девчонку, не очень знатного происхождения! Незадолго до замужества моей маме исполнилось всего лишь восемнадцать лет! Ее отец, мой дед, был разорившимся дворянином, дочери составляли все его богатство! Мой дед от своего отца унаследовал довольно-таки много денег и поместий, но дед все это богатство растранжирил еще в молодости. Слишком уж он самого себя побаловать игрой в карты в аристократических клубах! Моя мама только по настоянию деда согласилась выйти замуж за очень богатого, очень знатного, но и очень старого герцога! Следует обязательно упомянуть, что она вышла замуж не по любви! Ровно через год после свадьбы она своего мужа порадовала рождением сына! Одним словом, я стал первым ребенком этого престарелого герцога, но мне не исполнилось и года, как я лишился своей мамы и стал сиротой!

Мы оба продолжали сидеть на бухтах каната, я внимательно слушал рассказ молодого герцога, почему-то ставшего корабельным врачом. Со своего нового места я мог наблюдать только за тем, что происходило на причале, к которому наша бирема была пришвартована. В столь раннее утро наш причал пока еще оставался совершенно безлюдным. Сидя на этой бухте каната, я обязательно увидел бы людей, решивших посетить бирему. Но пока таких желающих не было.

Тем временем корабельный доктор и герцог в одном лице продолжал довольно-таки грустное повествование о самом же себе.

– Таким образом, господин капитан, безвременная смерть моей мамы и меня превратила в полного неудачника по жизни! Ровно через месяц после своего рождения я лишился своей мамы! В замужестве она, по-прежнему, оставалась одинокой женщиной. Отец был всегда по горло был занят своей работой на короля и своими делами, своей молодой жене он не уделял должного внимания. И тогда моя мала увлекалась верховой ездой, она стала много времени проводить в конюшни поместья! Отец ей подарил трехлетку жеребца единорога. На нем мама стала проводить много времени, любила на нем скакать по полям, кругами объезжая территорию всего поместья! Однажды во время своего очередного посещения конюшни мама слишком близко подошла к стойлу своего любимца, трехлетнего жеребца единорога, чтобы его с руки покормить куском вкусного белого хлеба. По неизвестной причине этот стригунок вдруг взбесился, он поднялся на дыбы и передними лапами ее ударил в грудь! От полученного удара мама скончалась прямо у его стойла, ее любимый верховой единорог убил свою наездницу!

Видимо, молодой герцог очень сильно переживал, рассказывая о смерти своей матери. Он даже сделал паузу, поднялся на ноги и прошел к краю палубы. Несколько мгновений он как бы всматривался в океанские просторы, стараясь незаметно для меня рукой смахнуть слезу из своих глаз. Затем он вернулся на свое прежнее место, чтобы продолжить рассказ о своих жизненных невзгодах и о неудачах.

– Сразу же после похорон вдруг выясняется, что мой отец, несмотря на свой престарелый возраст, мою маму страстно и горячо любил! Но он почему-то меня посчитал основным виновником в ее бессмысленной смерти! Отец решил, что единорог убил его жену, мою маму, из-за своей дикой ревности ко мне! Чушь несусветная, как трехлетка единорог мог так меня, месячного младенца, возненавидеть, чтобы поднять свои лапы на молодую женщину?!

Только в этот момент до моего понимания дошла суть трагедии, разыгравшейся с этим молодым парнем, когда он был совсем младенцем и ничего не понимал, что происходит вокруг него. Столь неожиданная и необычная смерть матери, да еще во времена, когда они оба только-только входили во вкус жизни – была действительно страшной жизненной трагедией! По моему мнению, она должна была бы в той или иной степени сказаться и на формировании характера этого молодого герцога! Мне стало понятным, почему его глаза на окружающий мир всегда смотрели с такой тоской!