Чтение онлайн

– Где твой старший?
– спрашиваю женщину.

Она уже оправилась и шипит на меня как змея.

– Как ты меня тогда назвал, подонок? Ты уже покойник. Я постараюсь сделать так, что даже если ты выйдешь, тебя удавят на этой цепи.

– Эй, - я по-английски обращаюсь к присутствующим, - кто-нибудь знает английский?

Чернявый мужик в грязном тюрбане вдруг очнулся.

– Я знаю, ну и что?

– Передай вот этому мужчине, что женщина не хочет, что бы мы остались живы.

Он что-то бормочет своим. Женщина с яростью смотрит на меня. Чернявый опять говорит мне.

– Тебя просят не беспокоиться, делай свое дело. Не дело, когда женщина вмешивается в дела мужчин.

Проходит два часа.

На этот раз со мной говорит чернявый.

– Уважаемый капитан, когда мы всплывем?

– Под вечер. Надо сидеть еще несколько часов.

Никаких эмоций, как будь-то так и надо. Женщина уставилась в одну точку и смотрит через стенку подлодки.

Я пытаюсь вытянуть лодку из под обломков. Кругом стоит скрежет, но лодка чуть приподнявшись, дальше не идет. Ложусь на дно и дав задний ход пытаюсь вылезти из-под завала. Наконец это удается, но что-то навалено на корме и при подъеме вызывает крен. Все же мы достигли поверхности и свежий воздух ударил в лицо. Чернявый вылез в люк и тут же в испуге спустился обратно.

– Там... мина...

– Она на палубе или где?

– Там сзади груда железа, а на ней мина, у нее такой трос и весь зарыт в железо.

– Волна большая?

– В общем есть, но до мины не достает.

– Пойдем к берегу, у меня горючего почти нет. А с миной... черт с ней с миной.

Все по прежнему тихие. Самый главный вдруг нарушил молчание. Он заговорил и так как мне ни кто не переводил он двинул женщине в бок ногой. Та скривилась будь-то съела лимон, но стала переводить.

– Почему на корме оказалась мина? Почему она не взорвалась, когда нас бомбили?

– Она со времен войны. Трос запутался в хламе железа и она была прикрыта бортом корабля. Если бы сторожевик бросил бомбу с этой стороны, мы бы погибли.

Женщина поежилась. Чернявый высунулся из люка и докладывает мне, что видит.

– Чуть слева огонек, еще огонек и прямо появились огни.

– Переведи старшему, спросите его, куда подойти?

Чернявый переговаривает со старшим.

– Не можешь подойти к Орду?
– спрашивает он.

– Вообще-то могу, но с миной шутить нельзя. Если там рванет, шуму будет на все побережье.

Они опять что-то яростно тараторят, потом чернявый говорит.

– Все равно, пошли к Орду, там высадимся, а потом рыбаки отведут лодку в море и этой миной подорвут.

– Как подорвут?
– взрывается женщина.
– Если бы вы знали с каким трудом мы ее доставали. Было столько подготовки. Да вы что?

Она спохватывается и переходит на их язык. Начинается яростная перебранка.

– Капитан, не слушай этой сумасшедшей бабы, поплыли к Орду, - уже по-английски мне говорит чернявый.
– Он ее потом к уму разуму приведет.

Они ругаются и женщина затихает. Я рассчитываю, хватит ли мне топлива до городка. Вроде да.

– Право руля, - командует через люк чернявый, - теперь левее. Так держать. Остановите двигатель.

Лодка идет по инерции. Вдруг сильный толчок. Чернявый в ужасе скатился в рубку и зажал голову руками. Мы замерли. Прошло пять минут. Чернявый опять вылез на верх.

– Мина оказалась сзади лодки на воде, держится на тросе. А мы носом подлезли под деревянный настил пристани.

– Старший, я свое дело сделал, теперь помоги мне вырваться из этих цепей, - я дергаю за рукав проползавшего мимо меня чернявого.

Я протягиваю руки и показываю цепи. Ему переводят и он кивает головой.

– Через двадцать минут здесь будет кузнец.

– И еще поберегите меня от этой бабы, пока вас не будет.

Чернявый задумчиво смотрит на женщину. Она ежиться под его взглядом.

– Я с тобой согласен. Мы ее возьмем с собой.

– Нет, - визжит женщина.
– Не посмеешь. Ты забыл кто я?

– Это ты забыла, кто я.

Двое бородачей подхватывают женщину и тащат наверх. Вскоре на лодке никого не остается. Я с нетерпением жду прихода кузнеца и высовываю голову из люка. Темная вода отражает отблески света от фонарей и ламп судов и набережной. Мы втиснуты между двумя рыбацкими судами, а сзади как привязанный, болтается на воде силуэт мины. Я похолодел. Хоть бы ни одно судно не проплыло рядом, иначе конец.

Пришли два грязных бородатых мужика с инструментами. Они долго молотили по моим цепям и только через час расковали звенья. Я их выгнал и залез в штурманский бардачок. Тут мои документы и 50 тысяч дырявых долларов. До меня доносятся слабые звуки гудка, какое-то судно прет сюда. Теперь к черту эту подлодку. Выскакиваю на мостки и бегу по ним к берегу. Вот и твердая почва под ногами. Сзади ритмично колотит двигатель, посудина уже недалеко от берега. Быстрее, быстрее. Вот первые каменные дома и я забегаю за них.

Грохот бьет по ушам, звенят стекла, раздаются крики. Люди бегут к берегу, а я иду в другую сторону.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ

В Одре я болтался по базарам, грязным улочкам и не знал куда приткнуться. Никто меня не понимал, даже моего грубого английского. Наконец, я наткнулся на обшарпанное каменное строение, на котором неряшливая вывеска на английском, утверждала, что это отель. Администратор услужливо согнул спину.

– Господину что-нибудь нужно?

– Нужен номер с ванной.

– Двадцать долларов, деньги вперед.

Я вытащил из внутреннего кармана сто долларовую бумажку и протянул ее. Администратор осторожно развернул ее. На просвет мелькнула дырка. Он поцокал языком, но бумажку взял.

– Господин, у меня нет сдачи. Вот вам ключи от номера, а я сейчас сбегаю и обменяю ее.

В номере, прежде всего полез в ванну, но хотя горячей воды не было я и холодной был рад. Мне удалось выстирать свою одежду и я все развесил по комнате. Только прилег на кровать, как в дверь постучали.

В дверях стоял администратор и... чернявый, который был переводчиком в подводной лодке.

– А капитан, - осклабился он, - а я-то думал, кто у нас тут долларами кидается. Когда там на берегу рвануло, я думал ты того... вместе с лодкой. Ну-ка, ты, - он повернулся к администратору, - выйди от сюда.

Администратор исчез за дверью.

– Судя по этой бумажке, - он вытащил сто долларовую из кармана, - у тебя есть еще.

– Есть.

– Мой хозяин очень сожалел, что ты погиб, но теперь раз ты ожил, он наверно рад бы был тебе помочь. Что ты будешь делать потом? В какую страну ты хотел бы уехать?