Чтение онлайн

— О чем?

Она слегка качнулась вперед, и Джек схватил ее за плечи, чтобы заглянуть в синие глаза.

— Теперь, когда все так ясно, может быть, мы могли бы… я хочу сказать, не мог бы ты поцеловать меня так, как тогда? Просто ради эксперимента, — последние слова Миранда добавила, чтобы не выглядеть так вызывающе.

— Один поцелуй не повредит, — Джек нагнулся к ней.

— Да, — серьезно поддержала его Миранда, — он не может повредить.

Губы их встретились. Первые две секунды Миранда еще собиралась запоминать этот эксперимент шаг за шагом, но вскоре она уже вообще не могла ни о чем думать. Все ее существо растворилось в незнакомых волнах чувства. Весь мир вокруг вдруг сосредоточился в Джеке. Его мужской запах вытеснил все остальные. Вкус его поцелуя ошеломил ее, властно заставив желать его повторения еще и еще. Она чувствовала все его тело, огромное и горячее, так близко, а он сжимал ее все сильнее, и все теснее она прижималась к нему.

Наконец она смогла дотронуться до его мускулистых плеч и запустить пальцы в золото его волос. Поцелуй углубился, Джек, казалось, хотел растворить ее в себе, сначала проникая языком глубоко, затем поддразнивая и уводя за собой, но двигаясь в одном ритме с кровью, стучавшей в висках.

Вдруг его губы покинули ее, Миранда не успела вздохнуть от разочарования, как Джек стал целовать ее шею так мягко и нежно, что она вся задрожала. Небольшая щетина на его подбородке слегка царапала ее кожу, но Миранда от этого только больше хотела его поцелуев, сразу смягчавших огонь. Все ее тело давно горело и жаждало нежных объятий. Джек взял ее руками за талию, одновременно целуя все ниже и ниже. Он задел верх ее платья, и Миранде сразу захотелось избавиться от этой обременительной преграды, разделяющей их. Но ни ткань платья, ни сорочка не остановили Джека, его алчущие губы пробирались все ниже, дошли до ложбинки между грудей, сосредоточились на одном соске, затем на другом. Голова Миранды откинулась назад, Джек слегка покусывал ее соски, и чувственный стон сорвался с ее губ, немало ее удивив.

Он рванул на себя ее бедра, приблизился и стал сильно прижиматься к ней. Во рту Миранды пересохло, ей показалось, что вся влага, которая была в теле, сосредоточилась теперь между ее ног. Она даже не заметила, да и не стремилась узнать, когда он расстегнул крючки на ее платье, но вдруг почувствовала, что тело ее свободно. Теплый влажный воздух приветствовал ее обнаженную кожу. Его горячий рот то успокаивал, то сильнее возбуждал ее. Язык его как пламя разжигал ее страсть. Платье Миранды теперь держалось только на предплечьях и связывало движения, она рванулась, чтобы скорее освободить руки, жалея то время, которое ушло на это бесполезное занятие, а могло быть потрачено на то, чтобы ласкать мускулистое тело Джека. Миранда не уставала поражаться тому, какая нежная и гладкая у него кожа. Он обжигал ее поцелуями, спускаясь все ниже и ниже, нетерпеливо освобождая себя от одежды и приветствуя каждую пядь ее плоти. Джек упал на колени на землю, продолжая целовать ее. У нее была бледная восхитительно-шелковистая кожа. Руки его, нежно лаская, слегка раздвинули ее бедра, и пламя ее желания уже невозможно было потушить. Миранда вскрикнула, почувствовав, что язык его коснулся ее. Она задрожала и мягко осела вниз, ноги больше не держали ее. Она легла на горячий песок и, схватив Джека за плечи, с силой притянула к себе, не в состоянии расстаться с ним ни на минуту.

Его язык не оставлял ее ни на мгновение, приводя во все больший восторг, с уст ее то и дело срывались вздохи и негромкие стоны. Подняв голову, Джек снова стал целовать ее грудь, при этом его пальцы ворвались в нежную, влажную жару ее бедер. Дыхание его стало прерывистым, тело слилось с ее телом, рот — с ее изголодавшимися губами, и одновременно одним мощным движением он вошел в нее.

Боль пронзила ее, резкая и неожиданная, как и любая другая. Она была острой и горькой, но приятной. Миранда ловила ртом воздух, но пират не дал ей времени на боль и раздумья. Непрестанное дикое желание слиться с его телом в одно не давало ей возможности подумать о чем-то другом. Ее распростертое тело принимало всю тяжесть, упивалось ею. Он входил в нее еще и еще раз, глубже и глубже, сильнее и сильнее. Миранда вся изогнулась, встречая его, отдаваясь страсти все полнее и полнее. Ее ноги, казалось, действуя сами по себе, обняли его тело, и их движения стали неистовыми. С трудом дыша, она вцепилась в его плечи как безумная. Ее мир раздвоился, ее уносило куда-то на волнах немыслимого наслаждения, она парила над землей, поднимаясь все выше и выше. Вдруг на нее нахлынули новые впечатления. Она дрожала, ее тело отрицало логику и разум. Миранда крепко держала Джека в объятиях, когда услышала его крик, и догадалась, что он пережил момент неизъяснимого удовольствия. На какой-то момент они без сил застыли на песке, не разжимая рук. Джек едва мог дышать, его охватил какой-то странный сон наяву, но все-таки он смог удержаться на локтях, ему представилось, что иначе он может раздавить Миранду. Действительность, осознание содеянного начинали проникать в его голову, еще одурманенную страстью.

Кровь Христова! Это Миранда Чадвик. Дочь Генри, честь которой он поклялся защищать даже ценой собственной жизни. И Боже помоги ему, если он не готов сейчас же взять ее снова… и снова.

Он встряхнул головой, чтобы отогнать эти несуразные мысли, и его волосы от движения упали ей на щеку. Медленно Миранда открыла глаза. Они были столь же глубоки, как всегда, но слегка подернуты дымкой и смотрели на него открыто и простодушно. Она высунула изо рта свой розовый язычок и облизала губы. Затем вздохнула и спросила:

— Что произошло? Что это было?

Глаза Джека расширились, и, несмотря на чувство вины и обуревавшее его раскаяние, он рассмеялся.

Только Миранда Чадвик, еще не остыв от страсти, может задавать вопросы! Неожиданный конец!

Что случилось?

Слова Миранды молотом стучали в его голове. Джек протрезвел так же быстро, как и поддался искушению. Сначала он хотел как-то объяснить то странное влечение, которое они оба испытывают, но внезапно рассудок самоустранился с силой разорвавшейся петарды. Джек посмотрел ей в лицо. Ее губы слегка распухли от поцелуев, но, похоже, с них уже готов слететь очередной вопрос, а он с удовольствием предупредил бы его одним-единственным верным способом.

— Кровь Христова!

Джек перекатился на бок и рывком рванул на себя штаны. Сев, он на какое-то время закрыл лицо руками, но потом, решив, что если он хочет предупредить ее вопрос, то лучше ответить, стараясь не покраснеть. По крайней мере, она не интересуется, почему и как это произошло.

— Мы занимались любовью, — сказал он просто, зная, что ничего простого на самом деле не произошло.

— Да, это я знаю.

Миранда приподнялась на локте, Джек потянулся к ней и натянул на нее тонкую льняную сорочку и платье. Его руки дрожали.

— Я понимаю, что такое размножение, что такое снош…

— Да-да, ты уже говорила. А в чем тогда дело?

— Я о другом. — Миранда поднялась, хотя колени ее дрожали, и посмотрела ему в лицо. — Чувство полета. Я знаю, это невозможно, но я на самом деле чувствовала, что лечу, что невесома, как будто сила тяжести уже не держит меня на Земле. — Она замолчала и склонила голову к плечу. — А ты не чувствовал этого?

Кровь Христова! Может ли быть, что она говорит о том, о чем он думает, она говорит? Джек непроизвольно сглотнул слюну. Множество раз женщины говорили ему прежде, каков он в постели, какой он замечательный любовник. Но никогда его не хвалили так просто и так честно.

— Да, — он отвернулся, чтобы скрыть непроизвольную улыбку польщенного мужчины, — я тоже почувствовал.

Казалось, она обрадовалась его ответу, но это не спасло его от следующего вопроса.

— А что это, было? Ты думаешь, Ньютон знает про такие исключения? Джек уставился на нее.

— Исаак Ньютон, — стала объяснять Миранда, — это…

— Я знаю, кто такой Ньютон, — взорвался Джек. Неужели она думает, что он забыл всю ту чушь, какой забита ее голова.

—А-а.

— Я только не знаю, какого черта его вспоминать сейчас в связи с тем, что произошло.

Миранда опустила глаза. Он опять начинает сердиться.

— Да, Ньютон никакого отношения к этому не имеет, — признала она.

— Вот именно, - Джек вскочил и сделал шаг к тропе, затем так резко повернулся обратно, что Миранда даже невольно зажмурилась. — Ты хоть понимаешь, что мы сделали?

«Что я сделал», — добавил он про себя. Проведя рукой по волосам, он опередил ее, догадавшись, что она опять хочет что-то сказать.

— И я не обсуждаю сейчас возможность исключений из теории земного притяжения.

— Да, я знаю, — сказала Миранда тихо, а когда она подняла глаза, то они были полны непролитых слез.

Теперь была очередь Джека закрыть глаза. Глубоко вздохнув, он упал перед ней на колени. Он хотел, чтобы она осознала, что произошло и что они сделали, не обсуждая это так, как если бы она описывала поставленный ими эксперимент. Но теперь, когда он добился своего, то был как никогда огорчен. Он хотел коснуться ее, но рука его упала.

— Это полностью моя вина, — выражение ее лица не изменилось, и Джек продолжал: — Боюсь, ничего другого нельзя было ожидать от пирата.