Чтение онлайн

— Откуда ты знаешь, как меня зовут?

Он проводит рукой по влажным волосам, отчего они встают дыбом.

— Твой бейдж, — отвечает голосом, пропитанным дымом и соблазном, но он обращается скорее к земле, а не ко мне.

— О, точно. — Теперь я чувствую себя такой дурочкой. Думала, что он специально узнал мое имя, но, как оказалось, это было не так.

Его лицо становится серьезным, но он не отрывает глаз от дороги, по которой мы идем.

— Как ты связалась с Бельмонтом?

Линкольн знает Деверо? Ну, наверное, из-за того, что он рыбак. Мудак Деверо работает в Департаменте охраны дикой природы.

— Он зашел в бар однажды ночью, когда я работала, и я, вроде как, влюбилась в него. Я не знала, что он женат до вчерашнего вечера, пока не встретила его жену.

В ответ Линкольн лишь кивает. Хочу спросить, откуда он знает Деверо и связывает ли их что-то.

— Ты знал, что он женат?

— Я не знаю его настолько хорошо.

Фыркаю.

— Очевидно, я тоже.

Когда мы поворачиваем за очередной угол к моей подъездной дорожке, стараюсь успокоить свои нервы. Перебираю в руках ключи. Оранжевый свет фонаря на крыльце освещает его лицо.

— Хочешь зайти? — Ведь так это работает, верно? Он защитил меня, а я могла бы, знаете, вернуть долг? Дерьмо. Я не очень хороша в этом. Дилан может трахаться с парнями на парковке и не жалеть об этом. Я тоже могла бы так поступить, да?

Мысль о том, что у нас ничего не будет, кажется невыносимой.

Неожиданно Линкольн смеется, его глубокий смех восхищает меня.

— Ты понятия не имеешь, о чем просишь. — Он не отрывает глаз от гравия, мне не видно его обеспокоенного лица. — Верно?

Мне не нравится, что тепло его прикосновения угасает, и что его мимолетная улыбка сменяется хмурым взглядом, когда говорю:

— Я точно знаю, о чем прошу. — Хотя, на самом деле, не знаю. По крайней мере, когда речь идет о ком-то вроде него.

Линкольн достает сигарету из пачки в куртке и засовывает одну руку в карман, а другой тянется к сигарете, свисающей изо рта.

— Да, и чего же ты хочешь? — Он пригвождает меня самодовольной ухмылкой, прикуривая сигарету и окутывая себя клубами дыма и тьмы.

— Тебя.

Затянувшись сигаретой, он бросает на меня взгляд, от которого мое сердце трепещет, как рыба без воды. Усталость сходит с его лица вместе с дымом из легких, смешиваясь с туманом, который рассеивается, когда он подходит ближе ко мне. Линкольн кивает в сторону дома, словно говоря «хорошо».

За бортом — вне судна, в воде.

Что теперь? Я на самом деле задаю себе этот вопрос, когда Линкольн переступает порог моего дома.

Мне поцеловать его?

Пригласить в свою спальню?

Черт возьми. Почему я так неопытна?

Бьюсь об заклад, другие почти двадцатитрехлетние девушки знают, как вести себя в подобной ситуации.

Когда мы заходим в дом, мои мысли в беспорядке, я не знаю, чего ожидать. Может быть, начать светскую беседу? Предложить ему кофе? Понятия не имею. В слабоосвещенной комнате море в окне отливает зеленым, под ботинками Линкольна скрипит паркетный пол, и меня окутывает запах корицы и сигарет.

Я достаточно долго работаю в баре, поэтому знаю, когда мужчина хочет женщину. Линкольна трудно разгадать, но в его глазах читается неоспоримое желание. Это именно то, что мне нужно, и я веду его в свою спальню. Как только запираю дверь, Линкольн резко прижимает меня своим крепким телом к стене.

Хорошо, значит, так все происходит. Это радует, поскольку я не была уверена, что смогу сама сделать первый шаг.

В моем животе порхают бабочки от предвкушения. Я улыбаюсь, провожу руками по его груди, сжимая его фланелевую рубашку под курткой, и шепчу:

— Привет. — Чувствую себя очень неловко.

— Ты уверена, что хочешь этого? — спрашивает Линкольн хриплым от желания голосом, его взгляд прикован к моим губам. От его теплого дыхания по моей спине бегут мурашки. Горло пересыхает, и я не могу вымолвить ни слова из-за мысли, что такой парень, как он, хочет меня.

Я ничего не отвечаю. Рассматриваю вблизи его лицо. Запоминаю его красивый нос, густые черные ресницы, влажные от дождя, и то, как искусно он высовывает язык и проводит им по нижней губе. Мое дыхание учащается, волна желания захлестывает меня.

Хочу ли я этого? Да, черт возьми.

Я киваю, потому что это сложный вопрос. Посмотрите на Линкольна. Конечно, я хочу переспать с ним. Любая женщина сошла бы с ума, если бы упустила такую возможность. В то время как мудак Деверо был сдержанным бизнесменом, который хорошо одевался — Линкольн Харди не такой. Он задиристый, грубый, и это именно то, что мне нужно, чтобы выкинуть мудака Деверо из головы. И да, я прекрасно понимаю, что постоянно называю Деверо мудаком, но… к черту этого подонка.

— Кивка недостаточно. — Линкольн крепко сжимает мои бедра, словно подчеркивая значение своих слов. — Ты должна сказать вслух свой ответ, — говорит он с мягким рычанием в голосе. Он нежный, грубый и нуждающийся.

Линкольн вжимается в меня своей толстой и твердой эрекцией, и меня охватывает жар. Хныкая, я приоткрываю губы. Черт возьми.

— Я хочу тебя, — уверенно признаюсь. Я на сто процентов уверена, что хочу его.

Линкольн проводит рукой по моему затылку и слегка тянет за волосы, запрокидывая мою голову. Он медленно наклоняется, целуя меня. Его поцелуи… о, боже, эти поцелуи проникают в самую темную, самую нуждающуюся часть меня, и я добровольно отдаю ему всю себя. Его прикосновения грубые, сексуальные, я и не подозревала до этого момента, что именно это мне и нужно.

Где-то на пути от двери до моей кровати Линкольн нетерпеливо сбрасывает с себя куртку и рубашку, ни на секунду не переставая меня целовать. Теперь его ремень расстегнут, и джинсы низко висят на бедрах. Затем он прерывает поцелуй и переключается на мою шею и ключицу, пока я пытаюсь снять с себя рубашку.

На мгновение останавливаюсь, теребя низ, мои руки дрожат. Страх сжимает горло. Мне никогда не нравилось, когда кто-то видит мой шрам, мою реальность, мою постоянную борьбу с неуверенностью. Я не хочу, чтобы Линкольн видел мою грудь, поэтому скольжу рукой в его джинсы и поглаживаю гладкий твердый ствол между его ног. Его член больше, чем я представляла, но у меня мало опыта.