Чтение онлайн

Полицейские камеры действительно не понадобились. Распорядок дня араукана был прост: две трети суток он проводил в своём номере – очевидно, и спал, и работал там. Остальное время он гулял по городу, неизменно пешком, проходя порой десятки километров за день. Эвен подолгу осматривал музеи, купался, загорал, катался на аттракционах, бывал на публичных лекциях, но уходил до их окончания... Танцевал на открытых платформах, где всем желающим давали бесплатные уроки. Он вёл жизнь большого ребёнка. Один раз он посетил Вигилию в кафедральном соборе, и один раз – моление в храме мицаритов. Это как ничто другое убедило Данкмара, что он действительно атеист, и притом крайне наивный – такие водились только на Земле. Чудо, что последователи двойной звезды не покалечили его за дерзость.

Робот сообщил, что данные из «Эйдоса» обработаны. Прочитав отчёт, Данкмар улыбнулся: план как будто составил себя сам.

Йирран Эвен жил на семьдесят пятом этаже, в одном из недешёвых, но и не самых роскошных номеров. Каждый день к одиннадцати утра он спускался на семидесятый этаж к завтраку, в превосходный ресторан «Андалузия». Данкмар как-то встречался там с клиентом. «Что же, - подумал он, - это даже слишком просто». Йирран необычайно общителен и дружелюбен: увидев «старого знакомого», он не откажется поболтать, а потом и прогуляться вместе. Останется только увлечь его куда-нибудь, где нет камер. Это тоже несложно. Такое дитя, как этот араукан, обрадуется предложению слетать к Синей бухте или на экскурсию в фермерское хозяйство. Оттуда Данкмар и увезёт его в арколог.

Но перед этим нужно вернуть кортик.

Ландвину Данкмар позвонил, как и собирался, наутро после того, как отец Фрей осуществил свой первый выбор. Данкмар торопился на семинар, к тому же не стоило уделять Фрею слишком много внимания и позволять ему чувствовать себя объектом заботы. Он просто удостоверился, что Ландвин жив, а выбор реализован, и распрощался с ним. Судя по голосу, отец Фрей был ошеломлён и несколько подавлен, но ничего иного Данкмар и не ожидал. «Любопытно, - подумал он, - удалось ли Ландвину встретиться с суккубом, как он мечтал? И что сказала ему суккуб?»

Он встал из-за стола и отправился за кофе. Он предпочитал готовить его собственноручно, кофеваркой даже не обзаводился. Тяжёлую, покрытую изысканными узорами джезву из кованой меди было приятно держать в руках, жар, поднимавшийся от плиты, словно бы заключал в ласковые объятия, и восхитительный аромат специй ещё долго витал в воздухе, пока не выскальзывал в воздушные фильтры. Полюбовавшись подкопчённым донышком джезвы, Данкмар потянулся к имбирю, но передумал и выбрал мускатный орех. В промытые окна лились яркие солнечные лучи, и во все цвета подмешивался оттенок золота. Стоя над греющейся джезвой, Данкмар перебирал в памяти давно распланированные этапы проекта. Совсем недавно основной точкой приложения сил был Ландвин. Данкмар много думал о нём. Игра с Ландвином, к сожалению, иногда требовала настоящей эмоциональной вовлечённости, иначе Фрей, человек чуткий, с развитыми способностями к эмпатии, мог утратить доверие к учителю. Порой Фрей вынуждал его беспокоиться. Данкмар полагал, что момент, когда Фрей запустит собственный проект, станет переломным в их отношениях. Крайне важно не дать Ландвину сорваться с крючка. Его зависимость от Данкмара со временем должна только усиливаться. В ближайшее время Данкмар не собирался убивать его: он вкладывал Ландвина в свой проект иным образом. Отец-командир Фрей был выдающимся проповедником. Прихожане почитали его. Данкмар ждал от него разумного и эффектного поведения во время близящейся войны. Фрей мог стать епископом Эйдоса, а мог и не стать – превратившись в неофициального, но подлинного духовного лидера вигилианской общины. Чем ярче просияет его звезда, тем поучительней будет падение в тот час, когда обнаружится его ересь. Епископ, приносящий человеческие жертвы! Сколько ужаса, омерзения и отчаяния испытают верующие, услышав об этом. Миллионы людей, полагавших отца-командира Фрея своим духовным наставником, праведником и указателем пути, будут раздавлены этим известием. Они почувствуют себя одураченными и преданными, они разочаруются в вере и Церкви. Безликие древние придут в восторг, получив из рук Данкмара столь щедрое подношение.

Представлялось, конечно, необходимым инсценировать самоубийство Ландвина и сделать это вовремя – до того, как он начнёт говорить. Но Данкмар знал, что получит массу ресурса. Его возможности невообразимо возрастут. Останется ли ещё нужда в инсценировках? Проще уничтожить Фрея дистанционно, с помощью сердечного приступа. Вполне вероятно, что к этому времени Данкмар вообще перестанет быть человеком.

...Кофе был готов. Фарфор чашки, нежный и почти прозрачный, молочно белел над его шоколадной поверхностью. Данкмар отломил кусок шоколада, прихватил сушёных фруктов – эндемиков-инжирелл и вышел на балкон. Отсюда, с севера Ньюатена, не было видно моря, но ветер доносил его свежесть.

Данкмара немного удивляли собственные реакции. Он ждал, что будет весьма озабочен обстоятельствами первого выбора Ландвина и его мыслями. Но они совершенно его не волновали. Он чувствовал воодушевление и азарт охоты, он думал о Йирране и предвкушал встречу с ним: странно, ведь глупый араукан был рядовым избранником, одним из множества, и даже сложностей не смог бы ему создать. Поразмыслив, Данкмар решил, что слишком часто и слишком детально просчитывал свои планы насчёт Ландвина прежде. Всё шло гладко. Не было причин для волнений. «Даже появление марйанне ничего не изменило, - подумал Данкмар с улыбкой, смакуя шоколад. – Это был своего рода экзамен, и я его выдержал».

Порыв ветра принёс ему новую идею, и он вернулся к терминалу.

Данкмар послал Ландвину видео-вызов.

Отец Фрей находился в ризнице и готовился к ежедневной службе. Он казался больным: глаза запали, на висках блестела испарина, лихорадочный румянец пятнал щёки. «Что это за эффект? – насторожился Данкмар. – Результат общения с безликими? Или обычная простуда?..» Ландвин поприветствовал его и поправил камеру. Брови Данкмара приподнялись: Фрей был не один.

За его спиной стояла молодая женщина, одетая строго, в милитаристском стиле, как подобало воцерковленной вигилианке. Но ни жёсткий воротничок, ни прямой и грубый силуэт кителя, ни даже хмуро-отстранённое выражение её лица не могли скрыть её потрясающей красоты. «Что за чудную прихожанку обрёл Ландвин, - подумал Данкмар, - и как не вовремя он захворал». Он впервые заметил, что у телефона Фрея низкое качество видео. Конечно, женщина пришла за духовным наставлением: лицо её было сурово, нежные губы – решительно сжаты. Но даже сейчас она излучала эротическое притяжение немыслимой силы. Из гладкой причёски выбилась прядка тёмных волос; в чёрных глазах пылало пламя, едва прикрытое густыми ресницами; совершенные руки были сложены под высокой грудью, и манжета рубашки приоткрывала запястье... такое запястье заставляло вспомнить легенды о древних пуританских временах, когда обнажённая рука дамы кружила головы кавалерам сильнее, нежели теперь – обнажённая грудь. «Как зовут вашу гостью?» - едва не спросил Данкмар.

Но восхищение никогда не заставляло его потерять контроль над собой. Оценив духовную дочь Фрея по достоинству, Данкмар сказал:

– Добрый день, отец-командир. Простите, что помешал вам. Мы можем поговорить?

– Конечно, - обречённо проговорил Ландвин. Он кивнул женщине, и та вышла. Каждое движение её было исполнено достоинства и вместе с тем – плавной, животной грации самки, готовой к совокуплению. У Данкмара пересохло во рту.

– Я вижу, ты в порядке, - поторопился сказать он Ландвину. Это была ложь, но Фрей принял её смиренно.

– Я немного взбудоражен, - ответил он, - но и только. Я очень рад, что вы позвонили. Простите за нахальство, но мне очень нужно побеседовать с вами. С глазу на глаз.

– Разумеется, - кивнул Данкмар, - но позже. Я занят.

Ландвин сглотнул. Он выглядел испуганным. «Слишком много эмоций, - подумал Данкмар. – С ним так всегда».

– Я хочу получить обратно свой кортик. Незамедлительно.

На лице Фрея последовательно выразились надежда, обречённость и удивление.

– Я хочу, чтобы ты оставил его в камере хранения на вокзале Эйснер, - продолжил Данкмар. – Я пришлю тебе код. Время можешь выбрать сам, но я хочу знать его точно.

– Сегодня, в шесть вечера.

– Шесть или шесть пятнадцать? – уточнил Данкмар резко.

– Ровно шесть. Но... – Фрей замялся, - если время так важно, может быть, мы могли бы встретиться... тогда же...

– На вокзале? Не смеши меня.

Ландвин понурился.

– Я понимаю.

Данкмар выдержал короткую паузу и сделал вид, что смягчился.

– Завтрашний вечер тебя устроит?

– Да, - безропотно согласился Фрей. – Конечно.

– Хорошо.

Данкмар прервал связь. Мысль, пришедшая следом, была довольно нелепа, но вполне объяснима. Данкмару стало интересно, хватит ли Фрею духу соблазнить эту неизвестную прихожанку, столь пленительную и столь суровую. «Вряд ли, - заключил он с усмешкой. – Непохоже, чтобы ему хватило духу возлечь с суккубом после первого выбора».

Было девять тридцать утра. Достаточно времени, чтобы подготовиться к визиту в «Эйдос».

Данкмар допил остывший кофе и мечтательно прикрыл глаза.

Он задержался ровно на десять минут, чтобы Йирран успел выбрать место и сделать заказ. Данкмар знал, что землянин не курит, и потому сразу направился в дальний зал «Андалузии». Он и сам не имел подобной привычки, но на Эйдосе такие, как он, оказывались в меньшинстве. Даже в хороших ресторанах залов для некурящих порой просто не было.