Чтение онлайн

В этом он был абсолютно прав. У нас действительно не оставалось выбора.

Внимательно прослушав запись разговора домохозяйки с ее постояльцем, лейтенант Гасс ткнул в бок сидящего рядом с ним водителя:

– Рацию!

Тычок оказался довольно болезненным, и помощник городского шерифа, сидящий за рулем «Шевроле», сморщился от боли, однако не рискнул высказать свое недовольство. Он завозился на сиденье и, вытащив из кармана трубку мобильного телефона, протянул ее командиру «морских тюленей».

– Я же сказал: рацию, – обернулся к нему Гасс.

– Это моя личная машина, – недовольно пробурчал помощник шерифа. – Она не оборудована рацией.

– Тогда набери номер своего начальника в вашей конторе! – приказал Гасс, начиная терять терпение.

Помощник шерифа поспешно нажал несколько кнопок, после чего передал трубку Гассу.

– Слушаю?! – после второго сигнала отозвался Трентон.

– Один из подозреваемых только что вошел в дом. На вопрос вышедшей ему навстречу хозяйки дома ответил, что его друзья вернутся позже, – доложил Гасс.

– Он сказал «друзья», во множественном числе? – уточнил Трентон.

– Во множественном, – подтвердил Гасс.

– Хорошо, продолжайте наблюдение, – распорядился Трентон.

Гасс отключил телефон, но не вернул трубку помощнику шерифа, а положил ее перед собой на панель перед ветровым стеклом.

– Надо бы и шерифу сообщить о появлении подозреваемого, – покосившись на телефонную трубку, произнес его помощник.

– Если каперанг сочтет это необходимым, он сам ему сообщит, – невозмутимо ответил лейтенант Гасс. – Продолжаем наблюдение.

Из последних слов командира взвода «тюленей» помощник шерифа понял, что его мнение никого не интересует, и решил замолчать.

Спустя четверть часа установившуюся в машине тишину нарушил звонок мобильного телефона. Помощник шерифа потянулся к трубке, но Гасс опередил его.

– Первый пост, – представился он.

– К вам направляется второй подозреваемый. Будьте внимательны, – раздался в трубке голос Трентона. – Его взяла под наблюдение вторая группа, когда он забирал с пристани свой «Додж».

– Вижу его, – отозвался Гасс, увидев в переулке горящие фары автомобиля.

Водитель остановил машину у дома номер семнадцать и поставил машину на сигнализацию. Миновав крыльцо, он обогнул дом и по пристроенной к боковой стене металлической лестнице поднялся на второй этаж. На секунду его осветила полоска света, которая вырвалась из открывшейся двери, но водитель «Доджа» быстро шагнул через порог.

– Он вошел в дом, – произнес в трубку Гасс. – Машину оставил на улице.

– Отлично! – в голосе Трентона отчетливо прозвучали нотки удовлетворения. – Ждите третьего и приготовьтесь к захвату подозреваемых. Для подкрепления я направляю к вам вторую группу.

Вдалеке вновь показался свет фар въезжающего в переулок автомобиля. Машина приблизилась, но за пятьдесят метров от дома номер семнадцать свернула к тротуару и остановилась. Водитель погасил фары и габаритные огни, однако из машины не вышел. Лейтенант Гасс поднял к глазам прибор ночного видения и осмотрел подъехавшую машину.

– Пикап второй группы, – констатировал он и, отводя от глаз прибор ночного видения, скомандовал: – Боевая готовность.

Трое «морских тюленей» на заднем сиденье «Шевроле» потянулись к своим дорожным сумкам. Их командир тоже переложил себе на колени дорожную сумку, которую до этого держал под ногами. Вжикнув «молнией», Гасс извлек из нее германский пистолет-пулемет «MP-5К».

– Автоматическое оружие запрещено к применению даже в полиции, – растерянно произнес помощник шерифа.

– Мы служим не в полиции, – ответил ему лейтенант Гасс, навинчивая на ствол пистолета-пулемета массивный глушитель.

Сухие щелчки затворов, раздавшиеся с заднего сиденья, подтвердили помощнику шерифа, что и остальные спецназовцы полностью разделяют мнение своего командира. В соседней машине точно так же собирали свои пистолеты-пулеметы бойцы второй штурмовой группы. Через несколько секунд, поставив оружие на боевой взвод, обе четверки «морских тюленей» полностью изготовились к штурму.

Получив мое одобрение предложенному плану, Данил тут же взобрался на ванну и ловко снял с потолка одну из декоративных пластиковых панелей. Ухватившись за чердачные перекрытия, он подтянулся на руках и заглянул в проделанный лаз. Несколько секунд Данил неподвижно висел под потолком, пока не опустился вниз и встал ногами на края ванны.

– Нам повезло, – сообщил мне Данил, после того как достал голову из потолочного отверстия. – По перекрытиям можно пробраться к чердачному люку на задней стене. Только ступать нужно по балкам, а то потолок хилый, может не выдержать. Мы быстро упаковали в одну из дорожных сумок все самое необходимое: оружие, включая пистолет с глушителем, захваченный Данилом в качестве трофея у одного из убитых гангстеров; наше специальное водолазное снаряжение; документы и водительские права; открытые Ильей Константиновичем кредитные карточки и оставшиеся наличные деньги. Данил быстро пролез в проделанный люк, а я передал ему сумку и тем же путем взобрался на чердак. Данил уже был возле чердачного люка и пристально его осматривал.

– Заперт, – сообщил он мне, когда я, осторожно ступая по несущим конструкциям перекрытий, пробрался к нему.

Я присел на корточки возле люка. В узкую щель в стене можно было разглядеть повешенный на дверцу люка накидной замок.

– Сможешь перекусить? – спросил я у Данила, осмотрев через щель дужку замка.

– Попробую, – вздохнул он.

Я отодвинулся, чтобы освободить Данилу место. Он тем временем извлек из сумки один из водолазных ножей и, вставив специальный выступ ножен в соответствующую прорезь клинка, собрал достаточно эффективные кусачки. С ними в руках Данил вновь повернулся к чердачному люку. Я оставался у него за спиной, поэтому не видел его рук. Но понять, что он делает, было не так уж и трудно. Просунув лезвие и ножны в щель между стеной и дверцей чердачного люка, Данил пытался захватить ими дужку замка. Вскоре это ему удалось. Я услышал скрежет соприкасающихся металлических поверхностей и увидел, как вздулись вены на шее Данила. Орудовать водолазными «кусачками» можно и вдвоем, но лишь при наличии свободного пространства. Сейчас же Данилу приходилось управляться одному, а я ничем не мог ему помочь. Несколько секунд ничего не происходило, только на шее Данила выступили крупные капли пота. Затем раздался короткий хруст, и замок с перекушенной дужкой шлепнулся в кусты роз, росшие вдоль стены. Данил повернул ко мне мокрое от пота лицо и облегченно выдохнул:

– Есть!

Он все еще сжимал в ладонях рукоятку ножа и водолазные ножны и, когда с трудом разжал свои сведенные судорогой пальцы, на его ладонях отчетливо читались широкие белые полосы.

– Разотри руки, – приказал я, забирая водолазный нож.

Оставшаяся без замка дверца чердачного люка открылась легко, лишь металлические кольца, в которые продевалась дужка замка, предательски звякнули между собой. Затаившись возле приоткрытого люка, я около минуты напряженно вглядывался в темноту. Передо мной была лужайка с рассаженными на ней декоративными садовыми деревьями. Коротко постриженная трава не позволяла укрыться на газоне, поэтому я сосредоточил все свое внимание на деревьях. Нет, за посадками тоже никто не прятался. Лужайка продолжалась до живой изгороди, высотой в половину человеческого роста, за которой виднелся дом на соседнем участке. При всем своем старании я не смог рассмотреть, скрывает ли изгородь притаившегося в зарослях кустов наблюдателя. Однако я не заметил шевеления ветвей и не услышал шелеста листьев, что в какой-то мере могло свидетельствовать о его отсутствии.

Возле меня оказался Данил и осторожно тронул за плечо. Я кивнул головой и указал взглядом на приоткрытый люк, после чего отполз в сторону. Данил тут же занял мое место и, выставив из люка голову, посмотрел вниз. Когда он вновь повернулся ко мне, по его озадаченному лицу я сразу понял, что на нашем пути возникли новые препятствия.

– Стена совершенно гладкая. Придется прыгать из люка. Тут метров шесть, но прямо под нами растет здоровенный розовый куст.

– Будет много шума? – сообразил я.