Чтение онлайн

–Какой процесс?
– не понял Родик, держа в руках "Архипелаг"

–Нашего перехода на "темную сторону Силы" - с точки зрения истинного демократа. На службу, не только телом, но и душой - Красной Империи зла.

–Но как же… - спросил Родик - формально, мы не…

–А реально?
– говорю уже я - сколько еще у нас, автономность? А после - топиться всем? Нет уж - придется нам, гавань искать. И - где?

–Деды наши при Сталине жили - поддержал Сан Саныч - и мы поживем, дай бог!

–Жить, это одно. Служить - другое.

–Слушай, мы все ж не гебешники, а бойцовые морские волчары. Натасканные - чтоб рвать врагов внешних. Которые у державы нашей, хоть империи, хоть дерьмократии - есть всегда. И эту работу надо кому-то делать - в любое время. Возражения, боец?

–Убедил же вас, этот - иезуит!

–Скорее уж, жандарм из бывалых - читал, такими они и были.

После того дня за Кириловым как-то закрепилось прозвище "Жандарм". За глаза - но произносимое с уважением.

От Советского Информбюро 25 августа 1942

На Северо-Западном фронте происходили бои местного значения. На ряде участков наши подразделения отразили атаки пехоты противника. Около населённого пункта В. советские бойцы ворвались в траншеи противника и вели рукопашные бои с гитлеровцами. Наши лётчики сбили в воздушных боях 3 немецких самолёта. Кроме того, огнём зенитной артиллерии сбито 5 немецких транспортных самолётов "Юнкерс-52".

–Боевая тревога!

И - нет больше на лодке отдельных людей. Со своими характерами, памятью, и даже жизнью. Все - как одно целое, на своих постах, стали частями машины, Корабля. Нет людей - есть функции, которые должно выполнять. Даже если в отсек рвется вода, или горит огонь - никто не может бросить и уйти, без доклада и без приказа. Потому что иначе - Корабль может погибнуть. И вместе с ним - все.

Автономке конец, курс на базу лежит,

Тихо лодку в пучине качает.

Спит девятый отсек,спит девятый жилой,

Только вахтенный глаз не смыкает.

Что он думал-гадал? Может дом вспоминал?

Может мать или очи любимой?

Только запах чужой все мечты оборвал:

Из отсека повеяло дымом.

Сообщить бы куда, не уйти никуда -

Здесь в девятом же люди, не боги.

Только пламя ревет, и сильней душу рвет

Перезвон аварийной тревоги.

Кто на вахте стоял, кто услышал сигнал -

По постам боевым разбежались.

А в девятом кто спал, тот наверно устал.

За себя и за лодку боялись.

За "Живучесть борьба",страшно жизнь не дожить,

Ищут парни спасенья в десятом:

Сквозь удары туда прорывается крик:

"Да откройте же сволочи, гады!!!"

Отзывается сердце на каждый удар

Там ведь гибнуть свои же ребята.

Но откроешь им дверь - смерть войдет и сюда,

И седеют от криков в десятом.

Тишина. Нет страшнее такой,

Молча скиньте пилотки живые.

28 парней без вины, без войны.

Жизнь отдали, чтоб жили другие.

Автономке конец, курс на базу лежит,

Тихо лодку в пучине качает.

Спит девятый отсек и он вечно "живой"!

Но об этом никто не узнает.

Обелиск со звездой, растрепало венок,

Молча сопки в тайге расступились.

28 парней здесь лежат в тишине,

Те что лодку спасти умудрились.

Полетят похоронки родных известить,

Что сыны их домой не вернутся.

И никто не узнает как погибли они,

Лишь написано будет - ГЕРОЙСКИ

Вспоминай тот кто пьет, вспоминай кто не пьет,

Молча выпьем за павших героев.

Наш подводный ракетный, наш атомный флот

Отдает честь погибшим героям

Вот только погибать, по справедливости, должны - те, кто по ту сторону. Сколько их там, на "Шеере"? Тысяча сто пятьдесят - по штату. Те кто в нашей истории - расстреляли "Сибиряков". И пусть кто-то, в светлом будущем, брезгливо морщит нос - атомная подлодка с самонаводящимися торпедами, против корабля давно прошедшей войны! Для нас, эта война, куда мы попали - не прошедшая. И мы идем, не меряться силами в честном бою - мы идем убивать. Для того, чтоб будущее было светлым, для того чтобы оно было вообще. Потому что в этом мире, как мы установили опытным путем - ничего не предрешено. Не дай бог - здесь, Сталинград не устоит, и немцы прорвутся! Наших там - никто не жалел. И мы - никого жалеть не будем.

Нет, гуманность на войне - тоже оружие. Если сдадутся - будут жить. "Шеер" в составе нашего флота, это хорошо - но тысяча сто единиц рабсилы, ценность не меньшая. Как удивился Кириллов, когда я спросил - на чем вы собираетесь вывозить в Архангельск пленных.

–А зачем в Архангельск? Тут же рядом, по Енисею подняться до Дудинки, Норильсклаг. Туда везти - и быстрее, и дешевле, хоть на речных баржах. Пусть кайлом помашут - чтоб ваш товарищ молодой не говорил, про одних лишь "врагов народа".