Чтение онлайн

Формально война с этим началась еще до окончания Великой Отечественной — когда Сталин решил радикально перекроить республиканское устройство СССР. А фактически — изменения начались только после того, как в Ташкент, Бухару, Самарканд, Термез, Грозный, Тбилиси, Баку вернулись опаленные войной люди. Которые сказали «хватит» — и лоб в лоб, кость в кость схлестнулись с прежним миропорядком.

Они стали самыми верными союзниками «инквизиции» Пономаренко — и сколько же их полегло в этой войне с дикостью средневековья. Некоторые из наших тоже не вернулись с этого «третьего фронта». Мы были очень хорошими боевиками, очень, но конспирации нас почти не учили — это нам просто никогда не было нужно. Кое-что мы усвоили на фронтах Отечественной — но выдать себя за своего на улицах даже многонационального и многоликого Ташкента никто бы из нас не смог. Сейчас, после стольких лет, я понимаю, что по большому счету — это их заслуга, что на территории СССР, уж извините за тавтологию, сейчас существует только СССР. Их, а не наша. Если бы в Грозном в 47-м с нами не было Ильяса, «противотанкиста» с Южного фронта — черта с два мы вообще живыми бы остались, молчу уж про задание. Как и в Самарканде в 49-м — без улыбчивых близнецов, называвших себя Али и Олли (надо думать, кто-то из этих узбеков, земля им пухом, пересекался с союзниками, оттуда имечко и подхватил), лежать бы мне, и еще кое-кому, в безвестной могиле. А Львов в 55-м (напомню, что нет в этом СССР — Украинской ССР), такой нарыв там вскрыли, благодаря старшине Степанюку (ага, тот самый, с которого монумент в Берлине лепили, на дембеле после войны не усидел) и главстаршине Сергею Тюленеву (тоже тот самый, из «молодогвардейцев», которые в этой истории все живые, наши в Краснодон на три месяца раньше вошли), его наш контр-адмирал Большаков (в советской морской пехоте здесь столь же почитаем, как был «дядя Вася» в ВДВ там) лично в «инквизицию» рекомендовал. И даже в Белоруссии были этакие тихие омуты с прилагающимися чертями. Низкий поклон Косте Мазуру, которого таки прозвали «пираньей» (в кругу посвященных, в который его все-таки допустили со временем, ходило также прозвище «Костик из будущего») — мы-то просто выполняли очередное задание, а вот он бился вдобавок еще и за свою малую родину. И славно бился.

Слышал, даже нашей «адмиральше» очень прилично прилетело в Ташкенте, дошло до реанимации. А ведь по идее, она к тому времени давно уже должна была из штабов командовать, с высокого холма руководящие указания раздавать. Черт, ведь на волоске же иногда все висело…

Получилось у нас не все. Более того, психолог (точнее уж — психиатр) нашей команды, все свои силы и свою печень положивший на поддержание нас в нормальном тонусе, добрую четверть всех «лечащих» диалогов сводил к одному, очень простому пункту. Речь у старины Лыкова (любителями Бушкова быстро покрещенного Лымарем — а что, похож очень) выглядела примерно так (обычные среди армеутов матюги опустим, а саму речь чуточку облагородим):

«Ребята. Вы — не спринтеры, вы — стайеры. И те, кто придет за вами — тоже. Вы что, хотите победить все зло подряд за следующую пятилетку? А пятилетку, желательно — в три года? Хрен вам всем. Работы хватит и вашим детям, и внукам, и даже правнукам кое-что перепадет. И кстати, орлы вы мои водоплавающие и акулы летающие — обязательно озаботьтесь этим вопросом. Семья, товарищи — это святое. Что значит «поповские байки»? Товарищ Сергеев, Вы, конечно, коммунист, но Вы Бога-то побойтесь!»

Скромно одетый господин в очках, протянувший таможеннику билет на паром до Мальме, не привлек ничьего внимания. Хотя война завершалась (по слухам, немцы в Ганновере уже подписали капитуляцию, или вот-вот подпишут), нейтральная Швеция казалась куда более безопасным местом для всех. И конечно, более сытым.

— Цель вашей поездки, герр Фихте — спросил шведский таможенник (поскольку паром уже считался территорией Шведского королевства) — кстати, вы немец?

— Подданный Дании — ответил пассажир — родители были уроженцами Шлезвига. Еду в Стокгольм по служебным делам.

Где достойный герр служит, было ясно из его бумаг. Какой-то клерк среднего звена Валенберговской конторы. В его саквояже, кроме туалетных принадлежностей и смены белья, не было ни ценностей, ни валюты, что обычно стремились взять с собой беглецы — лишь какие-то документы с цифрами, украшенные валенберговской печатью. Что ж, всем, и таможне, было известно, что фирма Валенберга, помимо благой цели спасения евреев от нацистского истребления, занималась еще и поставкой в Еврорейх потребительских товаров из нейтральных стран, и даже из Англии и США — конечно, выручка шла исключительно на помощь бедным и беглым евреям, но умные люди ведь все понимают? А война вовсе не отменяет долгов за товар, или обязательств его поставить — так что отправка наиболее ценных бумаг в центральный офис не по почте а с доверенным курьером выглядела вполне оправданной, и шведских законов никак не нарушала! «Браунинг» в кармане пассажира формально, был под запретом — но ведь время сейчас очень неспокойное! Что стоит поступок русских — «в знак доброй воли» депортировать в Швецию взятых в плен «добровольцев», служивших в армии Еврорейха? Когда очень уважаемые газеты пишут, что эти люди на самом деле были преступниками — ворами, бандитами, убийцами, грабителями! — и прежде не отличаясь законопослушностью, после службы в Ваффен СС, они стали настолько оголтелыми головорезами, что не могут жить, никого не убивая — и целых три тысячи этих чудовищ уже находятся в Швеции, боже, куда катится мир! Так что позволим этому господину, вполне мирного вида, иметь при себе оружие для самозащиты?

Человек занял место в каюте. Идея взять документы служащего конторы, а не обычный валенберговский паспорт, оказалась удачной. Проклятый швед роздал в Европе столько своих «Sweden-Pass», что наличие их у каждого сколько-нибудь значимого чина в Рейхе стало секретом Полишинеля даже для обывателей, не говоря уже о разведках и полициях! И теперь шведы требуют от всех въезжающих по этим паспортам, страшно сказать, продемонстрировать факт обрезания! И заносят имена в особый реестр, на полицейском контроле. А служащий Компании, судя по отметкам в бумагах уже не раз совершающий подобные вояжи, это совсем другое дело!

И слава богу, таможенник не обратился ко мне на датском! Язык не то чтобы труден, но произношение очень оригинальное — как сказал один человек, если бы ж…па умела разговаривать, она говорила бы по-датски. Впрочем, роль датско-подданного, это лишь до Стокгольма, а может и раньше. За подкладкой саквояжа есть документы совсем на другое имя и национальность. И лишь шелупонь возит деньги и ценности, когда есть банковские счета. Как на текущие расходы, открыт в стокгольмском банке «на предъявителя», так и список в бумагах, которые этот осел принял за мирную бухгалтерию. Стоящую миллиарды — здесь хорошая доля от того, что награбил весь Еврорейх, и не только золото и валюта, но и произведения искусства, и компрометирующие бумаги, за которые иные из богатых и влиятельных личностей хорошо заплатят, и техдокументация на всякие интересные вещи, за которые тоже могут много дать. Все это лежало в сейфах швейцарских, шведских (и даже французских, голландских, бельгийских — вряд ли победители не станут уважать частную собственность, никак не связанную с Рейхом) банков. А счета, пароли, вся информация — здесь!

Генрих Гиммлер впервые позволил себе улыбнуться. Будущее уже не казалось столь мрачным. Когда у тебя в кармане состояние, больше чем у Морганов и Дюпонов. Ну а Рейх — что ж, не удалось в этот раз!

Уходят тяжелые годы. Трудное время войны. За ними другие приходят. Они будут тоже трудны.

Иосиф Виссарионович Сталин захлопнул крышку ноутбука. Идиотская песенка из фильма, просмотренного вчера, крутилась в голове. Час назад отгремел праздничный салют — ликующий народ с улиц не разошелся наверное, и сейчас. А нам надо готовиться уже к будущим войнам. Не обязательно «горячим», или как там на западе говорят, «war-war». Но и к ним тоже — если почуют слабину, нападут!

Надо признать, США очень опасный противник. Не тупой буржуй, стоящий с дубинкой над несчастным пролетарием — нельзя недооценивать врага! Американский Проект есть — динамичный, гибкий, умеющий мобилизовывать свои ресурсы и умы. Общество с мощным зарядом энергии, нацеленное на идеал, и через протестантскую этику непротиворечиво связавшее это движение с капиталом. Умеющее отвечать на любой вызов, и воздействовать не одной грубой силой, как Рейх, а при необходимости притворяться другом, действовать исподволь. «Мы — френдз», но всегда иметь главной целью твое ослабление, ну а потом… Поинтересуйтесь историей их индейцев, теперь они хотят распространить это на весь мир!

Но мы можем победить! Основа мощи США, их промышленность, экономика — так по данным потомков, если брать отношение нашего валового продукта к их, то мы догоняли, и быстро, с десяти процентов в 1945-м, до почти половины в 1970-м! Если бы не наши собственные внутренние проблемы, завершившиеся «перестройкой», черт возьми!

Два года назад ознакомившись с информацией из будущего, Сталин решил, что гниение бурно разовьется уже после его, Сталина, смерти. Как же он ошибался, более внимательно прочтя все документы, и читая доклады с мест, полученные уже здесь, «разобраться и проверить»! Пока лишь взглянуть, не бить сплеча.

Многотысячная сеть потребительских кооперативов и артелей на Украине, созданная еще под немцами — и под контролем бандеровцев, сейчас! Не только на Западной, но и на Восточной, в одном лишь Киеве насчитали 643 потребительских и 28 производственных кооперативов, 48 районных потребительских обществ, в Харькове таковых 150 — и агентура, и экономический фундамент! Один из создателей этой сети, некто Перевергун, кадр еще с петлюровских времен, замеченный как активный член УПА, сейчас занимает высокий пост в Киеве и числится «жертвой фашизма»! А что начнется в 1946 году, когда подобная мразь централизованно, по директиве (сейчас это лишь самодеятельность!) активно полезет в местные органы власти, партийные комитеты, милицию и прокуратуру? Возникнет то, что на западе назвали бы «мафией» — классический симбиоз «теневой экономики», власти и бандитов — и это отнюдь не будет изжито с разгромом схроновых боевиков! Больше того, читая про разгром бандеровщины, Сталин несколько раз натыкался на упоминания, что от лесных банд нити шли наверх, но расследовать это госбезопасности было запрещено, приказом свыше! Павшую схроновую пехоту быстро заменили местным криминалом, денежные потоки переключили на себя, но и об идее самостийности не забыли — как вышло, что в Львовском и Черновицком университетах (разрешено преподавание на украинском) открыто говорили об «украинской государственности», сохранив тем самым традицию, идею, тотчас же расцветшую пышным цветом сразу после 1991 года?