Чтение онлайн

– Ясно, – улыбнулся я, хватая проказливую лапку, уже развязавшую мой кошель и залезшую внутрь, пока она не поняла, что у меня в нём только металлолом, ха.

Я быстро обыскал карманницу, вынул из-за корсажа комок мятых бумажек, с надписями от «1 треник» до «100 треников», вызвав в толпе зевак вопли, что их обокрали, и они узнают купюры. В её кошеле постукивали деревянные монеты с выжженными надписями от «1 щепка» до «50 щепок». Печальная прекрасная карманница шептала, что её не надо бить, и что после сдачи страже её ждёт порка и расставание с украденными трениками и с сорока баллами, а я распухну на двадцать.

Но я же добрый! Сказал девице не печалиться, затолкал комок бумажных треников обратно между её сисек, уселся в кресло на тележке, уложил грешницу себе на колени, взял плётку и начал не спеша легонько выдавать пригодившейся плёткой часть полученного, сказав не орать сильно, и говоря толпе:

– Теперь у нас есть векселя! Санна, выпиши векселя за все купленные товары. И нищенке на двадцать треников. Я богат и щедр! И векселя лучше налички! По ним завтра, нет, даже уже сегодня, вы сможете получить на пять процентов больше! По векселям есть проценты! В день пять процентов! У меня и сможете обналичить, но не спешите, ведь каждый день делает вас богаче на пять процентов! Даже больше! И на процентики есть процентики! Это называется рекапитализация вкладов! И она у меня каждый день! И мне не нужна лицензия ростовщика, потому что я не выдавал никому кредиты. Векселя это иное!

Я отпустил офонаревшую, но вполне довольную жизнью карманницу, схватил ручку воровки, тащившую сосиски из тележки, глянул на её мешок с добычей, тоже уложил на колени и начал наказывать, а она уже была в курсе и сильно не вопила. А я подумал, а фигли я туплю, и затеял по-настоящему отменную аферу. Провозгласил:

– А ещё у нас будут акции! Акционерное общество «Пирамида». Будет заниматься экспортом продукции из города! А кстати, как он называется? И раздачей взяток! Прибыль колоссальная! А ещё строительством. Я построю посреди этого острова… жилой район. Элитное жильё! И главная роскошная торговая улица! Да к нам со всей Реки будут приезжать Хранители на шопинг и роскошный отдых! И отели роскошные построю! Взятки не проблема! И они решат все проблемы! А любой желающий сможет стать акционером Пирамиды! Десять процентов в сутки! Сегодня одна акция стоит всего один треник! А через десять дней два! Нет, даже… Два с половиной! И всё абсолютно честно! Для вашего спокойствия скажу даже больше. Я не буду владельцем АО «Пирамида». Ведь акции, это и есть право собственности. Все держатели акций, акционеры, будут счастливыми владельцами «Пирамиды»! Теперь пример и доказательство честности и прозрачности АО «Пирамида». Вот акция на двадцать один треник!

Я отпустил пунцовую воровку, протянул руку и взял у офигевшей, но понятливой Санны бумажку с надписью «Акции «Пирамиды», 21 штука». Протянул нищенке, сказал дать мне взамен вексель на 20 треников, который стоит уже 21 треник, у меня всё честно. Тут же выкупил у неё акции за 24 треника векселем – больше десяти процентов прирост, но я щедр и прекрасен, и на щепки не размениваюсь!

Я жадно выпил кружку отличного пива, притащенную продавцом алкоголя, получившим вексель на два треника. Послушал тревожный шёпот Проники, что если акция на 1 треник дорожает на десять процентов в день, то через десять дней будет не 2,5, а 2,59. Прифигел от математических способностей полуразумной биороботессы, объяснил шёпотом же, что мне… накакать, и это векселя с ежедневной рекапитализацией процентов, а акции… да накакать! В другое ухо офонаревшая Санна прошептала мне, что скоро счастливые собственники предъявят акции и невзирая на то, что я сказал, что не владелец АО «Пирамида», бить пойдут меня. Ну да, успокоил учёную принцессу, что в нашем деле главное вовремя смыться. А жить в счастливом городе… как его… я не собираюсь. Да и вообще… пока мне от него непосредственно нифига и не надо…

Я вырвал из неумелой руки уткнувшуюся мне в спину дубину в розовый цветочек, проигнорировал требование «жизнь или кошелёк», скрутил разбойницу и вернулся с ней на свой трон в тележке. Начал выдавать лёгкую порку и этой счастливице – ну а что, это же вместо хорошей порки и лишения баллов – и развивать успех, поглядывая на лихорадочно выписывающую акции Санну, и пересчитывающую и кидающую бумажки и деревянные монеты в тележку Проню:

– Сегодня вечером объявляю в городе… Да назовите вы уже его как нибудь. Празднества в честь начала процветания! Всем выпивка за мой счёт! И прекрасный фейерверк! Бесплатно! Для проверки. А АО «Пирамида» и такие фейерверки и праздники будет продавать всей Реке, – глянул на прекрасную нищенку, радостно смотревшую на акции в кулачке, завистливо на уже затарившуюся акциями на всю выручку галантерейщицу и грустно на великолепного меня, шепнул ей не громко. – А хочешь, несчастная нищая побирушка, я подам тебе ещё пару щепочек у себя в номерах, сегодня вечером, перед фейерверком? А может хочешь большой, но чистой любви? Ну тогда, как стемнеет, приходи на сеновал, то есть в номера.

– Вечной? До гроба? Но сначала заманишь в номера? – вытаращила ставшие счастливыми глазки побирушечка.

– Непременно, – улыбнулся я.

Тайны не вышло. Нищенка завопила на весь базар:

– Иной берёт меня замуж! Нищенку! От него мне пятьсот баллов! И до гроба! Ещё сто! Минус потом тринадцать треников за гроб, но может и сам оплатит. И берёт замуж девственницей, ещё сто баллов! И заманил в номера, ещё десять баллов! Ну почему я не торговка, или даже не графиня? Тогда или сорок, или двести. Где ты был позавчера, когда я была графиней? Но раз замуж до номеров, то я и там, и там девственницей пройду! Баллы же сразу начисляются.

– Ты же меня замуж позвал! – завопила галантерейщица, потом просто взбесилась, заорала. – Но баллы за свадьбу уже мои! А если я тебя сейчас убью, то и гробовые будут!

– Фига с два! – мстительно фыркнула калашница. – Ты уже в отставке. Полезешь драться, получишь порку от стражников. И минус три балла к практике! И за невесту отставную минус полсотни. Итого…

– Сто восемьдесят семь останется, – заботливо, но некстати сообщила Проника.

– Сука! – взвыла галантерейщица, кидаясь на нищенку, но я перехватил её по дороге и шлепком отправил в её лавку.

– Зачем? – хихикнула нищенка. – Ну получила бы я расцарапанную мордашку, зато и два балла заработала бы как жертва побоев, а драться я не стала бы, чтобы балл не терять.

– Жалко стало тебя, – улыбнулся я, схохмил. – Ну и как бы ты явилась в номера побитой?

– Нормально бы явилась, – не сдалась жадная до баллов девица. – И баллы, и любовь очень хочу.

– Все хотят, – заявил хор из зевак и участников окучивания, ха, лоха. – И баллы, и любовь!

– Ну так обменивайтесь баллами, получайте любовь, – предложил я очевидное.

– За баллы по сговору, если поймают, так взгреют, – вздохнул шорник. – Вот ты уже в минус по баллам ушёл. Отчислят нахрен. Неужели в лишенцы хочешь? Это же надо, нищенку замуж позвать… А перед этим торговку. И девственности лишать налево и направо.

– А что у вас тут за… чудеса? – очень вовремя и правильно спросила Санна, чем отменно мне помогла.

– Если твой хозяин и меня невинности лишит, расскажу, – нашлась одна из носильщиц.

– Лишу, – улыбнулся я. – Не информации ради, а красоты твоей для. Но ты рассказывай, раз подрядилась. Порядок прежде всего. Может не очень ошибёшься. Тогда отличницу и отлюблю отлично!

– Академия Хранителей. Мы юнги и студенты. Были душами, за достижения получили право стать Ассистентами или даже Хранителями. Здесь… ну а что рассказывать? Память душ нам приглушили, мы пол выбрали, получили тела от Профессорши. Теперь учимся, ну кто это придумал? Раньше не так было, сразу становились Ассистентами. Или даже Хранителями, кто получше и смог перешагнуть ассистенство.

– А можно я! За любовь! За те же шестнадцать баллов, – начала подпрыгивать на месте вторая носильщица, даже подняв руку. Получила мой кивок.

– И я! – воскликнуло трио из оставшихся с нами после получения плёткой по попам преступных элементочек, воспользовавшись тем, что они теперь в круге избранных, допущенных к лоху, ха.

Получили и эти три мой благосклонный кивок. А потом и колбасница с калашницей удостоились чести поболтать. Шорник и стройматериальщик только вздохнули печально.

Первой взяла слово разбойница, шикнув на остальных и сказав, что по тестам самая умная, и начала сначала:

– В позапрошлой эпохе Великие добыли нечто, что могло изменить ход жизни. Что и как мы не знаем. Но половину прошлой эпохи дружно с этим бесценным нечто возились. Главной была наша Профессорша, тогда она была Великой. А потом её понизили в Хранительницы, когда Хаос это нечто спёр. Ещё и выдрали как тело выдали. Она говорит, что там не закончено было, но уже бесценно. Хаос вроде доработал, он мастер по всякой ерунде, но сильный и порой от безвыходности может необычное придумать. Пробовали отнять или выкрасть, но в его полувселенной это невозможно оказалось. А совсем недавно у Хаоса это нечто тоже спёр кто-то! Судя по тому как он носится и бесится. И сейчас Профессорша носится как ужаленная, ищет ворюгу, который мог спереть. Да многие ищут это нечто. Что-то Пакость знает, но не колется. А расколоть её не удаётся пока, она очень влиятельная. Ещё все ждут Смерть из отпуска, она как-то что-то спрашивала у Профессорши, но темнит. Обе темнят. Значит знают. Но кто же расколется пока не разыщет. Это же сразу в Великие! А может и в… говорят про Единственного! Но не вместо астрального содружества. Но такого просто не может быть! Даже Хаос… не единственный в своей полувселенной.