Чтение онлайн

Гроза завершилась с оглушительным грохотом, подобным предсмертному хрипу левиафана. Генераторы умолкли, и воцарилась абсолютная тьма.

Легионеры сменили режим зрения на инфракрасный. Барразин созерцал море тел вражеских солдат. Многие из них погибли от электрического тока. Оставшиеся в живых колебались и выглядели потерянными. Для них наступившая ночь была столь густой и плотной, что казалась облачённой в плоть. Барразин представил себе их панику, вспомнил услышанные им истории об ужасах на Барбарусе, которые испытали его новые братья до пришествия Мортариона. Темнота заполнила глаза солдат, они ощущали, как та проникает сквозь их носы и лишая людей возможности дышать. Вкус темноты был тождественным панике, и эту самую панику усугубят боевые стимуляторы, призывающие солдат к бою, но лишающие их способности мыслить рационально.

Начисто лишённые дисциплины солдаты начали беспорядочную пальбу. Они сталкивались друг с другом и убивали своих же собственных боевых товарищей. В генераторном зале всё ещё находились тысячи бойцов Ордена, но больше они не представляли угрозы. Их едва ли можно было назвать препятствием.

— Кончайте их, — приказал Барразин.

Резня завершилась весьма быстро.

После первоначального шока от столкновения корабля с ульем война разворачивалась достаточно далеко, чтобы Стиванг и другие верховные контролеры обрели частичное самообладание. В командном центре звуков боя по-прежнему не было слышно. Война доходила до центра разве что благодаря донесениям командующих обороной офицеров, да ещё в виде пиктов, передаваемых посредством камер наблюдения. Последние опускались по всему улью, разрушаясь практически сразу же, как в комнатах появлялись захватчики. Однако полученной информации оказалось достаточно, чтобы Стиванг осознал, насколько его Орден близок к проигрышу.

Знали об этом и его коллеги-контролеры.

— Они могут умереть, — произнёс Ивас Реставан, контролер мануфакторумов. Его голос отдавал хныканьем, фабричный властитель явно нуждался в том, чтобы кто-то подтвердил его слова и даровал ему надежду. — Тяжёлые стабберы и орудия в состоянии прикончить чужаков.

— Точно, — согласилась Юваллиат, — вот только тяжёлые стабберы и орудия никогда не служат достаточно долго, чтобы хоть что-то изменить, — она вздохнула. — Волны наших солдат замедляют их лишь ненадолго. Это конец.

Свет в командном центре погас. Отключились гололитический стол и все до единого экраны в помещении. Единственный свет проникал сквозь покрытый инеистым узором трещин купол. Бушевавшие снаружи пыльные бури улеглись, но облака всё ещё пылали, освещая ночь грязно-красным заревом.

— О нет, — простонал Реставан. Все остальные, стоявшие неподвижно, попросту промолчали.

«Они пришли за нами? — недоумевал Стиванг. — Неужели они добрались сюда так быстро?»

Спустя несколько секунд, показавшихся целой вечностью, экраны ожили, и снова появился свет. Стиванг вздохнул с облегчением.

— Расскажите мне, что именно только что произошло, — приказал верховный контролер. Сила его собственного тона весьма понравилась ему.

— Мы потеряли основные генераторы, — пояснил техник. — В настоящий момент центр функционирует на резервном источнике питания.

— А что насчёт всего улья в целом?

— Большая часть уже погрузилась во мрак.

— Что мы можем увидеть?

— Почти ничего, лорд-контролер. Камеры наблюдения не работают.

Разочарованный Стиванг сжал зубы. Он уставился на гололитический стол, что рябил помехами, но всё-таки возвращался к жизни. Информация, которую демонстрировало устройство, устарела и продолжала становиться всё более и более никчёмной с каждой секундой. Лорд-контролер с гневным рыком провёл по столу рукой, и гололитические руны вместе с картой исчезли. Демонстрация хода войны внутри улья теперь уже стала бесполезной.

Владыка Протаркоса сделал глубокий вдох, борясь с тошнотворным чувством страха. «Как скоро сюда прибудет подкрепление из других ульев?» Он подумал о Пейтаркии. Этот город располагался ближе всего, и в тот момент, когда Протаркос подвергся вторжению, находился в процессе мобилизации. Его армия должна была находиться близко. Так и должно быть.

«Если только войска Пейтаркии не станут дожидаться, пока к ним присоединятся силы других ульев…»

Нет. Нет, верховный контролер Тосаррат и близко не помышлял о подобном. Во всех его передачах говорилось, что он спешит со всех ног, командуя армией лично. Он и не помыслит об ожидании. Полная мобилизация Ордена позволит вывести в бой воинство, способное покорить целый мир.

— Прямо сейчас рассчитываю время прибытия согласно последним отчётам, лорд-контролер, — сказал другой оператор.

— Вывести данные в таблицу.

— Один момент.

Появились свежие графики, демонстрирующие Протаркос и его окрестности. Векторы показывали передвижение боевых частей, скорость их приближения и расчётное время прибытия.

— Не раньше утра, — заметила Юваллиат. — Ещё три часа.

— Значит, именно столько мы и должны продержаться, — произнёс Стиванг.

— Слишком долго, — скорбно протянул Реставан.

— Это не так, — отрезал лорд-контролер.

Реставан покачал головой.

— Мы можем и не дожить до этого момента.

— Доживём, — заявил Стиванг. Слабость Реставана помогла ему, даровав возможность устыдиться. Это дало лорду-контролеру шанс доказать своё превосходство. — У нас впереди долгие три часа, — продолжил он, — так давайте посмотрим, каково наше положение, и что мы должны сделать, чтобы пережить его. Орден — это всё.

— Орден — это всё, — вторили ему верховные контролеры с разной степенью уверенности.

— Есть ещё районы, где сохранилась система камер. Как далеко они от нашего центра?

Гололитический дисплей изменился вновь. Карта территории уменьшилась, и на половине стола возникла проекция карты Протаркоса. Большей частью она пустовала, освещённые области представляли собой лоскутное одеяло, не показывающее чёткого рисунка. Пока Стиванг изучал дисплей, погасла ещё одна область.

— Мы не сможем отследить продвижение врага, — сказала Юваллиат, озвучивая мысли Стиванга. — Не с такой вот надёжностью, в условиях нехватки всё ещё активных камер. Плюс ко всему многие из этих районов бесполезны для нас, — она указала на сектор в нижней половине улья, на противоположной от удара корабля стороне города. — У нас есть глаза, но захватчикам ни к чему идти туда. Нам придётся полагаться на отчёты офицеров.

— По крайней мере, у нас всё ещё есть связь, — напомнил Стиванг.

— Ограниченной эффективности, — возразила Ивина Белльтав, контролер труда. — Офицеры гибнут практически сразу же после контакта с противником.

«Ни в одном из сражений не осталось ни одного уцелевшего», — подумал Стиванг.

— Их смерть — сама по себе информация, так или иначе, — сказал он. — Гибель офицеров отмечает продвижение врага, — лорду-контролеру удалось сохранить твёрдость в голосе. — И те районы, в которых всё ещё остаётся электричество — это данные, которые мы можем использовать. Взгляните, — он постучал по дисплею, и стрелки продемонстрировали записанный прогресс вражеского продвижения. — Часть сил чужаков отделилась вот здесь и спустилась вниз, чтобы уничтожить генераторы.