Чтение онлайн

Гулять по лесу было очень приятно. Я уже и не помню, когда в последний раз из города выбирался. Воздух чистый, с городским смогом не сравнить. Все равно, что родниковая вода по сравнению с болотом. Дышу взахлеб, нос улавливает мельчайшие запахи. Хотя это, скорей всего, побочный эффект трансформации. Слух, кстати, тоже усилился. По крайней мере, уханье филина слышно от середины леса, я даже расстояние могу прикинуть. Тело обдувает легкий ветерок. Движения разогнали кровь, и сразу стало теплее. Хорошо темень кругом, можно идти не стесняясь. Все равно никто не увидит, даже если я тут не один гуляю. Ощущения великолепные, настроение начало подниматься. Сам не заметил, как перешел на бег. Ноги замелькали набирая скорость. Сначала боялся напороться на сучок, но неприятных ощущений не было. Ступни касались земли мягко и беззвучно, словно на ногах удобная, дорогая обувь. Расстояние до огней стремительно сокращалось, а усталости все не было. Когда начали проступать очертания домов, пришлось сделать усилие чтобы перейти на шаг. Бег доставлял огромное удовольствие. Такое чувство, словно за спиной выросли крылья.

К домам вела грунтовка, возле дороги — указатель с надписью «Коттеджный поселок «Южные Озера», и цифра. До Москвы — шестьдесят километров, могло быть и хуже. Несколько минут, затаившись, наблюдал. Главная улица неплохо освещена, а вот в домах свет не горит. Похоже, все спят. Передвигаться пришлось задними дворами. Заглядывая через забор, искал развешенное белье. Рано или поздно должно повезти, не может быть, чтобы никто одежду не стирал. Больше всего я опасался спугнуть какую-нибудь шавку — перебудят весь поселок. С детства помню: сначала гавкнет одна, потом две, через минуту — уже лает вся деревня вместе с хозяевами.

Джинсы с футболкой нашлись когда я уже начал отчаиваться. И, слава богу, собаки во дворе не было. Сдернув вещи с веревки, быстро натянул на себя. Чуть влажные, зато размер почти подошел. Штанины чуть коротковаты, но я не в том положении, чтобы выбирать. Зато футболка в пору. Уже собирался уходить, когда взгляд зацепился за телефон. Мобильник лежал в кресле на веранде. Это я удачно зашел, если грабить, то до конца. Тем более, что телефон мне не нужен — позвоню и верну. Быстро проскочив через двор, притаился за кустами. Цветы закрыли меня от дороги, но с соседнего двора — все как на ладони. Сердце колотилось как бешеное. Так страшно не было, даже когда в меня на полигоне стреляли. Телефон схватил и бежать. Забор перепрыгнул с разбега, не останавливаясь.

Отбежал, отдышался. Стою, телефон Черного вспоминаю. Домашний номер его родителей помню наизусть, а вот мобильный и новый городской — хоть убей. Никогда номера не запоминал, записал в трубу и забыл. Пришлось звонить родителям. Третий час ночи, ох, сейчас наслушаюсь. Ладно бы еще выходные, как назло — середина недели. Через пару минут в трубке прозвучал мужской голос. Пришлось выслушать эмоциональное приветствие.

— Извините, Николай Борисович, это Саша Стальнов — друг Чер… то есть Сергея. Еще раз извините, что разбудил. У меня буквально вопрос жизни и смерти. Вы не могли бы продиктовать мобильный Сергея? Я телефон потерял, а мне его помощь нужна.

В ответ я услышал какое-то бурчание, но связь не оборвалась. Хороший знак. Если он повесит трубку — звонить второй раз я не буду. Совести не хватит. Молчание затягивалось и я начал нервничать. Наконец, в трубке раздался голос:

— Телефон искал. Записывай. — Набрав номер прямо в телефоне, я еще раз извинился и закончил разговор. Воздух ворвался в легкие со всхлипом. Оказалось, все это время, я дышал через раз.

Дальше было проще. Правда, Черный тоже долго не отвечал. А когда, наконец, ответил — ругался так же виртуозно, как и его отец.

— Черный, это Саня, — я попытался вклиниться в его монолог. Голос Сергея резко оборвался.

— Санек, ты как? Я тут твоей маме звонил, пришлось ей соврать. Тренер сказал, что с тобой все будет хорошо.

— Нормально все, не по телефону. Потом расскажу. Серега, можешь меня забрать?

— Ну дык! Куда подъехать?

— Коттеджный поселок «Южные Озера», шестьдесят километров от Москвы.

— Ни хрена себе, ты что там делаешь?

— Стою в краденых джинсах и разговариваю по краденой мобиле. Серж, давай подробности потом. Я тут окоченею скоро!

— Ладно, выезжаю. Но запомни, Альке сам будешь объяснять, куда сорвал меня на ночь глядя! Она, вон, привет передает.

— Как она? — Только сейчас я вспомнил, с чего все началось. Блин, вот свинья, даже не спросил что с друзьями. Стало стыдно.

— Нормально, почти ничего не помнит.

— Ну и хорошо. Через сколько будешь?

— Час, не меньше. И это, — Черный замолчал, пытаясь подобрать слова, — Санек, спасибо тебе.

— Сочтемся. Жду! — Я положил трубку.

Телефон решил пока не возвращать. Если придется убегать, даже позвонить не смогу. Хорошо, что про холод я приукрасил. Прохладно конечно, но вполне терпимо. Сев на корточки, я спиной оперся о дорожный указатель у въезда в поселок и приготовился ждать. Кажется, даже задремал. Разбудил меня звук остановившейся машины. Шустро Серега управился, подумал я, и поднял голову. Перевесившись наружу, из окна автомобиля на меня смотрел Волков. Улыбаясь во все тридцать два зуба, он махнул рукой:

— Карета подана, залезай. Серегу мы завернули.

Настроение испортилось мгновенно, меня опять переиграли в сухую. Глядя на улыбающегося Волкова, хотелось сделать какую-нибудь гадость. Но не убегать же мне, в самом деле? Усевшись на пассажирское сиденье, я закрыл дверь и пристегнулся. Разговаривать не хотелось, пришлось отвернуться и смотреть в окно. Некоторое время мы ехали молча. Майор, не зажигая фар, крутил баранку, а мои мысли вращались вокруг полигона. Неужели там всех так учат?

— Напрасно дуешься. — Тихо сказал Волков. — Понимаю, тебе обидно, что не предупредили, но по-другому нельзя.

— Почему!? — Даже самому себе я не хотел признаваться, что он угадал. Я ничего не решал, и это было хуже всего.

— Тссс. — Майор приложил палец к губам. — Олю разбудишь. Устала, пусть поспит.

— Почему нельзя по-другому? — На этот раз, я уже не кричал. Я только сейчас заметил, что на заднем сиденье, свернувшись калачиком, спала девушка.

— Да не полез бы ты в эту коробку. И никто бы не полез. Хочешь расскажу, как я перекинулся?

Я промолчал, слушать очередную байку настроения не было. Тем не менее, майор продолжил.

— В том году, я решил отдохнуть — съездить на Алтай. Дикая природа, охота, рыбалка. Город стал угнетать и надо было развеяться. Первый день прошел неплохо. Друзья помогли — вертолетом забросили далеко от тех мест, куда водят туристов. Обещали прилететь за мной через недельку. Только через неделю меня там уже не было. — Волков тяжело вздохнул.

— Ты же в курсе, что луна на оборотня действует как катализатор? Вот мне и подфартило, остался наедине с природой в полнолуние. В отличие от тебя, очухался только через две недели, в пятистах километрах от лагеря. К цивилизации месяц выбирался. Да, я стал быстрее и сильнее, лучше видел по ночам. Даже хищник меня обходил десятой дорогой. Вот только спереть штаны мне было не у кого. — Майор хлопнул меня по колену и тихонько хохотнул. — И поверь, скакать голяком по Алтаю — совсем невесело. Честно говоря, я думал, что свихнулся. Мне ж никто не сказал, что я оборотень. Да я и сам долго не мог понять. Проснулся на поляне, вокруг — куча медвежьих следов. Ух, как я оттуда дернул. Только к концу прогулки начало доходить, слишком много несостыковок оказалось. Ничего, справился! Вышел к людям, поднял на уши друзей — поиски к тому времени прекратили. Уже в Барнауле прочитал местные газеты. Пока я там мишкой гулял, пропало две группы туристов. Четырнадцать человек. Саш, я до сих пор не знаю, моя это работа или нет. Но свечку все равно поставил.

Мы немного помолчали, когда сзади раздался нарочито бодрый голос:

— Волков, хватит скулить. Все же обошлось. Саша, хочешь на себя посмотреть? Камеры твою ящерку во всех подробностях зафиксировали.

— Ну вот, Золушку разбудили. — Майор обернулся назад. — Выспалась?

— Покемарила немного, зато теперь хорошо себя чувствую. — Оля протянула мне папку с фотографиями. — Гляди, какой красавчик.

Пока я рассматривал папку, грунтовка кончилась. Майор вырулил на трассу, включил дальний свет, и резко прибавил газу. Снимков было всего три, но хорошего качества. Первый — сделан в клетке. На стене, вцепившись когтями в стальную плиту, висит ящер. Антрацитовая броня резко выделяется на сером фоне. Странно, раньше чешуя была серой. Пасть ощерена прямо в сторону камеры, отчетливо видны зубы, каждый длиной в палец. Вытянутое как торпеда тело, c длинным сегментированным хвостом, занимало половину фотографии. Красивый.