Чтение онлайн

А л е ш а. Еще не все, но кое-что проясняется. Давай, Шорохов, проявляй воспитанность. Я не против. Только помни, к чему она иногда приводит. Наглядный пример перед тобой.

О л е г. Я унесу его в своем сердце. (Идет.)

А л е ш а. Куда ты?

О л е г. Зубрить твою шпаргалку, куда ж еще? (Уходит.)

Алеша задумчиво смотрит ему вслед.

З а т е м н е н и е.

В темноте — несколько тактов из Первой симфонии Калинникова. Затем вступают раскаты грома, шум дождя. Беседка в одной из аллей Центрального парка. Вечер. Сильный дождь с грозой.

Вбегают К а т я и О л е г.

О л е г (увидев беседку). Катя! Сюда! Быстрей!

Они укрываются в беседке.

К а т я (стряхивая воду). Вот тебе и концерт на открытом воздухе!

О л е г. Слушай, а ведь это ты дождь привезла. Теперь как зарядит на все лето…

К а т я. Ничего не на все. Я привезла, я и увезу.

О л е г (с деланным безразличием). Когда?

К а т я. Тебе уж не терпится?

О л е г (горячо). Что ты! Я т а к спросил… Гости хоть все каникулы!

К а т я. И ты будешь со мной всюду ходить?

О л е г. Самой надоест.

К а т я. Не пугайся, я пошутила. Скоро у Жанны кончится сессия, и мы начнем с ней отчаянно развлекаться. Купаться будем ездить, на лодке кататься…

О л е г. На лодке и я могу. Это не на концерте загорать.

К а т я. Как ты сказал?

О л е г (спохватившись). Я говорю, после такого содержательного концерта… Для разрядки…

К а т я. Тебе понравилась симфония?

О л е г (веско). Да, конечно. В ней, как и во всем творчестве Калинникова, очень сильна стихия русской национальной мелодики. Главная лирико-эпическая тема с большим мастерством проводится через все оркестровые группы. Особенное внимание автор уделяет смычковым инструментам. Как скрипач, я очень ценю в нем это…

К а т я (уважительно). Мне бы так разбираться в музыке… Я эту симфонию раньше только в записи слышала.

О л е г (с удивлением). Зачем?

К а т я (тоже удивившись). Что — зачем?

О л е г (поспешно). Я хотел сказать — откуда время на все берешь?

К а т я. У нас его больше, чем у вас. Тут на одно метро полжизни уходит. Я вот не пойму, как т е б я на все хватает — и на две школы, и на бокс, и на геологию…

О л е г. Геология — пройденный этап. Думаю в автодорожный податься.

К а т я. Почему вдруг?

О л е г. Не вдруг. Люди второй половины двадцатого века больше всего страдают от этой… (Старательно выговаривает.) От некоммуникабельности. А я человек общительный. Вот и буду строить средства общения — мосты, дороги, аэродромы…

К а т я. Я думала, ты станешь профессиональным музыкантом.

О л е г. Привет тебе… от моей мамочки! Разве это профессия для мужчины в век космонавтики и долгоиграющих пластинок? (Помолчав.) Хочешь, открою страшную тайну?

К а т я. Страшную — хочу.

О л е г. Во мне живут как бы два человека. Один — комнатный мальчик, маменькин сынок, готовый целый день пиликать на своей скрипке и мечтающий поступить в музыкальное училище…

К а т я. Ну, на маменькиного сынка ты не очень-то похож…

О л е г. Потому что во мне живет и второй — технарь и спортсмен! Уверенный, что в современном автомобиле больше красоты, чем во всех безруких скульптурах прошлого, а хороший футбольный матч звучит похлеще, чем десять симфоний — в записи или в натуре!

К а т я. Вот так хватил!

О л е г. Этот второй мечтает о бродяжничестве и приключениях, о тайге и пустынях, о прокладывании дорог, ведущих в неведомое! И какой человек во мне победит — я еще и сам не знаю.

К а т я. Пусть и дальше живут вместе!

О л е г. Дальше — не выйдет. Через год профессию выбирать. А профессия — она вроде жены, ни с кем делиться не любит.

К а т я. Ого, вот это афоризм! Так ты и в женах разбираешься?

О л е г (слегка смутившись). Чего там… Не маленький…

К а т я (испытующе). Слушай, Жданович, а ты, часом, не трепач? И не сочинил все это?

О л е г (с тревогой). Что — сочинил?

К а т я. Ну, насчет двух человек, заблудившихся среди пустынь и скрипок?

О л е г. Ничего я не заблудился… Кто ищет — не может заблудиться. А в общем, считай как хочешь…

К а т я. Чего ты обижаешься? Спросить нельзя? Смотри-ка, небо расчистило… (Декламирует.) Сидят в беседке двое, а дождь прошел давно…

О л е г (мрачно). Стихи пописываешь?

К а т я. Это стыдно?

О л е г. Бессмысленно. Скоро кибера построят, который будет стругать стишата не хуже Евтушенки.

К а т я. А дождь и правда кончился… Пошли?

О л е г. Пусть лужи стекут. (Решившись.) Послушай, Катя…

К а т я. Да?

О л е г (волнуясь). Это самое… Еще одну страшную тайну хочешь?

К а т я (не глядя на него). Еще одну — не хочу. Потом.

О л е г (покорно). Ладно. Потом.

Доносится далекая танцевальная музыка.

К а т я (прислушиваясь). Где это?

О л е г. На танцевальной веранде.

Слушают.

К а т я. Алеша, ты меня, конечно, будешь презирать, но, знаешь, я ужасно люблю танцевать…

О л е г. «Барыню»?

К а т я. Могу и «барыню». Но лучше «летку-енку». (Слушает.) Отличный шейк…