Чтение онлайн

И только когда ему было уже под тридцать, появилась возможность приобрести маленькую однокомнатную «хрущевку» в центре. Ситуация с личной жизнью улучшилась и, одновременно уменьшились конфликты с родителями по поводу слишком частой, по их мнению сменой подружек. Место квартиры выбирал именно Влад, и оно было замечательным: самый центр, главная тусовка волгоградской молодежи – набережная и прилегающий бульвар, так называемый «Бродвей», были в пяти минутах ходьбы. И даже то, что пришлось продать любимый «опель» не сильно расстраивало Влада, в нем уже не было необходимости. Его квартира стала любимым местом сбора друзей и подруг, которые прямо с набережной забегали к нему на огонек и иногда оставались до самого утра.

А родителей он навещал по выходным, раз в неделю, заскочив к ним на семейный обед и, захватив каких-нибудь пирожков, улетал обратно, в свою любимую берлогу. «Вот времечко было!» – вспоминал он, тащась в пробке.

Никогда не променял бы он почти курортный город на суматошную Москву, но работы там не было, а если и была, то настолько низкооплачиваемая, что на поездку за границу, в эконом-тур приходилось копить доллары целый год. Но все имеет свою цену и первые год – два, скитаясь по жалким съемным комнатушкам, сжав зубы, копя на свое жилье, ему часто хотелось плюнуть на высокие московские зарплаты, сесть в свою старенькую машину с транзитными волгоградскими номерами и махнуть домой, в свои однокомнатные, но родные хоромы. Только гордость и нежелание перед друзьями и знакомыми признать свое поражение держало его здесь. Влад не мог так просто сдаться перед столицей, он должен был покорить этот город, обуздать, как неприступную женщину, стать здесь своим. Только тогда он сможет уважать себя, ведь очень многие сломались, не смогли здесь пробиться, вернулись в свои провинциальные городки, чтобы ругать там за бутылкой водки столичные нравы. Он помнил несколько таких знакомых и, слушая их, не верил их рассказам, подозревая, что где то они не договаривают. Не могли они просто так уехать из такого прекрасного города, ведь сам часто бывал в столице еще пацаном, его не проведешь.

Подъехал к фитнесу Влад уже в сумерках, долго искал, куда приткнуть машину, нашел место довольно далеко и, вытащив из багажника всегда там болтавшуюся сумку со спортивной одеждой и полотенцем, пошел в спортзал.

Переодевшись и войдя в качалку, поздоровался с немногочисленными знакомыми, сгруппировавшимися на нескольких тренажерах рядом, и встал на свободную беговую дорожку.

– Куда побежал от друзей? – схохмил Серега, бывший боксер лет за сорок, сухощавый и жилистый, отдуваясь под солидной штангой.

Вторым приятелем был Стасик-барыга, вечно небритый мужик неопределенного возраста, постоянно крутящий велотренажер, из-за чего тот был вечно занят. О Стасике Влад знал только то, что он что-то химичил с наличкой и у него постоянно звонил мобильник, по которому тот вечно договаривался про бабло со своими подельниками.

– О, Влад, дай трубу, а то на моей батарея села,– попросил Стасик и, поймав брошенный телефон, тут же начал кому-то названивать.

– Зря ты ему дал, – прохрипел, качая свой солидный живот Вован по кличке «Доктор», третий из знакомых Владу персонажей, действительно работающий невропатологом в здравпункте какого-то банка, – он уже на моей мобиле все деньги сожрал.

В зале было всего человек десять, остальные – тинэйджеры образовали свой кружок в дальнем углу вокруг боксерской груши и по очереди дубасили по ней, переодевая одни перчатки на всех.

Закончив разговор, Стасик уставился в мобилу Влада и удивленно воскликнул: «Ну, ты и маньяк, смотри, сколько у него баб здесь! Одних Ален десять штук насчитал!»

– Маньяк, но очень сексуальный, – невозмутимо парировал Влад, не сбавляя темп на беговой дорожке.

– А «вопросики» что значат? – не переставал допытываться Стасик.

– Это значит, он не помнит, трахал или нет, – опять пошутил всезнающий Серега, вытирая пот полотенцем на скамейке.

– Нет, это он не уверен еще, стоит ли трахать, – добавил свою версию Коля-качок, парень неопределенного возраста, получивший свою кличку за фанатизм, с которым он занимался строго по своей системе и единственный из них, имеющий похожую на культуриста фигуру.

– Вот это ближе к истине, – признался Влад, сойдя с дорожки и начиная прокачивать спину на доске.

– Ну, восклицательные знаки это понятно, значит, баба супер, а знак «собачка» что значит? – не унимался Стасик.

– Все они суки, – ответил за него Серега-боксер и опять полез под свою любимую штангу.

– Да, мужики, я же вам последние новости не рассказал, – вспомнил Вован, – помните, я вам на свою Светку жаловался, какая она фригидная?

Все согласно замычали, закивали и Влад тоже вспомнил, как один раз, когда они после тренировки пошли с мужиками в сауну, после бутылки пива Вован действительно жаловался, мол, год живет со Светкой, а та ни разу оргазм не испытала.

– Так вот, представляете, встречаю недавно возле своего банка знакомого фарцовщика, я у него еще в молодости шмотки покупал. Тот, как узнал, где я работаю, сразу спрашивает, знаю ли я такую рыжую сексуальную бабу, Светкой зовут. Я насторожился, рыжая Светка в банке одна, но почему она сексуальная, понять не могу. Ему, конечно, не признался, что живу с ней и спрашиваю, чего мол, она сексуальная такая? А тот и рассказывает, прихожу, говорит к знакомому арабу, тот мне вещи возит, только сели за стол, звонок в дверь. Входит рыжая деваха и сразу, только поздоровалась, шмыг в комнату. Араб извинился, попей, мол пока чайку полчасика, и тоже за ней в комнату. Что там у них началось, говорит, я такого крика давно не слышал, аж чаем поперхнулся. Действительно, через полчаса выскакивает довольная Светка и опять на работу, перерыв обеденный у нее был. Араб весь взмыленный входит, говорит: «вот развратная девка, в очко долбиться любит и кончает только от этого».

– А чего удивительного, – отозвался Серега, я, если бабу в жопу не вдую, считай, что и не трахался.

– Так я-то потом вспомнил, – продолжал Вован, она же мне предлагала это как-то по пьяни, а я отказался, не гигиенично мол, противоестественно.

– Что же тут противоестественного, минет же ты любишь, а это тоже противоестественно, – вставил Стасик, опять кого-то набирающий по мобильнику Влада.

– Минет, это ласка, – возразил Вован.

– Так в жопу тоже ласка, – заржал Серега и все тоже засмеялись.

– У меня мать с моей бывшей женой живет, внучку нянчит, вот это противоестественно, – задумчиво проговорил Стасик, не дозвонившись и отдавая Владу телефон.

– Да, ей памятник надо поставить, с бывшей свекровью жить не каждая станет, – сказал Влад.

– Не поймешь этих баб, как инопланетянки, – выдал Вован, будто подводя черту, – так я свою Светку выгнал, пусть со своим арабом трахается.

– Ну и правильно, – продолжил тему Влад, – мне, кстати, когда кладовку красил, надышался этой эмалью, такая мысль пришла в голову, будто глаза открылись, вроде озарения. Что все женщины вообще не с Земли, а прилетели из космоса и тихой сапой хотят нас, мужиков поработить.

– И это у них здорово получается, надо сказать, – подтвердил Серега, вон как нас используют в хвост и в гриву. Можно сказать, и работаем только чтобы их дурацкие причуды исполнять.

– Конечно, стали бы мы бабло это проклятое зарабатывать, если бы их не было, – вставил Стасик, – катались бы все на «запорожцах» и «уазиках», нахер эти иномарки.

– Нет, бегали бы еще с копьями на охоту, нажрались и не надо ничего, – выдвинул свою версию Влад.

Все задумались и замолчали.

– Вот и выходит, что женщины, – это двигатель прогресса, – грустно резюмировал Серега, – все, я в душ, пока!

Покачавшись еще часок, Влад заметил на телефоне пришедшую смс-ку. Она была от Танюшки, та предлагала встретиться сегодня, у нее мама приехала, есть с кем ребенка оставить. Влад вспомнил, что она постоянно мечтала остаться у него с ночевкой, но из-за ребенка не могла и очень от этого переживала. Он вздохнул, что опять не судьба отдохнуть, но набрал ее номер и сказал, во сколько заедет.

Помывшись в душе и насухо вытершись, он оделся и вместе со Стасом вышел на улицу. Тот похвастался своей новой тачкой, огромным черным джипом «Нисан», затонированным наглухо.