Чтение онлайн

К примеру, тот самый, из спальни, Николай Н. Он имеет высшее образование, окончил физмат, работает в фирме, жена и двое детей.

Как объяснил, за «любовью» пришел сюда после пьянки на работе. Уже возле метро кто-то из мужиков в небольшой кафешке на улице за рюмкой водки посоветовал испытать двойное удовольствие: за бутылку водки, немного закуски и сто «деревянных» попробовать в постели и мать и дочь. А чтобы не ограбили, он взял с собой своего друга Сергея, своего заместителя, но тот от обильной дозы спиртного как-то сразу сник и уснул в коридоре. Так что Николаю пришлось «отрабатывать», как говорится, за себя и за друга. А что девочке всего шестнадцать, он и не разглядел в темноте. А уж в постели было не до этого.

Еще двое в кухне — парни местные, с их двора. По двадцать два года. После службы в армии уже успели получить по два года условно за кражу. У них доступ к телу мамы и дочери почти ежедневный. «И бесплатный, — хохотал один из них беззубым ртом, — у нас на них бессрочный проездной».

Еще одни любители «клубнички» — те мужики на лестничной площадке — обычные бомжи. Андрей после отбытия наказания в колонии остался в столице. Живет на вокзалах, в подвалах, на чердаках. Кстати, именно на чердаке на Ленинском проспекте он и встретил своего «коллегу» Бориса. Вместе стали промышлять воровством на вокзалах. Все свободное время проводили в поисках дешевого секса. Несколько месяцев назад им улыбнулась удача — в очереди за водкой, у киоска, они познакомились с Ниной. Та не только разрешила распить бутылку у себя дома, но и даже предложила сыграть в карты. Причем призом для выигравшего должна была стать она.

А ближе к утру за сто рублей предложила дочь. С тех пор бомжи здесь частые гости. И они стараются отваживать от квартиры всех чужих. Или же предлагают приходящим делиться алкоголем. Своеобразный алкогольный рэкет.

Проведенный в этот же вечер медицинский осмотр «женихов на час» показал, что у бомжей выявлены признаки венерических заболеваний.

— Грязи в нашей жизни очень много, — соглашается со мной начальник отдела Управления профилактической службы ГУВД полковник милиции Сергей Маслов, — и эта, если так можно сказать, нравственная грязь проникает все глубже в наше общество. Сейчас наружу вылезли все те болячки, о которых мы упорно молчали все семьдесят лет, заявляя во всеуслышание, что «секса в СССР нет», как нет и «ночных бабочек». А они-то были! Недаром эту профессию называют древнейшей…

Информация для любопытных. Проституция (в переводе с латинского означает — выставляться публично) берет свое начало в 111—11 веке до нашей эры. В дореволюционной России насчитывалось более тысячи публичных домов. В 1989 году были проведены обследования поднадзорной проституции (наряду с зарегистрированными проститутками столько же работало вне контроля полиции нравов). Из 17 тысяч изученных жриц любви 83 процента составляли выходцы из бедных семей, 18,5 процента не имели вообще родителей или родственников, 30,2 процента — вдовы, 29,3 — девицы и 4,4 — замужние.

В этом перечне намеренно пропущены некоторые показатели, чтобы обратить внимание на то, что женщину тех лет вынуждала заниматься таким ремеслом бедность. Конечно же есть бедность и у нас, сегодняшних. Но «бедность» современных путан, особенно высокого класса, понятие весьма относительное. Нынешним «бабочкам» не хватает денег не на хлеб, а на жизнь, скажем, американки или француженки вполне среднего пошиба и запросов. Вот и тянутся к ней безуспешно наши жрицы любви.

— Сейчас таких притонов, как на «Академической», не счесть, — объясняет мне Кирилл, — причем там работают далеко не профессионалки, а так, любительницы. По большому счету, эту блатхату так никто бы и не тронул, если бы местные жители не подняли шум о том, что там теперь местным жителям не проити спокойно. Мол, и деньги забирают, и в морду могут дать. Так что там на время навели порядок. Да и мать с дочерью теперь смогут от болезней полечиться. Принудительно.

На часах около одиннадцати вечера. Самое время прокатиться по гостиницам.

Об этом мне сказал капитан. Для него работа с проститутками — занятие неприятное. И делает он это только потому, что так надо, такова служба.

— Ну что, журналист, может быть, начнем с одной из гостиниц? — предлагает офицер.

Я молча киваю. В этой гостинице я никогда не был.

Проституток, стоящих на небольшой площади возле здания гостиницы, вы не найдете. Здесь работают только сутенеры. Ребята невзрачные, но очень зоркие. Они знают в лицо не только всех сотрудников полиции нравов — от руководителя до последнего шофера, но и ребят из Управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Ведь для большинства из сутенеров и проституток торговля наркотиками — дополнительный заработок. Правда, практически никто из них эту гадость не употребляет.

…Вместе с оперуполномоченным, курирующим эту гостиницу лейтенантом милиции, идем по этажам. На лифте спускаемся в холл. Уют и товары в киоске как в западном фильме. Наш служитель закона вполне вписывается в этот интерьер — элегантный, но не броский костюм, сорочка, галстук, модная стрижка. Трудно даже предположить, что он из милиции. В холле кивком показывает на одну из девочек с сигаретой в тонких пальцах. Я и так уже на нее обратил внимание — ни дать ни взять фотомодель. Длинные ноги в обтягивающих кожаных брюках, черная кофточка с золотым изображением Нефертити на груди, темно-рыжие волосы, аккуратно зачесанные назад в косу. При виде нашего «гида» она растягивает губы в улыбке и посылает ему шутливый воздушный поцелуй.

— Наша давняя знакомая — Наташка. Из подмосковного Видного, — объясняет лейтенант. — У нее среди клиентов даже есть своя кличка — Космонавтка. Ее привела в этот бизнес старшая сестра. Та уже уехала за рубеж. А эта еще ищет своего зарубежного принца. А пока — наш постоянный контингент.

Хорошо то, что спокойная, — продолжает офицер, — знает, так сказать, правила игры. А вот от случайных путан или гастролирующих можно чего угодно ожидать. То напьется до поросячьего визга и давай всех посылать на х…, то конкурентку свою по ремеслу в туалете изобьет. Была тут и такая путана из Тюмени, которая на нескольких жильцов навела гастролеров из Азербайджана. А одна договорилась с местными хануриками, так те за две бутылки водки с ее конкурентки сняли все золото и другие драгоценности. Естественно, в обоих этих случаях все были арестованы и ныне под следствием.

Как мне уже объяснили, встретить здесь проститутку можно не часто. В своем большинстве все они сидят где-то неподалеку в кафе и барах. У каждой мобильный телефон или, на худой конец, пейджер. Диспетчером выступает сутенер, уютно расположившийся здесь в баре или ресторане гостиницы или же в машине на стоянке возле здания. С ним обговариваются все условия. Он же и получает деньги.

Многих сутенеров полиция нравов знает в лицо. Так что мне не надо сейчас бродить по ресторанам в его поисках. Мне уже показали одного из хозяев путанок — сорокалетнего Вахтанга. Он, уютно расположившись на водительском кресле белого «мерседеса», делает вид, что слушает музыку. Из чуть приоткрытого окна доносится песня «Битлз». Проходя мимо, и не подумаешь, что здесь мозговой центр, да и расчетно-кассовый аппарат торговли «живым товаром».

Уроженец Грузии, он впервые появился в столице России в 1990 году. Открыл здесь свое небольшое дело — торговал турецким ширпотребом. Естественно, что сам не стоял у прилавка. Для этого дела набрал лимитчиц из Липецкой и Воронежской области. Снял для них квартиру, платил зарплату. Себя тоже не обижал. На заработанные деньги в кооперативе купил трехкомнатную квартиру в одном из новых спальных районов столицы, первый «мерседес».

Великую революцию 1991 года он уже встретил «коренным москвичом» и полноправным россиянином, хотя до сих пор не может четко выговаривать некоторые русские слова. Через три года его бизнес тихо умер. Но продавщицы остались. Вот тут-то и пришла идея заняться их продажей. Немало пришлось потрудиться Вахтангу для того, чтобы стать в гостинице своим человеком.