Чтение онлайн

— Что такое? — тревожно спросил Отари, мгновенно протрезвев.

— По всем понятиям, он должен тебя вальнуть, вот что, — выдохнул из себя Важа и, печально взглянув на собеседника, продолжил: — И я ничем не смогу тебе помочь. Это — его право... Сам-то он, скорее всего, на этап в лагерь пойдет, но это ровным счетом ничего не меняет. Он и оттуда тебя достанет, если захочет.

— Так что же мне делать? — лицо Шенгелая неестественно побледнело.

— Дам я тебе один хороший совет. Продавай все, что у тебя тут есть, к чертовой матери и возвращайся в Тбилиси. Там теперь все дешево, сто баксов — не разменная бумажка, как в Москве, а огромные деньги. Неделю, а то и две жить можно! Ты ведь в России хорошо поднялся — на три, четыре жизни хватит! А потом в Тбилиси ты по-любому вором будешь. Это тебе я говорю. Главное — меня не забывай...

Шенгелая внял доброму совету Важи Сулаквелидзе и, продав в Москве все свое движимое и недвижимое имущество, все свои фирмы, магазины и склады, вернулся в столицу солнечной Грузии. Произошло это в конце 1997 года. А 12 января 2000 года Отари Константинович был расстрелян неизвестными киллерами в собственном «Мерседесе» на трассе Сагареджо — Тбилиси. Деловые партнеры и родственники терялись в догадках — никто не смог объяснить причину покушения; покойный вроде бы никому не мешал.

Грузинская полиция, занимавшаяся расследованием этого дела, установила, что стрелявших было двое, что пользовались они автоматами Калашникова калибра 7,62, что первый вел отвлекающий огонь, а другой стрелял на поражение. Убийц Шенгелая так и не обнаружили.

В современной Грузии расценки на смерть куда ниже, чем в России. Безработица, голод, отсутствие самого необходимого... А главное — огромное количество нищих молодых мужчин, прошедших школу боевых действий в Осетии и Абхазии и умеющих только профессионально убивать. Задавшись целью, за одну-две тысячи долларов можно заказать почти любого — от склочного соседа по лестничной площадке до председателя правления банка, зажулившего вклад.

В воровских кругах Грузии и России смерть «апельсина» прошла практически незамеченной, что совершенно недопустимо для серьезного авторитета.

Отари похоронили на самом престижном тбилисском кладбище Вакэ, поставив на могиле дорогой памятник из белого мрамора. Ни Важа, ни тем более Армен к могиле «крестника» не ходят — на кладбище наведываются только самые близкие родственники.

А бывший телохранитель и родственник Шенгелая Мамука вернулся в Россию и, не имея средств к существованию, занялся примитивным вымогательством. В апреле 2001 года его и еще двух подельников — бывших бойцов Отари — «закрыли» в небольшом городке недалеко от Москвы. Ожидая решения суда в следственном изоляторе, Мамука встретился с одним из авторов этой книги, поведав историю жизни и смерти своего босса, «апельсина» Отари Константиновича Шенгелая, которую мы и пересказали, лишь слегка изменив некоторые малозначительные детали.

1. Неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, то есть информации на машинном носителе, в электронно-вычислительной машине (ЭВМ), системе ЭВМ или их сети, если это деяние повлекло за собой уничтожение, блокирование, модификацию либо копирование информации, нарушение работы ЭВМ, системы ЭВМ или их сети, — наказывается штрафом в размере от двухсот до пятисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до пяти месяцев, либо исправительными работами на срок от шести месяцев до одного года, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. То же деяние, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо лицом с использованием своего служебного положения, а равно имеющим доступ к ЭВМ, системе ЭВМ или их сети, — наказывается штрафом в размере от пятисот до восьмисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от пяти до восьми месяцев, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет.

Статья 272 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Хороши тюрьмы в цивилизованных странах!

Гражданин Польши Збигнев Звежинецкий знал это по собственному опыту. Несмотря на относительную молодость, двадцать четыре года, он уже дважды успел побывать в следственных изоляторах: в далеком голландском и в родном польском. Выходя на свободу из Центральной варшавской тюрьмы, молодой поляк, конечно, и не подозревал, что судьба уготовила еще одно испытание: знакомство с российской пенитенциарной системой.

Впрочем, до того, как попасть в московский следственный изолятор № 5, более известный в российской столице как «Водный стадион», пан Звежинецкий пережил приключения столь же захватывающие, сколь и поучительные...

Глядя на Збигнева, невозможно было представить, что он имеет хоть какое-то отношение к преступности. Бледное, как недопеченный блин, лицо, вялые потные руки, стильные очки-велосипеды и естественная сутулость человека, долгое время проводящего за столом, — все это воскрешало в памяти специфическое словцо «ботаник». Этим словом татуированные россияне именуют людей умственного труда.

Збигнев Звежинецкий был классическим, рафинированным «ботаником» — большую часть времени этот молодой поляк проводил за сетевым компьютером. Интернет-ресурсы, предлагающие недвижимость, курортный отдых, телефонные базы данных и прочий информационный мусор, мало интересовали Збигнева. Он даже не заглядывал на секс-страницы Интернета, что выглядело бы естественным для человека его возраста. Сфера интересов хакера — а именно так называют людей, практикующих профессиональный компьютерный взлом, — определялась исключительно межбанковскими сетевыми коммуникациями. Общеизвестно, что с появлением локальных сетей большинство финансовых структур перешло на электронные взаиморасчеты. Имея под рукой мощную машину, подключенную к интернетовской сети, можно не только узнать, сколько денег находится на твоем счету, но и попытаться перевести на свой счет чужие сбережения ...

«Медвежатник», полночи потеющий над взламыванием сейфа, гангстерская банда, специализирующаяся на вооруженных ограблениях, бригада «кротов», ведущая подкоп под денежное хранилище Центробанка, — все это выглядит теперь нелепым анахронизмом. Сегодняшний взломщик, гроза и ужас банкиров, как правило, такой вот тихий и незаметный молодой человек, сидящий за сетевым компьютером. Похитить сотни тысяч долларов из любого банка любой страны можно без стрельбы, взрывов и прочих пиротехнических эффектов, а главное — не выходя из квартиры в Нью-Йорке, Варшаве, Сингапуре или Москве ...

Первый удачный взлом Збигнев Звежинецкий совершил в двадцать два года. Войдя в сеть крупной варшавской фирмы, он завладел информацией, представляющей ценность для конкурентов. Конкуренты, на которых хакер вышел через посредника, не торгуясь, отстегнули молодому компьютерному таланту столько, сколько тот и запросил — «две тысенцы дольцев». Правда, уже через неделю Збигнев понял, что сильно продешевил: как выяснилось из газет, в результате действий конкурентов обворованная фирма понесла убытки на несколько сот тысяч, очутившись на грани банкротства.