Чтение онлайн

Мой план был прост, согнать всех по максимуму к стене, активировать переход и постараться влить в него всю свою энергию, потому что на такое количество он явно не рассчитан, наши могли до пятнадцати человек вместе с собой перевести, а тут больше ста.

Вольф, который понял мою задумку, тоже пробился ко мне, сжимая амулет, готовый в любой момент к переходу и внимательно следя за всем вокруг. Просто сюда перейти могли мы, урожденные горанцы, а вот обратно только «демоны», так что все это работает только в команде.

Сейчас в центре пещеры шла бойня с перерожденными, а вот возле противоположной стены так и толпились домочадцы тех, кто был последователями старейшин. Я встретилась взглядом с женщиной, которая прижимала к себе ребенка и беззвучно рыдала, наверное, стоило отвернуться, как отворачивались они, пока чьих-то детей убивали на алтаре, но я не смогла.

— Мирослава, мужчины могут сделать коридор, чтобы попытаться спасти тех женщин и детей? — она, отбиваясь ножом, быстро глянула в сторону, куда смотрела я и что-то гортанно крикуна Радомиру.

Один из мужчин резко дернулся в сторону, уводя за собой тварь, другой потеснил еще одну, и вот между их спинами можно проскочить, я махнула рукой жестом, зовя женщину и ребенка, и она все поняла, просто кричать в этом шуме бойни и падающих камней было не реально, для меня загадка как Радомир услышал сестру.

Рванула, а за ней еще двое, держа детей на руках, у одной их вообще было двое (вот что значит сильная женщина), третья тоже дернулась, но ее схватил один из старейшин. В последний момент она успела толкнуть ребенка, которого до этогодержала на руках. Старейшина дернул ее на себя и к алтарю, чтобы в следующее мгновение вонзить нож в сердце. Я не заорала только чудом, но, видимо, мои глаза и выражение лица все сказали тем женщинам, что бежали к нам, они рванули с просто сумасшедшей скоростью, подныривая под руками мужчин, уворачиваясь от ножей мужчин и когтей тварей. Я дернулась к ним навстречу, там ребенок под ногами на полу лежит, ревет и пытается встать. Но его подхватил один из воинов, и крикнув что-то, перебросил рядом стоящему, тот в свою очередь перекинул ребенка дальше, и так по рукам он оказался возле нас, где его подхватила Мирослава.

— Умоляю! — вдруг закричала еще одна женщина, старейшины больше не ждали они убивали подряд и там среди них началась бойня, их приспешники отбивали своих родных, спасая близких.

— Твари! — ругнулась Мирослава, следя за тем, что происходит на той стороне пещеры.

Потом один из мужчин, который закрывал собой женщину и ребенка и отбивался от нападающего на него бывшего единомышленника, резко дернулся, поскольку тварь схватила его жену, и она заорала. Соперника снесла другая тварь и вот у мужчины только ребенок на руках, а вокруг подбираются твари. Я видела, как дернулись пару кочевников, пытаясь прийти на помощь, но их слишком сильно теснили перерожденные.

— Спаси! — надрывно заорал мужчина, и резко кинувшись вперед буквально швырнул своего ребенка в руки тому кочевнику, что, убивая тварей, пытался пробиться к нему.

Стоило ему только кинуть, при этом не отбиваясь от наседающих на него перерожденных, как его сразу подмяли, а вот на ребенка, летевшего почти в руки кочевнику прыгнула другая тварь. Я видела, что мужчина до последнего следил взглядом за сыном, лежа на полу, даже когда его самого разрывали на части, и я знаю он успел увидеть, как кочевник прыгнул просто с нечеловеческой силой и в полете поймал ребенка, не дав тому упасть в толпу тварей, а второй кочевник в прыжке прирезал тварь, которая почти дотянулась до малыша.

Старейшина убил еще одну жертву, и вот грань миров начала рваться, создавая им переход, я видела, что переход не стабильный, да и мощи его не хватит на них всех, но этого, видимо, было и не нужно, спастись они собирались только узким кругом, толкая друг друга, пытаясь прорваться к переходу первыми. Как перерожденные, которые пытаются дорваться до жертвы, такие же мертвые твари…

— Сейчас миру придет конец, пора, — Вольф активировал амулет, напоследок шепнув, — этот мощнее тех, что были у парней, на мне личный амулет владыки, замещенный на крови и обещание что тебе влетит, если выживешь.

— Предлагаешь остаться тут, чтобы не влетело?

— Так себе план, — скепсис был такой яркий и так смешно, как будто мы реально обсуждаем такой поворот развития событий.

— Какой есть, — я улыбнулась напарнику, вливая энергию в амулет, черпая ее из мира, я видела тонкую струйку энергии, которая лилась из-за стены, бабушка, моя самая лучшая, самая любимая бабушка. Мой родной человек, который пожертвовал собой, чтобы спасти людей, та, которая сильнее многих, та в которой внутренней энергии, любви и силы хватало на всех.

— Всем держаться! — заорал Вольф, народ схватился друг за друга, пытаясь удержать всех, чтобы никого не оставить в этом хаосе, а я видела, что энергии не хватает на всех, никто не предполагал, что тут будет еще один Дом, еще столько людей.

Руку Мирославы, до этого крепко держащую меня, переместила на плечо Вольфа, жизнь бесценна, но иногда надо жертвовать одной жизнью, чтобы спасти остальных. Я не могу пожертвовать чужой жизнью, а своей могу распоряжаться по-своему усмотренью.

Глубокий вдох, я собираюсь отправить всю свою энергию, в том числе энергию жизни, в амулет Вольфа, чтобы его хватило на переход.

Время резко замерло, рядом со мной стояли мама и бабушка и улыбались.

— Бабуль, ты умерла? И я? — вырвалось у меня, знать, что за стеной умирал родной человек и даже не зайти попрощаться, я гнала эти мысли, но я знаю, что они во мне.

— Я да, а ты пока нет, и я надеюсь, что не умрешь.

— Милая, когда старейшины решили восстановить количество одаренных, забирая одаренных девочек, чтобы они только были сосудами для воспроизведение одаренных, они просчитались. Точнее, не захотели видеть очевидное, энергия подпитывается эмоциями. Когда женщина счастлива, когда любит отца своего ребенка, который развивается в ней, она любит весь мир, и он отвечает ей взаимностью, энергия усиливается и ребенок рождается одаренным. Чем больше положительных эмоций испытывала женщина, тем более одаренным будет ребенок, вот тут был их прокол, женщины ненавидели своих мужей и эти эмоции, они уничтожали все. Когда женщина мертва эмоционально, ее энергии не хватает чтобы поделиться с ребенком, и он рождаемся обычным. Эмоции, Райли, вот что увеличивает энергию, любовь самая сильная эмоция. Противовес ей ненависть, но она, наоборот, все убивает.

— Мы любим тебя, Райли, а теперь верни свою руку на Вольфа и отпусти свои эмоции, — строго проговорила бабушка, — и хватит мучить мальчика, ему и так не повезло, — она подмигнула мне и вот они с мамой начинают растворяться. Вечно она за него словечко заговаривала, любит его!

— Мам, бабуля! — я закричала что есть силы, так хотелось еще побыть с ними, я даже дернулась в их сторону, но меня остановили.

— Начинай, а мы подтолкнем, пройдут годы и мир восстановится и возможно сюда вернутся его дети, а теперь вам пора! Люблю тебя, доченька, — это был последний шепот, который я услышала, а потом время вернуло свое движение.

Я приложила свою руку к груди Вольфа рядом с амулетом и постаралась ощутить и передать все то, что чувствую к бабушке, маме, брату, Скотту, даже отцу. А вершиной всего стали эмоции к Вольфу, сильные, мощные, я даже не догадывалась, что все это испытываю к напарнику.

Энергия рванула потоком, унося нас, а вместе с нами и всех людей, что с такими отчаяньями цеплялись друг за друга. Тех, кто были ближе всех к тварям держали соседи, чтобы не оставить в умирающем мире. Весь переход мне казалось, что меня за плечи обнимают такие родные и знакомые с детства руки, поддерживают и не дают потерять силы, оступиться.