Чтение онлайн

Джессу предстоит еще и окончательно выяснить отношения со своими женщинами – женой Пенелопой, его парижской любовницей Констанс и прочими. Все они так или иначе оставили след в его жизни, но Джесс чувствует, что всё это – не настоящее, наносное. Это надо оставить, конечно, с минимальной толикой драм и заламывания рук, но – «Женщины любого возраста обладают способностью дать мужчине понять, что он гнусно их бросил, даже если бедняге всего-навсего понадобилось выйти на угол за пачкой сигарет».

Тем более, что, как кажется Джессу, он наконец обрел свою истинную любовь – «Любовь со всеми ее поворотами, интригами, компромиссами, болью и душевными ранами. Любовь, зачастую так жестоко зависящая от денег, моральных принципов, власти, положения, принадлежности к тому или иному классу, красоты или отсутствия таковой, чести и отсутствия таковой, иллюзий и отсутствия таковых». Но так ли это? Здесь надо отдать должное автору – в описании чувств своего героя Шоу не опускается до слезливой сентиментальности или пошловатых сюжетов.

Как же наш герой преодолевает свой кризис? Не плодя спойлеров, могу только сказать – ровно так, как и подобает любому творческому человеку, и в этой новой картине мира неожиданно удачно находится место и Уодли, с которым Джесс наконец восстанавливает нормальные отношения, и голливудским дельцам вроде продюсера Клейна и агента Мёрфи, и Гейл Маккинон, интерес которой к Джессу оказывается вовсе не журналистским, и многим другим.

В послесловии к русскому изданию какой-то наш доморощенный критик (забавная они все-таки публика) упрекает Шоу в том, что, мол, все это вторично, перепевка «Последнего магната» Фицджеральда, а стиль уж очень сильно косит под Хэмингуэя и прочая, и прочая. Ну, с одной стороны, конечно, сложно избежать влияния таких глыб, как Фиц и папа Хэм, а с другой стороны, все-таки у Шоу есть свой стиль, уникальный, неповторимый, делающий его книги поистине ценным чтивом, более чем достойным внимания даже самых взыскательных читателей. Так что – добро пожаловать в Каннскую Византию с её интригами, скандалами, любовными историями и творческими кризисами.

P.S. В 1978 году по книге был снят мини-сериал с Гленном Фордом, Эдди Альбертом и Винсом Эдвардсом. Надо посмотреть.

Фото Rolad Art / pixabay.com

Леонард Коэн, «Пламя», «Эксмо», 2020

Не нужен мне повод

Тому, чем я стал

Мотив мой всё тот же

Устал он и стар

Не нужно прощений

Виновных нет тут

Встаю от стола я

Бросаю игру

«В томике этом – последние поэтические произведения моего отца. Жаль, что он не увидел результата, – дело не в том, что в его руках эта книга стала бы лучше, воплощенней, щедрее или точнее напоминала бы его самого и ту форму, какую он замыслил для этого подношения своим читателям, – а из-за того, что он оставался жить для того, чтобы ее сделать: в конце она была его единственной причиной дышать». Так в предисловии к книге пишет сын Леонарда Эдам Коэн. Надо отдать должное Эдаму – он буквально по крупицам собирал материал для этой книги, от строчек в записных книжках до рисунков и записей на салфетках. И, кроме того, именно Эдам завершил издание музыкального альбома You Want It Darker, подлинного шедевра, вышедшего за 17 дней до смерти отца, а также посмертного альбома Thanks For The Dance.

Конечно, главным опасением, когда я брал в руки эту книгу, было то, насколько качественно сделан перевод, тем более что тексты Коэна достаточно сложны и разноплановы. Однако, когда листал книгу в библиотеке, наткнулся на перевод Almost Like The Blues, текст которой знаю практически наизусть. И оказалось, что перевод очень достойный, респект переводчикам.

Книга разделена на несколько частей: «Стихи», «Песни», «Выдержки из записных книжек». В основном это стихотворные произведения, некоторые из них уже широко известны как песни с уже упомянутых You Want It Darker и Thanks For The Dance. Сказать, что это прекрасные стихи и тексты – ничего не сказать. Эдаму удалось собрать то, чем всегда был славен его отец, разные аспекты его творчества. Это и лирика -

Если б солнца свет погас

И возникла ночь сейчас

Не осталось ни одной

Души живой

Стал таким весь этот мир

Под великой властью тьмы

Если б не была со мной твоя любовь

И философские тексты -

Всевидит жалость, и никто

Не обречен на муку

Но люди мы – и мы кричим

Взываем мы друг к другу

Весь путеводный свет погас

Учителям не верьте

Не было правды в шаге за -

Не было правды в Смерти

И ирония вместе с самоиронией -

Я был твоей любимой пьянью

Поржали – и забыли

Потом везти не стало нам

Удачи истощились

Вообще Коэн всегда был славен именно своей самоиронией, как он сказал на своем концерте в Лондоне – «я изучал философов, читал священные писания, но умудрился сохранить ясность». В тех стихах и прозе, которые вошли в эту книгу, ирония и самоирония присутствуют по полной программе. Но все-таки, как мне кажется, лейтмотив (не случайно Эдам сказал, что «папа торопился») – это своего рода итог жизни, взгляд на нее со стороны, со всеми ее перипетиями, забавными моментами и трагедиями. Если хотите, творческое завещание гениального поэта и певца.

Книга иллюстрирована рисунками самого Леонарда, зачастую смешными, почти карикатурами, снабженными подписями автора – те самые заметки на полях записных книжек или на салфетках. Тексты на них не переведены, поэтому отдельный интерес и безусловное удовольствие – разгадывать эти написанные изломанным почерком опусы.

Поэтому, если вас привлекает творчество великого канадца, да и просто хорошая, глубокая, жизненная поэзия – добро пожаловать в мир Леонарда Коэна.

Я тот глупец

Кто за тоской

Забыл мечтать о нас с тобой

Я не один

Под весом тьмы

Кто налегке

Как прежде мы

Я налегке

Прощай, пока

Спит вдалеке

Звезда, ярка

Фото Мари-Пьер Айюль / pixabay.com

Ю Несбё, «Тараканы» / Kakkerlakkene, 1998

«Её глаза были словно два чёрных окна с белыми наличниками на фоне красной стены. Стук дедушкиного топора. Глухие удары, и дрова со стуком валятся на утоптанную землю. Ему хочется спать, но лицо горит огнём, и он ощущает запах собственного мяса и пороховой гари, въевшейся в поры.»

Как говорится, давненько не брал я в руки шашек, то есть давно не встречался на книжных страницах с давним знакомым – старым добрым Харри Холе, культовым героем серии романов Ю Несбё.

«Тараканы» – второй роман серии после «Нетопыря», до глобального триумфа «Снеговика» еще десять лет. Но тем не менее уже здесь есть все, за что Харри Холе полюбили читатели всего мира – «Главная особенность творческого метода Ю Несбё состоит в том, чтобы максимально глубоко увязать персональную судьбу героя с событиями, которые ему приходится расследовать» (Г. Юзефович)