Чтение онлайн

Представители институционализма также стремились сконструировать свою мотивационную теорию. Они также настаивали на том, чтобы объектом изучения в экономической теории стал не рациональный, а реальный человек, действующий под влиянием своих мотиваций. Характер экономики определяется, как подчёркивали институционалисты, не рынком, а господствующей системой мотиваций, в рамках которой находится рынок. Например, говорили они, на поведении людей сказываются мотивы демонстративного потребления, завистливого сравнения, подражания, социального статуса и другие. Таким образом, согласно логике институционалистов, мотивации выступают как первопричина экономического развития. А мир мотиваций, к которому мы приспосабливаем нашу экономику, представляет собой сплетение институтов.

Институты – это совокупность "правил игры", т.е. нормы и санкции экономики. Они означают преобладающий и постоянный способ мышления или действия, который стал привычкой для большой группы народа. Виднейший представитель институционализма Т. Веблен писал, что "институты – это привычный образ мысли, руководствуясь которым живут люди…" Роль институтов настолько велика, что историю экономик различных стран по Веблену следует трактовать именно с точки зрения институциональных изменений.

Институты могут быть как формальными законами (конституция, законодательство, права собственности), так и неформальными правилами (традиции, обычаи, кодексы поведения).Формальные и неформальные институты должны соответствовать друг другу. Например, если государство заимствует формальные "правила игры" из-за границы, осуществляя "импорт институтов", но эти правила в корне не соответствуют обычаям и традициям, т.е. мотивациям в данном обществе (примером может служить импорт норм цивилизованного рыночного предпринимательства в мафиозное или традиционное общество), то такое заимствование не будет иметь успеха. Поскольку институты – это проявление привычек, за которыми стоят определённые мотивации, то они рассматриваются прежде всего как психологические феномены.

Институционализм и классическая экономическая теория представляют собой два совершенно различных способа отражения экономической реальности. Институционалисты критикуют классическую школу за её ограниченность, проявляющуюся по их мнению, во-первых, в игнорировании иррациональных мотивационных факторов в функционировании экономики: опора на смитовского "экономического человека" приводит к некорректным прогнозам поведения индивида; поэтому необходимо заменить понятие рациональности понятием субъективной обоснованности действия, принцип максимизации – принципом удовлетворенности мотивации.

Во-вторых, в классической теории за претензией на нейтральный экономический анализ скрывается определённая групповая мотивация, с присущей ей системой ценностей: классики, по мнению институционалистов, создали предвзятую экономическую теорию. В-третьих, поведение фирм управляется не оптимизационными расчётами, а рутинами. Это означает, что в случае изменений окружающей среды фирмы далеко не всегда будут менять своё поведение, что противоречит классической теории. Фирмы соглашаются на замену старых рутин новыми лишь при чрезвычайных обстоятельствах. Причины устойчивости рутин заключаются в следующем:

рутины являются своеобразными активами фирм, на приобретение которых были осуществлены определенные расходы. Иными словами, рутины связаны с безвозвратными издержками. Поэтому замена старых рутин новыми требует больших затрат;

смена рутин может привести к ухудшениям (или даже разрыву) отношений данной фирмы с её партнерами или отношений внутри этой фирмы;

рутины прочны также вследствие их бессознательности;

вынужденные изменения рутин управляются другими рутинами.

Перечисляя основных представителей институционализма, нужно назвать следующие имена: Торстейн Веблен, Джон Коммонс, Генри Адамс, Кларенс Эйрс, Уэсли Митчелл. К институционалистам относятся такие влиятельные экономисты, как Дж. Гелбрейт, Г. Мюрдаль, Р. Хейлбронер, Д. Белл, О. Тоффлер, Я. Тинберген и др. Идеи институционализма развивались также в работах Дж. М. Кларка, Г. Минза, А. Берли, Э. Богарта, Д. Бернхема, Ж.Фурастье, Ж. Эллюля, У. Ростоу, Г. Кольма, А. Лоува, Р. Арона и др.

Основоположником институционализма считают американского экономиста Торстейна Веблена, который поставил в центр исследований не "экономического", а "живого" человека и попытался определить, чем диктуется его поведение на рынке. Как известно, появление так называемого "экономического человека" в экономической науке связывают с именем Адама Смита. Это человек с независимыми предпочтениями, стремящийся к максимизации собственной выгоды и очень точно знающий, в чем эта выгода состоит. Другими словами, человек экономический – это рациональный эгоист. Веблен поставил под сомнение два основополагающих положения классической школы об "экономическом человеке": положение о суверенитете потребителя и положение о рациональности его поведения. Он доказал, что в рыночной экономике потребители, сами того не подозревая, подвергаются различным видам психологического воздействия, которое заставляет их принимать неразумные решения, выгодные лишь крупным предприятиям, монополизировавшим рынок. Эти монополисты, утверждал Веблен, эксплуатируют худшие черты человеческой психики.

Также, благодаря Веблену в экономическую теорию вошло понятие "престижное или показное потребление", получившее название "эффект Веблена". Престижное потребление имеет в своей основе существование так называемого "праздного класса", находящегося на вершине социальной пирамиды. Черта, указывающая на принадлежность к этому классу – крупная собственность. Именно она приносит почёт и уважение. Характеристиками класса крупных собственников являются демонстративная праздность (не труд – как высшая моральная ценность) и демонстративное потребление, тесно связанное с денежной культурой, где предмет получает эстетическую оценку не по своим качествам, а по своей цене. Другими словами, товары начинают цениться не по их полезным свойствам, а по тому, насколько владение ими отличает человека от окружающих. Чем более расточительным становится данное лицо, тем выше поднимается его престиж. Не случайно в настоящее время существуют такое понятие, как "издержки представительства". Высшие почести воздаются тем, кто, благодаря контролю над собственностью, извлекает из производства больше богатства, не занимаясь полезным трудом. И если демонстративное потребление является подтверждением общественной значимости и успеха, то это вынуждает потребителей среднего класса и бедняков имитировать поведение богатых. Отсюда Веблен делает вывод, что рыночную экономику характеризует не эффективность и целесообразность, а демонстративное расточительство.

Категория "завистливое сравнение" играет в системе Веблена чрезвычайно важную роль. При помощи этой категории он не только объясняет склонность людей к престижному потреблению, но также стремление к накоплению капитала: собственник меньшего по размеру состояния испытывает зависть к более крупному капиталисту и стремится догнать его; при достижении желаемого уровня появляется стремление перегнать других и т.д. Веблен связывает возникновение частной собственности со склонностью к завистливому сравнению, к конкуренции.

Что касается престижного потребления, то оно, по мнению ученого, ведет к неправильному применению производительной энергии и, в конечном счёте, к потере реального дохода для общества. В своей самой известной работе "Теория праздного класса" (1899) он не признает также и тезиса, который неявно присутствует в классической политической экономии, об оправданности любого спроса. Классики "забывают", считает Веблен, что спрос есть проявление экономической системы.

Как вызов классической политической экономии можно рассматривать мысли Веблена по поводу движущих мотивов человеческого поведения. Не максимизация выгоды, а инстинкт мастерства (изначально заложенное в человеке стремление к творчеству), инстинкт праздного любопытства (продолжение инстинкта игры как формы познания мира) и родительское чувство (забота о ближнем) формируют облик экономики в целом. Очевидно неприятие Вебленом положения классической школы, что человек стремится к получению максимальной выгоды для себя. Веблен считает, что человек не исключительно машина для исчисления пользы и его поведение не может сводиться к экономическим моделям, основанным на принципах утилитаризма.

Что касается общей экономической динамики, то экономические изменения предстают в трактовке Веблена в конечном счёте как результат конфликта разных психологических типов субъектов экономики.

Немецкая политэкономия не приняла классической идеи единства экономической теории для различных стран. Она настаивала на несостоятельности одной из центральных методических позиций классиков, согласно которой экономические законы, факторы и категории объявляются универсальными и неотвратимыми во все времена и для всех народов. Немецкие экономисты, наперекор классикам, указали на неуниверсальный характер экономической теории. Кроме того, они отличались скептицизмом по поводу того, что свободная конкуренция, характерная для рыночной экономики, в состоянии обеспечить гармонию интересов разных хозяйствующих субъектов: немцы не без оснований отмечали, что в условиях конкуренции «сильнейшие» будут всегда оказываться в выигрыше за счет «слабейших».

Принцип историзма немецких экономистов выражается в поиске историко- мотивационных первопричин экономики. Выражаясь образно, они словно сказали себе: «Попытаемся поискать экономические причины в психологической сфере, так как нам кажется, что изменение экономического уклада – это всегда лишь следствие исторических изменений в мотивациях людей».

В результате экономика стала рассматриваться в целом как общение между людьми, основанное на согласовании психических сил общества; а залогом прогресса человеческой цивилизации явилась не революция, а лишь изменение психологической и моральной природы человека и общества. Такой подход к исследованию экономических явлений привел к обобщающему выводу: национальные особенности экономического поведения носят психо – культурный характер, который в свою очередь, определяется особенностями исторического развития общества. Этот вывод получил название принципа психо-культурно- исторической обусловленности экономической деятельности.