Чтение онлайн

Говорит медленно, будто бы лаская мой слух и каждый участок кожи своим низким голосом. А вибрация, которая сквозит в его интонации, запускает по моей коже тысячу мурашек.

Чёрт, почему я так на него реагирую?! Почему именно на него?!!

– Ты догадался, - не выдерживаю я и резко оборачиваюсь к нему.

– Лер, твою шараду разгадал бы даже пятиклассник, - усмехается Костя. – Неужели ты правда думала, что я сдамся? Или приглашу тебя в обычный ресторан?

Молчу, потому что любые мои слова кажутся сейчас какими-то глупыми, бессмысленными.

– На самом деле, ты своими загадками только мне развязала руки. Знаешь, какой полет фантазии открывается, когда слышишь «место, для избранных, куда очень сложно попасть»? – чуть слышно смеётся Костя, по-прежнему не сводя с меня своего пылающего взгляда на дне которого плещется откровенное лукавство и чуточку чертовщинки. Подходит ко мне ещё ближе, практически не оставляя никакого просвета между нами.

Делаю судорожный вздох, пытаясь отыскать у себя в голове хотя бы одну приличную мысль или вопрос, чтобы продолжить наш диалог.

– И поэтому ты решил организовать свой ресторан?

– Ну а что? Под твоё ТЗ[1] очень даже подходит? Место для избранных, ну то есть только для нас с тобой. Попасть сюда больше никто не сможет. И кстати, кухня тоже будет на высоте – это я гарантирую.

Захаров называет фамилию известного питерского шеф-повара, попасть в ресторан к которому практически также нереально, как и в мой выдуманный «Андгокин». Ну а точнее реально, но для этого нужно было за полгода-год предварительно оформить бронь и то, если вам очень повезёт и на выбранную дату будут свободные столики. Мы с девочками так до сих пор и не смогли там побывать.

И этот повар готовил для нас с Захаровым?!

– Правда разогревать и подавать блюда, уж извини, но сегодня я буду сам, - безапелляционным тоном заявляет Костик. – Не хочу делить ни с кем твоё внимание, Лер. Ни секунды.

Его взгляд прикован к моим губам, которые тут же, точно по волшебству, начинают дико гореть, невольно приоткрывшись для поцелуя.

– Да, я помню ты говорил, что этот вечер только наш. Как, собственно, и эта квартира…

Это исторический дом, пускай и жилой. Как ему удалось договориться с владельцами? Ведь здесь же кто-то жил или живёт в текущий момент? Квартира почему-то совершенно не выглядела как музей или место, куда водят экскурсии.

– Эта квартира наша не только на вечер, - Захаров будто бы читает мои мысли, - Я арендовал её на год.

– На год?! – от такого заявления я настолько опешила, что даже качнулась на своих каблуках, точно земля вдруг резко решила сменить градус вращения вокруг солнца. На кой чёрт ему на год эти хоромы?!

– Да, на год. У меня очень большие планы на этот год, и на этот город…, - ухмыляется Костя, вновь отвечая на мой немой вопрос, который, наверное, отчётливо читался по моим глазам. – И не только. Большим планам нужна большая квартира. Говорят, тут при царской власти даже жил какой-то важный министр. В общем, мне идеально подходит.

Большим планам нужна большая квартира… Ага, для человека с очень большим самомнением. Я бы даже сказала – самомнением министерского масштаба. Боже, сколько же здесь общая квадратура? Если в один только зал можно запросто уместить половину моей в целом немаленькой квартиры… И вот зачем ему столько одному для своих командировок? Очень хотелось съязвить, что кто-то пытается замаскировать арендой огромной квартиры свои комплексы по поводу размера, но чёрт возьми – всё там у Кости было в порядке. И вот вообще не прокопаешься, по всем мать его министерским стандартам и ГОСТам! По крайней мере, я уже успела оценить всё, что касалось визуала, но вот в действии мне пока не довелось опробовать… Так, Лера! Думай лучше о предстоящем ужине! Ты, между прочим, после работы и уже успела прилично проголодаться.

Но в голове почему-то не возникло ни одной мысли касаемо еды. А вот что касалось другого голода…

– Я тоже числюсь среди этих «больших планов»? – саркастически вскидываю я брови, скрещивая руки на груди. Жалкая попытка сохранить за собой хоть немного спасительного личного пространства. – Или моя капитуляция?

– Капитуляция? Лер, у меня нет ничего подобного в планах, - усмехается Костя, приобнимая меня за предплечья. Медленно ведёт вниз подушечками пальцев вниз, от чего мои сцепленные руки как-то сами собой, безвольно падают вниз, точно под действием каких-то чар. Смотрим глаза в глаза. Точно так можно понять гораздо больше, прочитав в отражении то, что мы не решаемся произнести вслух. – Откровенно говоря…

– О! Так значит мы всё-таки говорим откровенно? – пытаюсь съязвить я, потому что мне уже порядком надоели все эти многозначительные паузы.

– Откровенно говоря, - повторил Костя, точно наслаждаясь, как звучит эта фраза, а заодно и моей нетерпеливостью. Склоняется ко мне и аккуратно приподнимает моё лицо за подбородок. Пристально смотрит в глаза, затягивает ещё сильнее в свой потемневший от желания омут. Медленно ведёт костяшками пальцев по моим губам и щеке, запускает пальцы в распущенные волосы, лаская и заставляя меня трепетать так, точно я не взрослая, опытная женщина, а девчонка, которая впервые осталась наедине с мужчиной. – У меня сейчас только одно желание.

– Какое? – практически шепчу я, потому что голос меня предательски подводит. А вместе с ним в компанию предателей записались и разум, и тело.

– Хочу увидеть твой оргазм.

[1] ТЗ – рабочий термин. Сокращенно от техническое задание.

Глава 39

И это действительно откровенно… запредельно откровенно, потому что я ни слова не могу произнести в ответ. Ни рассмеяться, ни выдать что-нибудь колкое или что-нибудь кокетливое и чуточку пошлое, чтобы поддержать эту игру. Или не игру… В голове мечутся мысли, грудь тяжело вздымается в такт разогнавшемуся до предела пульсу, приятная тяжесть внизу живота, становится практически невыносимой. И этот тёмный, тяжёлый, пылающий взгляд, который пронзает до самых потаенных уголков души, и требует отдаться полностью, без остатка… Ему невозможно сопротивляться, да я и не хочу. Поэтому когда Костя жадно набрасывается, сминая мои губы, я не отталкиваю. Более того, я подаюсь к нему всем телом, прижимаясь сильнее, точно он сейчас мое единственное спасение. Полностью отдаю инициативу Косте, пока его язык нагло раздвигает мои губы. И следом начинает вытворять такое, что последние крупицы воли растворяются вместе с тихим стоном, что срывается с моих губ.

Чувствую спиной колонну. Мрамор приятно холодит распалённую от его поцелуев кожу. Пускай я не успела, как следует разглядеть интерьер, но зато сейчас я могу в полной мере прочувствовать на кончиках своих пальцев всё великолепие этой старинной конструкции. Костя разворачивает меня спиной, резко притягивает к себе, выбивая из моих лёгкий рваный, обжигающий вздох. Выгибаюсь к Косте, подставляя своё тело под его умело ласкающие руки. Бретели платья будто бы сами собой медленно скользят вниз, а вслед за ними и красная шёлковая ткань, тем самым оставляя меня в одних тонких кружевных трусиках и босоножках. Захаров что-то неразборчиво шепчет мне на ухо. Какая-то смесь пошлых комплиментов, которые вначале были сбавлены порцией искреннего, восхищённого мужского мата. Не вслушиваюсь в то, что он мне говорит, полностью отдаюсь ощущениям – его руки, сжимающие мою обнаженную грудь, губы, которые втягивают кожу на шее, то лаская, то оставляя лёгкую боль, его возбуждение, которое я чувствую, когда он прижимает меня к себе вплотную.

– Так вот ты какая… Валерия, - медленно говорит Костя, растягивая моё имя, будто бы пробуя его на вкус, как изысканное, дорогое вино – неторопливо, смакуя каждое ощущение и оттенок вкуса.

На мгновение отстраняется и я слышу звук падающего пиджака где-то вдали от нас. Наверное, Костя просто нетерпеливо отшвырнул его в сторону.

Прижимает меня к себе, запуская свои пальцы под резинку трусиков. Уже не сдерживаю свои громкие стоны, откидываю голову ему на плечо. Одной рукой опираюсь на колонну, потому что чем дальше, тем больше у меня начинают дрожать ноги, отказываясь выполнять одну из своих главных функций – удерживать меня в вертикальном положении.