Чтение онлайн

– Итак, я вам говорила, что мы бы хотели заключить с вами сделку. Я хочу, чтобы вы целиком и полностью взяли на себя контроль по бренду "Артемий Курин".

– Да какой это бренд! Бренд тут еще придумывать, а ваш этот Шкурин - это питерский мальчик с забавным голосом!
– припомнил Золотов. Подтекстом было добавлено невысказанное "и твой очередной смазливый любовник. Как будто мы не знаем!"

– Он самый, - не дрогнула Кобыла. А чего такого, не советские времена, - И сейчас мы записываем альбом. Осенью я хочу сделать большой сольный концерт в "Арене". Думаю, при должной рекламе будут очень неплохие сборы. А потом - серия небольших турне по стране в поддержку альбома. От вас мне нужен пакет промо-услуг. Все по полной программе - материалы, фото, видео, билборды, плюс полное обеспечение концерта. От и до.

– А официальным организатором будете вы?
– как бы невзначай уточнил Винсент.

– Да, - Кобыла немного насторожилась.

Винсент принял во внимание эту реакцию. Не совсем тут ясен перец. У Кобылы достаточно денег, чтобы оплатить их услуги, но интуиция подсказывала, что стоит подождать с положительным ответом.

– Мы нужны исключительно в роли рекламного агентства?
– снова уточнил Громов.

– Да. Мы уже не первый год с вами знакомы, и у вас достаточно опыта и ресурсов для того, чтобы осуществить такой серьезный проект на высшем уровне. Поэтому мы хотели бы заключить с вашей компанией сделку. Я хочу, чтобы для бренда "Артемий Курин" были подготовлены все необходимые условия. Достаточные для вывода на полтора-два года безубыточности при загрузке две трети времени.

Винсент произвел в уме необходимые конвертации. Итак, альбом только записывается. Плюс сведение, тиражирование. Примерно четыре месяца останется для подготовки и организации глобального концерта в поддержку сего диска. Времени критически мало!

По-хорошему, для такого мероприятия требуется подготовить сингл, хороший клип, месяца два ротации видео на всех каналах и сингла на всех возможных радиостанциях. Альбом неизвестно на какой стадии. Непонятно, есть ли уже хитовая композиция, которую можно запустить оперативно в работу. Возможно, только начали и планируют как раз к августу-сентябрю закончить. Кобыла - тетка опытная, но сам проект этот изначально светит какой-то несуразицей. Вот так, с полпинка прийти и сказать - делаем концерт в "Арене". Это не похоже на традиционный просчет всех деталей и основательный бизнес-план. Скорее, на какую-то эмоциональную блажь. Дескать, хочу и буду. А осуществлять все организационные моменты ей некогда и неохота. С нее станется не просчитать элементарных сроков, но свалить все на старых партнеров, рассчитывая, что те за звонкую монету совершат чудо...

Милая Анна Павловна. Мы, конечно, опытные люди и хорошие промоутеры, но все наши проекты отличаются разумными сроками исполнения.

"Арена" - большой и дорогой клуб; и чтобы его окупить, необходимо очень и очень постараться. Билеты придется делать довольно дорогими, потому что вряд ли в клуб набьется огромная толпа народа, способная компенсировать затраты исключительно за счет количества.

Вероятность успеха и компенсации вложенных средств - минимальная. Точнее, резво стремящаяся к нулю. Проект - палка о двух концах. Кобыла заплатит за промоушен, и сделают его "джемовцы" в идеальном порядке. Только вот ни черта это не поможет вытащить концерт хотя бы на точку безубыточности.

В сухом остатке мы имеем дилемму - взять очень серьезные деньги, заранее зная о провальности результата, и впервые нарушить собственное правило не давать осечек в успехе проектов. Или отказаться - и, следовательно, потерять очень и очень много веселых шекелей...

Валерий, наконец, увидел замешательство напарника и вежливо попросил пять минут для "производственного совещания тет-а-тет" у себя в кабинете. Анна Павловна возражений не имела.

Винсент прикрыл дверь кабинета и вкратце изложил свою точку зрения на проблему. Золотов задумался.

– Это не просто концерт, это попадалово... Должно быть просто нереально красивое постановочное шоу. И только такое за счет эмоциональной добавленной стоимости покроет рациональные противоречия по затратам. Условно говоря, этот концерт должен быть дороже денег. Но мы не успеем сделать визуализацию для рекламы в полном объеме, или должны начинать прямо сейчас и бешеными темпами!

– Начнем, - перебил Золотов.
– Дальше.

– Дальше. Второй момент - альбом должен выстрелить. Потому что после этой презентации должны последовать несколько мини-туров в течение года-полутора. Две трети времени группа Артемия должна проводить в ежедневных выступлениях. То есть, мы должны вмешаться в процесс записи и усилить воздействие за счет своих ресурсов.

– Что ты городишь? Ты вообще знаешь, кто этот Артемий? Или забыл на старости лет? Он же инициированный! Сам справится.

– Кто его инициировал?

– Этот, как его, питерский придурь. Год назад организовался, наплодил уйму самовыродков и гикнулся с башни, решив, что познал секрет полета. Дюжина недоделков после него осталось. Благо, не сильно войной покалеченных. Так, с пятого на десятое. Наш Темушка из той братии.

– Откуда такие новости?
– изумился Громов.

– Откуда, от верблюда! Меньше бухай и по бабам шастай. И больше на работе бывай, тоже знать будешь. Этот юноша уже появлялся у меня в офисе, причем, со знанием дела появился. Понимая, куда и к кому пришел. Осведомлен о своих способностях, четко понимает, к чему стремится и чего хочет. Поможем. Сделаем хорошие афиши и обложки в паре журналов. Девки клюнут.

– Он что, суккуб?

– Ага. Думаешь, Кобыле просто анатомия нужна? Нееее, тут поинтереснее раскладочки. Кстати, аудиал тоже. Неплохие задатки для сцены. Обеспечим быстренько визуальную часть - и дело как по маслу.

– Так чего он к тебе приходил?

– А вот как раз за тем, чтобы я ему помог. Ну я и помог. Подсказал, куда идти и куда, прости, совать. Чтобы толк вышел. Зато теперь за него Кобыла платит, причем, платит нам. И всем хорошо.

– Да хрен там, - перешел на золотовское просторечие Громов.
– Ты просчитаешь безубыточность концертов в регионах? Нет! Ты мне просто скажешь: Винсент - сделай. И, если в Москве грандиозное шоу еще осуществимо, то в какой-нибудь Ебург все это барахло, декорации с танцовщицами не потащишь. Там нет столько людей, чтобы окупить подобные затраты, если брать большие площадки. И нет столько денег, чтобы отбить концерт при минимальной забивке зала. Следовательно, у нас на руках практически убыточный проект, спасти который может только чудо. Интересно, почему Кобыла вообще за него взялась? Я понимаю, мальчик симпотный, с инкубами вообще связываться...

– Себе дороже, - оборвал его Валерий. Он был не просто прямолинейным, но очень жестким политиком в разговорах даже с лучшими партнерами. Потому спокойно перебивал любой спич, если считал тему исчерпанной.
– Кобыла просто сдуру попала, а теперь не знает, как отбояриться. Папаша этого щенка - большая шишка в Питере, там у них какие-то очень сложные взаимоотношения вылезли, как я понял. Аннушка тоже уперлась и вцепилась в этот проект из вредности. Она его оплатит, даже если провалит выручку. И даже если будет понимать, что провалит по-любому.

– Итого, - продолжил мысль Громов, - Кобыла формально попалась на уловки инкуба. И круто облажалась, заключив невыгодный контракт с этим недорослем. И теперь соображает, во что вляпалась. Но ее держит желание...

– Трахаться!
– перевел недосказанную мысль Золотов.
– И она будет использовать все средства, чтобы получать свое, пока условия взаимовыгодны.

– Хорошие сведения, - кивнул Громов.

– Отличные. А теперь я хочу понять, что ты видишь.