Мой бывший
Шрифт:
– Бать! Бать! – я попытался отодрать от себя сильные руки, но в него словно Тайсон вселился. – Пап! Ты неправильно понял!
– Неправильно?! – желваки ходили ходуном на родном лице, которое вдруг стало приобретать багровый оттенок.
Впервые в жизни я действительно испугался. Ощутил, как холодеют пальцы, а душа уходит в пятки. Инсульт?! Как у тетки?!
– Пап, успокойся, ради Бога! – заверещал, как ребенок. – Ты красный весь! Просто я абсолютно уверен, что это не мой ребенок! Вот и всё! А ты что подумал?
Как ни странно, стоило мне высказаться, как отец моментально успокоился, через несколько секунд лицо стало розовым, а следом вернулся нормальный цвет. Он отпустил меня и вернулся на свое место.
– Ну, ты даешь, пап! – я медленно сполз обратно в кресло. – Напугал меня…
Отец махнул рукой в сторону двери:
– Иди к себе. Я сам поговорю с твоей подружкой, она оставила мне номер, по которому можно с ней связаться…
– Она – не моя подружка, бать! – я не собирался прятаться за родительской спиной. – И не надо ей звонить, пожалуйста! Завтра в институте сам с ней поговорю. Не вмешивайся!
Я был готов к тому, что отец станет настаивать на своем, но он неожиданно согласился со мной.
– Ладно. Если ты считаешь, что разберешься с этим сам…
– Да, сам! – твердо ответил.
– Денис, но если понадобится моя помощь…
– Я обязательно обращусь за помощью к тебе, бать! – ответил отцу. – Я могу идти?
– Денис! – когда я подошел к двери, он позвал меня. – Маме про твою подругу я не рассказал…
– Спасибо, пап! – искренне поблагодарил своего любимого и мудрого родителя.
Глава 7
Утром поехал к первой паре, зашел в аудиторию, мрачно выискивая взглядом нужного человека. Звягинцева весело щебетала, окруженная подружками.
– Инга! Выйди! – окликнул её и девушка тут же расплылась в счастливой улыбке.
– Ой, Дэнчик, привет! Соскучился? – беззаботно улыбаясь, она выпорхнула из-за парты и поплыла ко мне, провожаемая завистливыми вздохами однокурсниц.
Прикинул, что до начала лекции есть десять минут, вполне хватит, чтобы напомнить этой идиотке, что не того парня она выбрала для шуток. Стоило Инге оказаться рядом, как я прихватил под локоток и вывел её из аудитории. Сопротивляться не стала, послушно перебирая длинными ногами, чтобы успеть за моим размашистым шагом.
– Я тебя предупредил, чтобы не лезла ко мне, – зверским шепотом прошелестел ей в ухо, притормозив у окна и закрыв девушку собой от посторонних глаз. Отчетливо уловил мелькнувший на лице страх, улыбка медленно слезла с красивой мордашки. – Видимо, ты слишком тупая, чтобы понять с первого раза…
Наклонился ниже, давя массой тела так, что Звягинцевой пришлось присесть на согнутых ногах. Она часто-часто задышала, отворачивая лицо в сторону от меня.
– Что за чушь ты наплела моему отцу? – уперся руками о подоконник по обе стороны от неё.
– Совсем не чушь! – она вскинулась. – Я беременна! Это твой ребенок!
– Отлично! – обманчиво спокойно согласился с ушлой однокурсницей. – Прямо сейчас едем в клинику, сделаем анализ ДНК, – зловеще прошипел.
– А как же лллекция? – заикаясь от страха, Инга махнула рукой в сторону аудитории.
– Пропустим!
– Но у меня паспорта нет с собой! – отчаянно завыла Звягинцева, пытаясь выбраться из давящего кольца рук.
– А мы заедем к тебе домой и возьмем!
– Я не стану делать УЗИ. Это навредит ребенку!
– Для начала ты сдашь кровь на ХГЧ… – не сводил глаз с лица девушки и сразу увидел, как она побледнела. Списал её реакцию на страх перед разоблачением.
Честно говоря, я на девяносто девять и девять десятых был уверен, что Инга не беременна вообще. Скорее всего, глупая курица решила срубить деньжат по-легкому.
– Инга, если мы сделаем анализ и выяснится, что ты не беременна, отец выкинет тебя на хрен из столицы… И ты вернешься в свой Мухожопинск… Ты вообще о чем думала, когда потащилась к нему? – поинтересовался, пристально глядя на мертвецки бледную сокурсницу. – Совсем дура, да?
– Соловьев! Звягинцева! Вы не опоздаете на лекцию? – услышал за спиной мужской голос.
– Одну минуту, Виктор Кузьмич! – бодро ответил за нас двоих, выпуская девушку из кольца рук. – Ну, что… едем сдавать анализы?
– Нет! – карие глаза блеснули, Звягинцева задушено всхлипнула и одинокая слезинка скатилась по щеке.
– После пары наберу отца, извинишься… Топай на лекцию, идиотка…
В перерыве между парами Инга подошла сама. Отойдя в тихий угол, набрал отца по мобильному и минут пять слушал сбивчивую речь то и дело всхлипывающей девушки. Ни капли не жалел её и помогать не собирался. Ну, дура же! Таких не жалко! Что говорил мой отец, я не слышал, но когда Инга вернула мне телефон, не удержался и дал совет:
– На будущее, Звягинцева… Мозгами активнее пользуйся! Не все в столице адекватные, как мой родитель. Смотри, как бы в бордель не загреметь за такие шутки…
Глава 8
– О, братан! Ты чего так рано?
Мирон подошел сзади, огрев по плечу богатырским ударом. Развернулся к другу, сияющее от счастья лицо парня заставило меня скукожиться в ответ. Надо же, уже второй месяц после свадьбы, а он ходит довольный. Аж бесит! Кажется, совсем недавно мы отжигали вместе по ночным клубам, а теперь от юбки жены того не оторвешь!
– Дела… – расплывчато объяснил свою внезапную тягу к учебе. Не рассказывать же, что дурочка Звягинцева решила развести мою семью на деньги.
– Ясно! А я было подумал, что ты приперся заценить новую преподшу.
– Кого? – поперхнулся от удивления.
– Экономичку. Ты что не слышал?! – откровенно удивился Мирон. – Весь институт гудит! Така гарна девица! – друг заржал, как конь. – Исаева Евгения Владимировна. На её лекциях полный аншлаг… У мужиков поголовно слюни до пола… Не удивлюсь, если каждый второй после лекции дрочит на неё в сортире, – парень сдавленно хохотнул. – Ей бы на подиумах блистать, а она экономику читает… Редкая красавица…
– Кто красавица?
Незаметно для нас обоих, из-за спины Мирона вынырнула его молодая женушка. Сурово сдвинув брови к переносице, Оленька посмотрела на супруга, который виновато сдулся под грозным взглядом, превращаясь в ласкового котика.
– Мне послышалось или мой любимый, – девушка звонко чмокнула послушно склонившегося к ней бугая в щёку, – муж назвал другую девушку красавицей?!
– Тебе послышалось, моя птичка, – слащаво улыбаясь, Мирон облапил обеими руками свою маленькую женушку. – Ты же знаешь, что для меня в этом мире существует только одна самая красивая и самая любимая девушка. Это ты, моя любовь!