Чтение онлайн

– Конечно.

– И ведь не будешь потом сожалеть, бичевать себя за то, что устранила дискомфорт в своих мышцах, расположенных в шее и плечах?

– Ни сожалеть, ни заниматься самобичеванием я не буду. Все верно.

– Итак, подбираемся к нашей конкретной ситуации. Сейчас у тебя затекли мышцы в не менее важной части тела, внутри него. Где? Громко и четко назови часть тела, ту, которая сейчас хочет расслабиться.

Я вздыхаю, как бы со стороны разглядывая потоки мыслей внутри себя. Очень странно, что я сижу перед ним голая и изнемогающая, но мне стыдно говорить и делать то, на чем он настаивает. Вижу самодовольное выражение его лица и понимаю, что у меня нет выбора. Несколько раз судорожно вздохнув, я выполняю приказание. У меня даже получается угодить ему с первого дубля.

– У меня слишком сильно напряжены мышцы во влагалище. Слишком сильно для того, чтобы чувствовать себя спокойно. Я очень хочу, чтобы они расслабились.

– Умница, - Князев улыбается. – А теперь пей воду.

– Помоги мне понять себя и тебя. Пожалуйста, - смиренно попросила я и выпила воду.

– Тогда слушайся. И издавай только звуки, а не слова. Начинай.

Я поставила стакан на тумбочку и легла на спину. Закрыла глаза, вспоминая, как отзывалось мое тело, когда Князев меня ласкал. Некоторое время я просто лежала и фантазировала, не зная, с чего начать представление.

– Одну ладошку на грудь, чтобы сосок ощущал трение и ласку, вторую - между нижними губками. Гладь себя, знакомься со своим телом. Чувствуй, какое оно взволнованное. Чувствуй, как оно хочет расслабиться. И показывай мне все, что с тобой происходит, каждое ощущение, каждую эмоцию, – наверное, Князь знал, что я медлю не из бунтарства, поэтому великодушно решил мне помочь.

Я делала то, что он говорил, стараясь забыть о том, что это мои же собственные пальцы ласкают мое тело. Представляла себе, что это его руки. Но я двигалась так неуклюже и неумело, что тело мне не верило. Вдруг мне стало интересно, что делает Князев, доволен ли он моим послушанием и старанием. Приоткрыв глаза, я увидела, что он сидит на полу, прямо напротив моих широко разведенных ног. Положил локти на кровать и наблюдает за мной.

– Вспомни, как вело себя твое тело перед оргазмом, что происходило, где тебе было приятнее всего, - он внимательно смотрит на меня в упор и продолжает командовать. А мне так хотелось покончить с напряжением в прямом смысле этого слова, что я очень старалась, постепенно забыв о стыде. Если быть до конца честной, то мне хотелось еще кое-чего. Мне хотелось угодить Князеву, показать ему, что я не бездарное существо, а вполне талантливая и прилежная ученица, достойная того, чтобы он продолжал проводить со мной свое время.

Я продолжала выполнять инструкцию. В глубине живота, под пупком и вокруг него, танцевали электрические разряды, копились, увеличивали напряжение. Я стала слышать собственные шумные вздохи и всхлипы.

– Ласкай клитор и нежные миллиметры вокруг него, старайся найти самые отзывчивые места. Не спеши. И звуки не подавляй, хнычь и скули. Как хочется, так и звучи. Я хочу слышать тебя. Слышать, как тебе плохо. А потом услышать, как тебе хорошо.

Из влагалища выделяется очень много смазки, все пальцы правой руки мокрые. На обеих грудях затвердели соски, и я чувствую, что они больше не хотят, чтобы я до них дотрагивалась. Зато внизу живота чего-то очень сильно не хватает, я будто не могу добраться до секретного рычага, который смог бы мне помочь победить это мучительное напряжение. Во мне словно зреет бутон цветка папоротника, стремится раскрыться и залить все вокруг живительным эликсиром, силится, старается, но не может. Кладу левую ладонь на живот сразу над лобком и слегка надавливаю пружинящими движениями, в то время как пальчики правой руки разыскивают в складочках вульвы точку, которой можно запустить меня в космос.

– А-а-андре-е-е-й, у меня не получается, - я еле выговариваю слова, мне и хорошо, и очень плохо одновременно. Кажется, что если не удастся завершить начатое, то все мои внутренности перестанут работать, и я умру. От того, кончу я или нет, зависит очень многое. Я хочу, чтобы он мне помог.

Князев придвигается ко мне, кладет ладони на внутренние части моих бедер, нажимает, шире раздвигая ноги. Сильные руки, уверенно двигающиеся. Боже, это его руки, руки моего Князя, и как же хорошо мне становится, когда я чувствую его силу… Волна наслаждения растет, но не переливается за края, продолжая мучить меня, а победная скрипка все еще не звучит.

– Кня-а-а-а-а-сь, умо-о-ля-а-й-у тебя, - с болью в голосе шепчу я.

Он будто знает наверняка, что именно во мне творится. Словно я для него стеклянная, и он видит, как неистово во мне сплелись нервы и мышцы, требуя разрядки. В самый ужасный момент, когда у меня почти остановилось дыхание, Князев легонько дует на мою мокрую вульву. И я кончаю. Кричу и дергаюсь, чувствуя, как по венам разбегается ожившая кровь, будто мое существо спасено от гибели.

– Вместо «спасибо» надо будет выполнить следующее задание, - откуда-то издалека, с другой планеты, я слышу довольный голос Князева.

Я уже говорила, что уволилась из банка. Но только увольнение вышло не окончательным. Меня уговорили вернуться. Нет, зарплату при этом не увеличили. Звучали другие аргументы, которые вызвали отклик в моей душе. То есть меня смогли зацепить за мои собственные страхи, которые мешали выйти на другую тропу. Будда сказала мне, что обрывать свой трудовой путь рано, поскольку я еще не сформировала внутри себя четких и обоснованных выводов о том, чем мне не подходит банк. Доводы про маленькую зарплату, по ее мнению, не в счет, потому что всех денег мира не заработать. Она предупредила меня, что если я уйду, не разобравшись до конца, аналогичные ситуации будут повторяться вновь и вновь. Мне на любой работе будет некомфортно и тоскливо, даже если зарплата будет повыше.

Обдумав ее слова, я решила согласиться. В них был какой-то потаенный смысл. Я знала наверняка, что любая сфера занятости очень быстро надоест мне до тошноты, ведь мои устремления имеют четкий вектор в сторону полицейского ведомства. Но туда меня не берут. Тем более, сейчас, когда я слишком погружена в осмысление наших отношений с Князем, сил на поиск новой работы у меня просто нет.

Все рабочее время дня, следующего после вечера открытий, я провела в банке будто во сне. Меня никто не злил. Конечно, возникали ситуации, в которых я могла бы испытать эту эмоцию. Но злость во мне не рождалась. Я была увлечена воспоминаниями о том, чем мы с Князевым занимались накануне. Поэтому случай с пакетом сахара вошел в мою память в качестве анекдота, а не очередной обиды.

Накануне я организовала рекламную акцию, как обычно, слегка карикатурную, чтобы привлечь внимание к оказываемой банком услуге – денежным переводам. Они и так популярны среди трудовых мигрантов из стран ближнего зарубежья, но мне дали задание провести мероприятие, повышающее уровень доверия к банку. Естественно, бюджет был минимальным. Из всех предложенных мной вариантов Будде приглянулась раздача конфет и чая в офисах – акция «Горячая среда». Не знаю, с чем связано, но именно в среду обычно меньше всего таких операций. И почему-то Будде захотелось эффективно залатать этот пробел. То есть приходит уставший труженик в банк, чтобы перевести семье деньги, а кассир улыбается и говорит: «Мы рады вам помочь, и в благодарность за ваш выбор дарим вам хорошее настроение в этот ненастный день». После проведения операции кассир вручает конфету, одноразовый стаканчик, пакетик чая и стик с сахаром, вежливо указывая на кулер.

– Майя, где ты собираешься купить конфеты? – спросила Будда.

– В ближайшем супермаркете, чтобы было недалеко их тащить.

– Нет, так не пойдет. Нужно купить максимально дешево, узнать, сколько конфет будет в килограмме. Ты посчитала, сколько конфет нам нужно всего?

– Офисов у нас десять. Ждем приблизительно по пятьдесят клиентов. Значит, пятьсот конфет.

– Сколько килограммов нужно купить?

– Я не знаю.

– Вот уже первое упущение, - недовольно сказала она. – Надо просчитывать все до мелочей, если мы хотим положительный результат.