Мой друг бессмертный
Шрифт:
Толик выдержал театральную паузу.
– Ну что ж, – сказал он наконец, – я, пожалуй, помогу тебе ее реализовать.
Едва дождавшись, пока мама придет с работы, Ники объявила ей о потрясающей новости насчет новой школы. Мама выслушала молча, с неодобрительным видом. В последнее время – с тех пор как Толик объявил о своем отцовстве, – мама стала еще более молчаливой и недовольной, чем раньше.
– Не нравится мне эта идея насчет новой школы, – сказала она. – К тому же там наверняка платное обучение… А школьная форма, учебники и прочее? Ники, платная школа нам не по средствам.
– Толик за все заплатит… Наверно.
– Ты точно с ним это обговорила?
– Вообще-то нет, но раз уж он сам предлагает такой вариант…
– Пока это просто болтовня. А даже если и нет, – все равно не вижу никакого смысла срываться из хорошей школы, тем более в середине года. Чем тебе плоха твоя нынешняя школа?
– Я же сказала, там, в Озерках, школа гораздо круче. Там учится одна элита…
– А ты что, элита?
– Нет, но…
– Так зачем лезть туда, где тебе не место?
Наверно, мама была права. Со своей точки зрения мелкого служащего. Но дочь крутого бизнесмена Ники почувствовала себя уязвленной.
– А где мне место? – вспылила она. – В путяге?
– При чем тут путяга? Если доучишься до одиннадцатого класса – в чем я лично сомневаюсь, – то поступишь в институт и получишь хорошую специальность…
– И пахать потом всю жизнь с утра до ночи, как ты? Нет уж, спасибо! У меня другие карьерные планы!
Мама внимательно посмотрела на Ники.
– Это Тиль Иванович тебе сказал?
– Мой папа, – Ники подчеркнула голосом это слово, – хочет помочь мне добиться успеха в жизни. Это вполне естественно. А ты почему-то против. Вот это даже странно. Даже похоже на зависть…
– Не болтай глупостей, – устало оборвала ее мама. – Менять школу – плохая идея, Вероника. Мы обе знаем, что ты плохо адаптируешься в новом коллективе. А в элитной школе ты точно никогда не станешь своей. Только нервы истреплешь и себе, и мне.
– Ну и что? – беспечно тряхнула головой Ники. – Надо не бояться рисковать, стремиться к чему то лучшему. А то так и будешь всю жизнь прозябать в помощниках бухгалтера. Мама тяжело вздохнула.
– Делай как знаешь. Я так понимаю, мое мнение тут никого не интересует.
Осознав, что добилась своего, Ники почему-то вдруг устыдилась.
– Ты не беспокойся, – приласкалась она к маме. – Я себя в обиду не дам. Что меня не убивает, того убиваю я! А знаешь, Толик не такой уж урод, как я думала раньше.
– Вероника!
– Да, да! Видала, какую куртку мне купил? И умные советы дает. И вообще заботится о моем развитии…
Мама явно хотела что-то сказать, но промолчала.
– Але, Нафаня? Але!!! Ты меня слышишь? Да выключи ты свою музыку! У меня такие новости!!!
– Момент, уже вырубаю… Ну чего, малявка?
– Меня обещали познакомить с продюсером!!! Из меня будут делать звезду!!!
– Блин, не ори ты в ухо! Давай то же самое еще раз сначала!
– Мой папа – да, кстати, у меня тут появился папа, такой весь из себя крутой, типа бандита, но на самом деле он бизнесмен, – так вот, у него есть знакомый продюсер!
– Ну и что? У меня тоже есть знакомый продюсер. И не один.
– Нет, ты не понял. Меня обещали к нему отвести на прослушивание. И если он решит, что я подхожу, то все будет… ну, как в телевизоре…
– А что за продюсер-то? Как зовут?
– Его фамилия Эрлин. Не слышал?
– Не-а. Еврей, что ли?
– Откуда мне знать. А что?
– Все удачливые продюсеры – евреи. Вот у нас продюсер хохол, так мы все и не раскрутимся никак… Что-то я среди питерских шоуменов Эрлина не припоминаю. Он из Москвы?
– Да я не знаю, кто он. Я его еще не видела. Отец сказал, поедем к нему завтра или послезавтра, если у него время будет.
– Ну чего, удачи. Постарайся произвести впечатление. Хотя если тебя отец спонсировать будет, тогда без разницы…
– Я и про вас ему расскажу! Все вместе раскрутимся! Мы же команда!
– Хм, ну расскажи. Можешь отнести ему наш демо-диск, ага? Я завтра с утра занесу на «точку», а ты после школы зайди туда и захвати его.
– Заметано. Рэндому обязательно расскажи! Всё, пока!
Ники повесила трубку и тихонько засмеялась. Она чувствовала себя такой счастливой. С тех пор как Толик «стал» ее отцом, в жизни Ники определенно наступила светлая полоса. Только одно ее слегка огорчало – что мама ее радости не разделяет.
Глава 17
Путешествие к предкам
Лешка не заметил момента, когда уснул, потому что ему сразу, без перехода начал сниться сон. Яркий, нелогичный, тревожный – такие снятся перед самым пробуждением, если долго заспишься в выходные. Лешке снилось, что он отстал от Виктора, заблудился в лабиринте подвалов Леннаучфильма и бродит один по неосвещенным переходам, поворачивая наугад и с каждым разом все сильнее удаляясь от выхода. Коридоры, лестницы, одинокие тусклые лампочки, пожарные щиты – за каждым поворотом все одно и то же, одинаковое до сумасшествия. Лешка уже всерьез запаниковал, что останется тут навечно, когда за очередным углом увидел человеческий силуэт.
– Виктор! – обрадовался он.
– Привет, Алешка. Ты меня не узнаешь? – дружелюбно спросил человек.
Лешка пригляделся. Да, это был не сянь, а какой-то пожилой мужчина в военной форме, с голубыми глазами и залысинами на лбу. Лицо у него было смутно знакомое. А манера поведения – как у дальнего родственника, приехавшего из другого города.
– Мы разве встречались? – спросил Лешка.
– Последний раз – лет десять назад. Ты меня, наверно, забыл. Ну, я-то тебя, хулигана, отлично помню. Как придете с отцом в гости, так весь дом перевернете. Помнишь, как хрустальную сахарницу разбил?
– Я просто хотел кое-что проверить… Папа сказал, что из нее сахар не высыплется, если ее очень быстро крутить, – автоматически ответил Лешка. – Это была дедушкина сахарница. Откуда вы знаете?
– А я, по-твоему, кто?
Лешка вгляделся в лицо военного – и узнал его. Он вспомнил не его самого – все-таки почти десять лет прошло, – а напечатанную со старого слайда роскошную отретушированную фотографию, висевшую У отца в кабинете.
– Привет, дед, – севшим голосом проговорил он. Теперь Лешка вспомнил все – и про сяня, и про эксперимент, и про заклинание. «Значит, получилось, – понял он. – Я в Нижнем мире». Почему-то Лешка не испугался, как можно было бы ожидать, а успокоился. Наверно, потому что у покойного дедушки было такое знакомое, родное лицо… «Кстати, где Виктор?» – вспомнил Лешка. Кажется, Виктор обещал, что будет сопровождать его? Лешка оглянулся, но кроме деда никого поблизости не было.