Чтение онлайн

В этот момент все доводы рассудка отступили перед неудержимым желанием прикоснуться к нему, обнять, почувствовать его губы на своих. Хотелось забыть обо всем на свете и утонуть в безумном поцелуе.

— Все хорошо? — поинтересовался мужчина, внимательно наблюдая за моей реакцией. На его лице играла самодовольная ухмылка.

«Если бы трахнул меня прямо сейчас, было бы гораздо лучше! Господи, о чем я только думаю», — сразу же ругаю себя за слабость.

— Все отлично! Спасибо, – пробормотала я, отходя в сторону, пропуская его внутрь.

Вдруг почувствовала, как неконтролируемый прилив крови заливает щеки пунцовым цветом. Я совершенно забыла, что стою перед ним практически голой, в ультракоротких шортах и майке без бюстгальтера. От нахлынувших воспоминаний соски затвердели, готовые прорваться сквозь тонкую ткань.

И он это заметил. Глаза его потемнели, заполняя практически всю радужку. Медленно, изучающе провел взглядом по моему телу, задерживаясь на груди.

Кровь стремительным потоком стала приливать к самым интимным местам, дышать стало тяжело.

Невольно обхватила себя руками, пытаясь хоть немного прикрыться, но было поздно.

Воздух вокруг наэлектризовался.

Градов шумно выдохнул и начал надвигаться. В каждом его движении читалась неукротимая страсть. Взгляд был горячим. Откровенным. В нем не было ни капли сомнения, только жажда и дикий первобытный огонь.

Мой разум кричал об опасности, но тело уже предавалось этому сладкому, неизбежному плену.

Внизу живота все пульсировало с неистовой силой, словно маленький моторчик, работающий на пределе. Между ног разлилось влажное тепло, и я ощутила, как трусики намокают и проступает влага, обжигая кожу. Шортики стали тесными и неудобными, лишь усиливая мучительное желание.

Безумный порыв овладел мной целиком, оставляя лишь безусловное подчинение. Хотелось только одного - ощутить его прикосновения. Жаркие губы. Сильные руки. Я прикусила губу, стараясь сдержать стон, готовый вырваться наружу. Ноги слегка подрагивали от возбуждения, а сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди. Все мое существо требовало его, жаждало его, умоляло об этом безумном, страстном слиянии.

Майка на мне казалась невыносимой пыткой, словно грубая ткань терзала самые чувствительные участки тела. Соски налились и затвердели еще сильнее, болезненно покалывая сквозь тонкий хлопок. Они горели, требовали ласки, умоляли о прикосновениях.

И тут он коснулся меня. Легкое прикосновение к моей щеке заставило вздрогнуть всем телом. Пальцы Максима скользнули по коже, словно ток прошел сквозь меня, обжигая каждый миллиметр. Он нежно провел большим пальцем по моим губам, заставляя их невольно приоткрыться. В его глазах читалась такая же нестерпимая жажда, как и во мне.

– Кать… – прошептал он хриплым голосом, словно это давалось ему с трудом. – Ты…

Он не успел договорить. Его слова оборвались.

С кухни донёсся тихий детский плач и будто ледяной водой окатил, возвращая меня в реальность, где я – мать, а передо мной стоит мужчина, который пробуждает во мне чувства, опасные и неконтролируемые. Мгновенно отпрянула от Максима. Вся страсть, все безумное желание, как по щелчку пальцев, схлынуло, оставив лишь легкое покалывание в теле и мучительное разочарование.

Словно ошпаренная, я бросилась на кухню, подхватила плачущего сына и прижала к себе.

«Прости, малыш, мама отвлеклась», — бормочу, проглаживая хрупкую спинку.

С ребенком на руках, я поспешно удалилась в другую комнату и обернулась к Максиму, застывшему в коридоре, как истукан.

— Подождешь пятнадцать минут? Нам нужно собраться, — быстро проговорила я, пытаясь скрыть бурю, бушующую внутри.

Не дожидаясь ответа, захлопнула дверь, оставив мужчину одного.

Прислонилась к двери спиной, закрыла глаза и принялась мысленно отчитывать себя за слабость.

«Что же я творю? Как могла так потерять голову?»

Лев перестал капризничать. Я быстро переодела его в чистую одежду и стала собираться сама. Нужно поскорее со всем этим заканчивать. Глядишь, пока будем заниматься документами, я найду момент, чтобы убедить Макса отказаться от этой поездки на свадьбу. Объясню, что это бессмысленно и только причинит боль.

Находясь в полной уверенности, что он нас отпустит, я и наряжаться не стала. Поэтому выбрала нежное струящееся платье из вискозы, небесно-голубого цвета, с тонкими бретельками и V-образным вырезом, деликатно подчеркивающим грудь. Нанесла лёгкий макияж. Глаза подчеркнула тонкой линией подводки. На губы светло-розовый блеск. В завершение образа взяла небольшую плетеную сумочку. Сложила туда необходимые документы, повесила ее на плечо и, подхватив сына, вышла.

Максим сидел на кухне. Непринужденно закинув ногу на ногу, держа в руке мою любимую чашку, неспешно потягивал недопитый мною ранее кофе, словно ничего не произошло.

Кухня казалась особенно тихой после недавней бури страстей. Утреннее солнце слабо пробивалось сквозь занавески, освещая пылинки, танцующие в воздухе. На столе царил небольшой беспорядок: разбросанные игрушки сына, смятая салфетка и остатки завтрака. Все это создавало ощущение обычной, будничной жизни, которая казалась такой далекой всего несколько минут назад.

Я почувствовала, как в груди поднимается волна смешанных чувств: смущение, тревога, разочарование и, где-то глубоко внутри, сожаление о прерванном моменте. Я не знала, как начать разговор, как вести себя после всего, что произошло.

— Мы готовы ехать, — тихо произнесла, стараясь казаться непринужденной.

Градов медленно повернул голову и посмотрел на нас. В его глазах не было ни намека на недавнюю страсть, лишь тень задумчивости, словно он уже обдумал все последствия и пришел к какому-то собственному решению.

— Ну раз готова, тогда поехали, — произнес он, и в голосе не было и следа того бархатистого шепота, который еще недавно заставлял меня терять рассудок. Слова прозвучали сухо, отстраненно, словно он говорил с деловым партнером, а не с женщиной, которую едва не прижал к стене несколько минут назад.

На красивом лице появилась легкая, едва заметная ухмылка. Не злая, но и недобродушная. Скорее, самодовольная, как у кота, который только что поймал мышь. Эта ухмылка почему-то встревожила меня больше, чем вся предыдущая сцена. Она говорила о том, что он контролирует ситуацию, что он знает что-то, чего не знаю я.

По позвоночнику пробежали мурашки, скользнув от затылка до копчика. Не от возбуждения, как раньше, а от предчувствия чего-то… неизвестного. Какого-то подвоха. Словно я стою на краю пропасти и не знаю, что ждет меня внизу.

В животе поселилась сосущая пустота. Сердце забилось чаще, тревожно отсчитывая секунды. Страх сковал мои движения, лишая возможности здраво мыслить.

Это не было паникой, но было очень близко к ней. Это было осознание того, что моя попытка убедить его отказаться от поездки, возможно, провалилась, и что меня ждет что-то гораздо большее, чем просто свадебное торжество. Что-то, что навсегда изменит мою жизнь. Что-то, к чему я совершенно не готова. Или… готова?